Элен Форс – Между Ангелом и Бесом (страница 14)
— Почему не сейчас? — когда он обнимает меня вот так, прижимая к себе и разговаривая ласково, я не могу с ним спорить. Почему мы не можем постоянно вот так говорить?
— Обещал Луке. — Макс закрывает глаза. Мне становится стыдно за то, что я обвинила его виновником всех бед. Вряд ли бы он позволил подвергнуть всех опасности. Хотя, как оказывается, я не знаю, чем он занимается.
— А зачем ты отправил ко мне в номер своего друга? Не боялся, что мы с ним переспим?
— Хотел проучить тебя. Бесноватую и без головую. Припугнуть. Как можно было додуматься до такой авантюры? Да и нельзя было привлекать внимание. Никто не должен знать настоящее лицо Беса. А по поводу переспать… — Макс неожиданно начинает весело смеяться. Его улыбка напоминает луч света на чёрном небе. От того, что он так редко улыбается, любой намёк на улыбку превращается в целое событие. Я даже приподнимаюсь на локтях, чтобы рассмотреть его лицо. — Кирилл не по девочкам… Каин вот может быть вполне в его вкусе…
С недоверием всматриваюсь в его бесноватые глаза. Вдруг он меня обманывает? Кирилл не похож на того, кто не по девочкам. Но Макс серьёзен и точно не шутит. Я тоже начинаю улыбаться и утыкаюсь лбом в его грудь.
— Никогда бы не подумала, что у тебя может быть друг гей.
— Значит, ты меня совсем не знаешь!
Я слишком часто стала слышать эту фразу!
Голос Макса меня убаюкивает и я постепенно начинают засыпать на его груди. Ощущение его тепла придаёт спасительного успокоения. Даже не замечаю, как забрасываю на брата руки и ноги, вальяжно располагаясь на нем и не задумываясь о его удобстве. Мне так комфортно с ним.
Погружаясь в крепкий сон даже не замечаю, что сам он не спит, просто смотрит в потолок и прижимает меня одной рукой к себе. Лицо брата становится болезненным.
Глава 7
Прекрасный закат c красными бликами резко контрастировал с чёрной ямой в моей душе. Пожар все еще горел, только уже не снаружи, а внутри меня. Я все еще чувствовал его языки на моем теле. Хотелось их Алой крови, разодрать в клочья мудаков, которые посмели прийти в мой дом и причинить вред моей семье. И я это сделаю. Нужно просто время.
Месть — не просто холодное блюдо, это еще и долгоиграющий напиток, который должен настояться. Придет время и я освеживаю каждого из них.
— Вы должны понять, то что она жива — чудо. — мужчина поправляет очки и нервно сглатывает. Он напуган не меньше моего. Наверное, он впервые за свою карьеру вообще делал нечто подобное. — Мы сделали ей операцию на открытом мозге, она прошла очень успешно. Теперь остается только ждать. Когда опухоль сойдёт, она должна прийти в сознание и тогда станет ясно — есть ли последствия после гематомы…
Я заметил, что операция была на открытом мозге. Шикарные локоны моей жены были бесчувственно сбриты. Сейчас ее голова жестоко обмотана белыми бинтами. Нет возможности даже заглянуть в голубые глаза. Найти в них умиротворение. Мониша…
С момента рождения дочери не чувствовал… желание убивать… А сейчас внутри меня со дня океана поднимается волнами жгучее желание. Темнота пожирает, возвращая чудовище. Не я первый начал эту войну…
Думали, Дьявол ушёл на покой?
Подхожу к Монише, сажусь у ее постели и провожу перебинтованными пальцами по белоснежной коже. Беру в руки ее тонкую кисть. Горячая лава растекается по сердцу. Ощущаю ее боль как свою.
Стискиваю обожженные ладони в кулаки, причиняя себе боль.
Алиса — единственная, кого я смог спасти из дома. Мне удалось вытащить её из-под горящих обломков. Малышку сильно придавило деревянными балками. Благо дочь сбежала из дома, Господь увёл ее буквально за несколько минут до взрыва.
— Мне нужна Ваша помощь, доктор. — тихо говорю ему, всматриваясь в его карие глаза. — Вы же смотрите новости? Значит видели, что мой дом был разнесен в щепки, на мою семью идёт охота, и она не похожа на ту, что показывают в голливудских фильмах. Все намного страшнее. — делаю паузу, чтобы он мог переварить услышанное. — Нам нельзя оставаться в больнице. Рано или поздно они сопоставят загадочное появление мужчины и женщины с ожогами и взрыв и найдут нас. И тогда, все Ваши старания по спасению жизни моей жены полетят к черту. Поэтому нам нужно выбираться отсюда…
— Но это невозможно. — перебивает меня он. — Ей нужно быть подключённой к аппарату.
— Возможно. — жестко говорю я, возвращая себе устрашающие нотки. — У Вашего отца в доме престарелых есть минимальный набор аппаратуры для поддержания жизни. Мы перевезем ее ночью туда в закрытую палату. Под этой тонной бинтов никто не поймёт, кто это. Очередная бабка после инсульта, пришлось спасать жизнь. Там будем ждать, когда она придет в себя. Не нужно удивляться, Док. Все знать это моя работа, я не просто так пришел именно к Вам. Когда-то я изучал всех врачей Королевства и Вы мне показались самым честным и компетентным. Я все знаю о Вас и Вашей семье. Нет, это не угроза. Я прошу Вас о помощи, взамен я стану Вашим другом. Поверьте мне, моя дружба стоит дороже миллионов.
— Перевозить сейчас её очень опасно. Ваша жена в критическом состоянии. В любой момент сердце может остановиться или мозг умереть.
— Опаснее оставить здесь. Скоро они найдут тела и сделают соответствующие расчеты, и тогда поймут, что мы живы… Они даже в больницу не зайдут, снесут тут все из гранатомёта.
Мужчина лихорадочно стучит пальцами по стулу, прикидывая шансы и перспективы после того, как он поможет. Понимаю его, каким бы он не был хорошим человеком, у него есть семья, обязательства. Помощь нам может обернуться для его семьи катастрофой. Но если все выгорит, то у него будет самая большая больница не то что в Королевстве, но и во всей Европе.
— Вам самому нужна помощь. Необходимо обработать раны. Может случиться сепсис.
— Док, сепсис это меньшее, что может со мной случиться. — мне не хочется латать свои раны, пока она там лежит без сознания и борется за свою жизнь. Нужно действовать быстро.
— Я помогу Вам. — наконец говорит мужчина. — Но Вы будете слушаться меня. Я не хочу потерять ее по дороге… Безопасность безопасностью, но согласитесь все будет бессмысленно, если мы не соблюдем минимальные требования…
— Командуйте, Док!
— Макс? — просыпаюсь от того что мне становится холодно. Брата нет рядом. — Ты где?
Слажу с диванчика и выхожу из купе, пытаюсь найти его. Стараюсь двигаться бесшумно, просто иду по вагону, прислушиваясь и пытаясь найти брата. В самом конце в дальнем купе говорит свет, по голосам различаю Макса и Кира. Они очень тихо о чем-то разговаривают.
— Она не должна знать… Ее это шокирует. — фраза брата настораживает и я тихонечко замираю, прислушиваясь к разговору мужчин. — Я обещал Луке, что сделаю все, чтобы она жила нормальной жизнью. Кино, мороженое, танцы… никакого этого дерьма…
— Думаешь, так получится? Они всю жизнь будут ее преследовать. Не Хозяин, так кто-то другой. Она его дочь, понимаешь? Она самый лакомый кусочек для всех этих отморозков. Алена должна знать, чтобы она могла защитить себя. Блин, Бес, она имеет право знать правду! Она уже не маленькая!
— Нет. — отрезает брат. Даже не видя его лица, представляю отчетливо, как искорки разгораются в его глазах, а желваки вздуваются сильнее. Упрямец. — я дал слово… Пусть лучше меня считает во всем виноватым.
— Думаешь, им удалось выжить? — от вопроса Кира у меня внутри все холодеет, становится страшно услышать, что на самом деле думает брат. Он ничего не отвечает на мои вопросы, может, ответит Киру? — Ты был там, даже камни сгорели. Ничего не осталось.
Съезжаю на пол, прикрывая рот рукой, чтобы не выдать себя, хотя ноги меня уже не удерживают.
— Не хочу верить в то, что они мертвы. И это же Лука, он не мог так глупо умереть в собственном доме. Сколько раз его пытались убить? Сколько раз стреляли в самое сердце? И тут взяли и взорвали? Не верю. Он Дьявол… бессмертный. Не сгорит в огне. В доме стояли тепловизоры и самоотводы. Должно было сработать предупреждение. А сколько охраны всегда было вокруг дома? Да все ближайшие дома были наши!
Прикусываю зубами ладонь, испытывая шок.
Папу и раньше пытались убить? В него стреляли? Охрана? Охрана? Дома? О чем он говорит?
Горячие слезы начинают течь по холодным щекам, принося мне практически физическую боль. Они обжигали и раскалывали голову. Маленькие крупицы информации рождали новые вопросы, на которые я так хотела получить ответы. И судя по всему, они не будут радостными.
— У Хозяина хорошие возможности. Ты сам понимаешь, сколько он под себя подмял. Ему сейчас подчиняются практически все. После смерти или исчезновения, если тебе так нравится больше, даже все союзники переметнулись к нему. А нам даже не удалось узнать — кто он.
— Очередной ублюдок, которого нужно убить.
Слышу шуршание, заставляю себя встать, нужно идти в купе, чтобы не попасться. Переставляю ватные ноги, возвращая себя под одеяло в купе. Меня начало тошнить и немного качать из стороны в сторону.