Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 36)
За того, кто не подарил бы мне ночь любви.
Не признался бы в чувствах…
Я не знаю, что лучше.
Я не знаю, что хуже.
Я просто не хочу больше этой ноющей боли в сердце.
Этой зияющей дыры. Пустоты.
Словно сердце взяли и вырвали, оставив вскрытой грудную клетку.
В ошмётки…
Размышляю, снова глядя в окно.
В палату заходит доктор, смотрит на меня пристально.
В её руках какие-то листочки.
Анализы?
Всё-таки интересно, что там. Что со мной.
- Алия…
- Здравствуйте, Диана Алиевна. Анализы готовы?
- Да, и… в общем, есть новости.
Я не спрашиваю – какие.
Вижу, что она и сама не понимает.
Но чувствую, что её ответ перевернёт мою жизнь.
- Алия, ты…
- Я жду ребёнка?
Не знаю, как я поняла.
Просто не знаю.
В какой-то момент почувствовала.
Словно… словно внутри меня загорелся свет. Крохотный огонёчек.
Слабенький, робкий, тёплый.
Волшебный.
Я могла как угодно относиться к мужчине, с которым я была близка и который стал… с которым мы вместе сотворили это чудо, к нему – как угодно, но к малышу…
Это МОЙ малыш!
Просто МОЙ и всё.
Мне не важно кто отец.
Мне плевать на генетику. Плевать на наследственность.
Мой отец тоже тот еще подарок судьбы. Но я не стала такой как он. Могла, но не стала. И Саид тоже не стал!
Поэтому… Не важно кто отец.
Мой малыш будет со мной.
Я буду любить его.
И он, он будет любить меня!
Наконец-то кто-то будет любить меня!
Закрываю глаза, улыбаясь, прижимаю ладони к животу…
Мой малыш, мой сыночек, или доченька, мне сейчас не важно.
Моё счастье!
Частичка меня.
Частичка моей мамочки во мне.
Это радость. Это мечта. Это что-то нереальное.
Счастье…
Чувствую, как слезы катятся по щекам. Но они не обжигают, не причиняют боль. Это слёзы радости.
- Алия…
- Всё хорошо. Я… я так счастлива!
- Ох, девочка…
- Я счастлива, правда, я…
- Ты же понимаешь, что теперь он может не отпустить тебя?
Поворачиваюсь к ней, моргаю, пытаясь понять, о чём она говорит.
- Если ты захочешь развестись, в любом случае по нашим законам должен пройти срок идды, три месяца. Он узнает, что ты беременна от него, и…
- Я не собираюсь скрывать.
- Ты… ты готова вернуться к нему?
Я молчу. Головой качаю.
Я готова бороться.
Но понимаю, что это будет непросто.
Да, у нас действуют такие же светские законы, как и по всей стране, по всей России. Но кроме светских еще есть законы веры. И у нас они сильнее.
На Кавказе дети живут с отцом.
Если отец не решил обратное.
Отец волен забрать детей у матери. И суд будет на его стороне. Почти всегда.
Я пока не хочу об этом думать.
Ни об этом, ни о другом.
О том самом дне, моём дне рождения. Но сейчас, когда я в эйфории счастья я не могу заблокировать ТО воспоминание.