Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 40)
И сейчас в жар бросает, алая краска стыда заливает.
Я просто был не в себе.
Я был во власти мести.
Я был во власти злых слов, которые так часто слышал. Во власти яда, которым меня травили годами.
Рахимат… Это тётя постоянно вливала мне в уши отравленный раствор, своими речами заставляя огонь внутри меня разгораться ярче.
Тётя. Это она много лет заставляла меня помнить. Заставляла гореть в аду собственной ярости.
Она старалась заменить мне мать, хотя мать мне была уже не нужна. Она старалась показать, что кроме неё у меня никого нет, я один.
Она нашла во мне ростки этой вражды, этой ненависти. Она кормила их. Она их постоянно удобряла.
Но я не могу винить только тётю Рахимат.
Если бы я сам не был одержим мщением.
Если бы я мог всё отмотать назад.
Отменить…
Если бы…
Ведь наше счастье было так близко. Так осязаемо. Оно было таким настоящим!
Её глаза, говорящие так много, её губы, руки. Тело…
Волшебный танец любви, который мы начали танцевать вдвоём…
Глава 27
Точка отсчёта.
Я знаю, что он придёт. Скоро придёт. Он узнает. Не может не узнать. Только вот… С чем он придёт? Как?
Что он думает о будущем?
Захочет ли того будущего, которое нарисовала себе я?
Мне свобода нужна.
Я не могу больше вот так.
Не могу в тисках.
Знаю, что мне готовы помочь. Диана Алиевна. Самира. Доктора. Фонд, сотрудники которого уже приходили. Психолог.
Да, по закону ребёнок должен быть с отцом. По закону веры.
Но по закону совести?
Разве можно отнимать малыша у матери?
И… пойдёт ли на это Осман?
Это как лакмусовая бумажка. Сразу покажет всё.
Всё то, что я хочу увидеть в нём.
То, что однажды, казалось, увидела.
Тогда.
В тот день.
Мой день рождения.
Мы неслись на его коне по маковому полю, сердце моё, кажется, билось в такт стуку копыт его жеребца.
Я не понимала, что будет дальше.
Я была перепугана до смерти.
Его поступками, его словами…
Но главное – его глазами.
Глазами, в которых я видела что-то новое, что-то чего я не могла понять.
И боялась поверить.
Его руки прижимали меня крепко, я чувствовала его дыхание, его губы на моих волосах, тихий шёпот.
Он на родном языке шептал. Я едва понимала не потому, что не знала языка, разумеется, знала, просто поверить не могла в то, что это реально.
Мы заехали на какую-то узкую тропку, еще немного прошли шагом и остановились перед небольшим, уютным домиком – шале.
Осман спешился, а потом протянул руки, чтобы снять меня.
- Иди ко мне, Алия…
Я скользнула в его объятия, он не отпустил, взяв на руки, и снова так посмотрел! Я загорелась вся, румянцем покрылась, захотелось лицо спрятать.
Мы вошли в дом. Дверь закрылась.
Мне казалось, я в сказку попала. Так красиво! Так уютно!
Осман поставил меня на ноги, чтобы скинуть специальные сапоги, для верховой езды, которые были на нём. А потом снял с меня легкие ботинки. И снова подхватил на руки, я охнула.
- Зачем?
Он усмехнулся, ничего не сказал, понёс меня в спальню, на кровать положил.
- Дай мне минуту… - сказал, легко целуя в губы, вышел.
Я смотрела в потолок, осознавая свой шок.
Что это было?
Что будет?
Закрыла глаза, и не услышала, скорее почувствовала его рядом.
Его горячее, влажное тело. Осман принял душ. Он был обнажён. И он так смотрел на меня…
Страх ушёл. Сердце с ума сходило, выпрыгивая из своей клетки.
Я сходила с ума.
Положила руку ему на грудь, провела чуть перебирая пальцами. Он взял мою руку, поднёс к своим губам, прикрыл глаза, вдыхая мой аромат.
- Околдовала меня…
Я? Как я могла?
Я не произносила вслух, но он читал по моим глазам.