Элен Форс – Как скажете, Пётр Всеволодович! (страница 27)

Мне хотелось сразу сказать ему обо всём, но я не решилась. Пыталась начать разговор, но нить ускользала и у меня никак не получалось.

– Артём. – позвала я мужа, прогуливающего в очередной раз работу. – Нам нужно поговорить.

– Да знаю я, что ты скажешь. – он сразу принял защитную стойку, готовясь отбиваться от моих обвинений. – Викусь, всё пучком. Ты не переживай.

– Нам нужно развестись. – выпалила я, наблюдая за тем, как округляются у мужа глаза. Я искренне хотела быть мягче, но его пофигизм добил меня.

– Почему? – спросил он, становясь тут же серьёзным. Раньше я никогда не разбрасывалась такими словами, и сейчас он понимал, что это не пустые слова. Не шутка и не призыв к действию.

– Собралось всё, Тём. Навалилось. Устала я быть мужчиной, тянуть на себе все важное, заботиться о финансовом благополучие, составлять планы и расписания… Хочется быть женщиной, позволять себе глупости, давать о себе заботиться.

Артём усмехнулся и приподнял брови.

– Ты серьёзно? – Его реакция меня немного смутила. – Ты же прёшь как танк, Вика, ничего не замечаешь. Если хоть что-то не так, как ты хочешь, ты сразу же начинаешь переделывать и психовать. Ты сама на работе загоняешь себя, бежишь за какой-то карьерой. Ты как к Баженову устроилась, совершенно сошла с ума. Я перестал тебя узнавать. Чувство такое, что он тебя покусал и заразил неадекватным трудоголизмом. ТЫ ПРОСТО не оставила мне шансов быть в семье главным. И теперь уходишь, потому что я тебе чего-то не додаю? Может ты просто в Стамбуле трахнула своего кумира Петра Всеволодовича?

Я не могла признаться ему.

– Нет. – приходится собраться и смотреть ему в глаза, чтобы не выдать себя. На работе я научилась держать марку. – С работы я тоже планирую уволиться.

Теперь он удивляется и даже садится, чтобы переварить всю эту информацию.

– Насколько хорошо ты всё обдумала? Если у тебя есть ещё ко мне чувства и тебя беспокоит только то, о чём ты сказала, так давай попробуем сохранить семью. Походим к психологу, поговорим откровенно. – Артём разводит руками, оглядываясь по сторонам. – Да наконец, набухаемся и просто потрахаемся.

Мне очень хочется сказать ему, что, наверное, у меня не осталось к нему чувств. Что я вообще сомневаюсь, что когда-нибудь они у меня были. Но ловлю себя на мысли, что мне не дают покоя слова Артёма и я сажусь за стол переговоров.

Может быть, я и вправду запуталась?

– Мне очень сильно хочется быть счастливой. – признаюсь мужу, глядя ему в глаза и вспоминая ночь в гостинице Стамбула, когда я ему изменила. Самым постыдным способом предала, переспала с другим. Дала своему Боссу во всех позах, как никогда не давала своему мужу.

На глазах навернулись слёзы. Но не от стыда, как положено, а от ощущения, что меня бросили. Использовали как презерватив и выбросили за ненадобностью. А теперь хотят играть со мной как с куклой для утехи.

Артём подсел ко мне и приобнял, чтобы успокоить. Я разревелась как дура.

Чего я вообще ждала от всей этой ситуации?

Проклятый Хер Всеволодович на утро, как ни в чём не бывало, пока я распустила сопли и думала о нашем совместном будущем уже заигрывал Зухрой в баре. Я бы не поверила, что после всего что случилось, у кого-то хватит сил и совести провести всё утро с бывшей любовницей. Но этот быстро переключился и не вспоминал обо мне.

– Викуль, все пары через такое проходят. Ты слишком всё воспринимаешь остро. – Артём пытался меня успокоить. – Нужно попробовать всё исправить. Я готов стараться, если ты тоже готова…

– Не знаю, как это можно исправить. Стать…

– Раньше мы ведь были счастливы. Нужно было просто поддерживать друг друга, работать над отношениями, а мы эгоистично думали только о себе. – в такие минуты муж мне нравился.

Артём притянул меня к себе поближе, окутав своей заботой. Он всегда был нежным и чувственным, не пытался перелазить через забор и не таранил невидимые преграды.

Если не сравнивать его с Баженовым, то он был вполне ещё ничего. Среднестатистический, хороший мужик. Как говорила моя бабушка: «Ты не успеешь ещё его бросить, а его в воздухе поймают.»

– Сомневаюсь, что у нас получится починить поломанное. – начинаю издалека размышлять вслух. – Накопилось много взаимных претензий и придётся высказывать много неприятного.

– Возможно. – перебивает меня Артём. – Но если не попробуем, не узнаем!

Он выглядел полным надежды, а у меня не хватило смелости ему отказать. Я была согласна с ним в одном, если не попробовать, потом можно будет жалеть.

– Молчание знак согласия! – воскликнул довольно муж, вскакивая на ноги. – Тогда давай начнём прямо сейчас. Раньше ты постоянно прикрывалась работой, а наоборот ни на что не решался… Ну короче, пошли сейчас в кафешку у парка, там выпьем вина и вкусно поужинаем. Ты расскажешь о командировке и что интересно ты там узнала!

Последнее время Артём очень сильно раздражался, когда я долго рассказывала о своей работе. Ему было неинтересно слушать про мои бесконечные отчёты и совещания. В любой другой ситуации я была бы рада такому его шагу, но сейчас, по известным причинам, меня всю передёрнуло. Последнее о чём я хотела рассказать ему – командировка.

Если мы по-настоящему будем пытаться построить новые отношения, то я должна рассказать ему об измене. На лжи ничего не построить.

– Артём…

– Давай без прелюдий этих. Собирайся. – он не даёт мне и слова вставить.

Я быстро переодеваюсь в джинсы и майку на тонких бретельках и бегу за Артёмом. Сильного желания есть и изливать душу у меня нет, но даю слово, что сделаю всё, чтобы попробовать возродить отношения. Если не получится, я уйду от него.

На веранде кафе сидело только несколько парочек – студентов, что меня сильно порадовало. Мы могли спокойно поговорить с Артёмом о наших проблемах.

Мы расположились у самого дальнего столика, чтобы нам никто не помешал. Артём сразу сделал заказ за нас двоих, что выглядело глупо и несвойственному ему. Было видно, как он старается быть другим ради меня.

– Расскажешь, что случилось на работе? – спросил он как ни в чём не бывало.

– Скажем так, мои отношения с Петром Всеволодовичем вышли из-под контроля, и мы дико разругались между собой. Я решила уволиться, но он не хочет принимать заявление на увольнение. – нужно было сказать ему правду. Я сжала руками коленки, чтобы набраться сил и произнести такие простые и сложные слова.

– Разве так можно? – Артём был искренне удивлён. – Знаешь, честно говоря, я давно уже в тайне ревную тебя к нему.

Язык занемел от такого откровения, просто приклеился к нёбу.

– Что? – мне показалось, что я ослышалась. Или это больная фантазия.

– Ну, ты постоянно говоришь о нём, рассказываешь какой он классный и умный. Просто супермен какой-то в рубашке и брюках. – муж тихо рассмеялся. – На фоне таких рассказов невольно чувствуешься себя неполноценным чмом.

– Да? – Официантка поставила перед нами бокалы с вином. Я сразу же заодно отпила из своего, чтобы протолкнуть ком. – Разве? Не замечала…

– Мне даже не хотелось из-за этого слушать по работу. Каждый раз она перетекала в рассказы о начальнике, которого я заочно возненавидел.

– Артём… Э… даже не знаю как начать… – Телефон завибрировал. Чертов Пётр Всеволодович, как будто знает, что разговор о нём. Внутри меня снова заклокотала злость. Я отбилась и посмотрела на мужа, который внимательно ждал моего продолжения. – Не буду лгать, что моё восприятие наших отношений сильно обострилось в командировке. Как раз…

Меня отвлёк стук каблуков приближающейся фигуры, я быстро бросила взгляд на нового посетителя и обомлела. К нашему столику шёл Пётр Всеволодович! Лицо у Баженова не обещало ничего хорошего.

– Вика? – Артём проследил за моим взглядом, он тоже узнал Босса. Его лицо не редка украшало экономические журналы и статьи в интернете.

– Добрый день. – искусственно вежливый, не способный обмануть меня Пётр Всеволодович поравнялся с нами и щёлкнул пальцами, чтобы подозвать милую официантку. – Принесите мне тоже вина, пожалуйста.

Он сел без приглашения рядом со мной, впиваясь глазами в Артёма. Я вся поёжилась от стыда и чувства неловкости. Стало неуютно. Когда мы выходили, я не задумывалась о нашем внешнем виде, было не до этого. А теперь, было жутко стрёмно, что Артём сейчас в простенькой футболке и брюках. На фоне Баженова в дорогущем костюме и в часах дороже всей мебели в нашей квартире он выглядел убогим.

– Чувствую, Вика нас не представит друг другу… – Баженов сделал паузу, чтобы я могла прочувствовать всю двусмысленность. – Пётр Всеволодович Баженов.

Обычно в таких ситуациях Босс протягивает руку, но Артёма он не удостоил чести. Бедный Тёма стушевался, не ожидал такой встречи.

– Артём. – кисло представился он. – Чем обязаны?

– Ваша жена, и моя верная… – снова пауза понятная лишь мне, но дающая пищу для размышления Артёму. – помощница… убежала с работы, не доделав очень важный отчёт. Без которого я точно не расслаблюсь и не засну этой ночью. Если бы я мог, то обязательно бы перепоручил эту работу кому-нибудь другому. Но не могу… то, как Вика это делает… не оставляет равнодушным. Она лучшая и нужна мне именно она.

Хотелось вылить вино ему в лицо, чтобы закрыл свой грязный рот и проваливал на все четыре стороны.

– Рад слышать, что Вика такая незаменимая, но Вы уже отняли у неё личное время удлинив командировку. Нам захотелось провести время своей семьёй. – отпор Артёма был слабым, но я загордилась им.