Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 35)
- Алия…
И снова моё лицо в его ладонях. Мы сидели в поле из маков, глядя друг на друга…
- Никуда я тебя не отпущу, девочка. Я с ума по тебе схожу. Ты моё проклятие, наказание моё… Не могу без тебя, слышишь? Ни минуты, ни секунды. Не могу. Никак…
Он целовал меня. Впервые так нежно. По-настоящему. Как целуют любимую. У меня замирало сердце. Но я не могла поверить. Мне казалось, что это ложь, он заманит меня сладкими речами, нежностями, а потом… потом снова будет пучина, буря, ураган, гнев, жестокость, боль… Боль не столько физическая, боль моральная, выжигающая душу.
- Алия…
- Не надо, пожалуйста…
- Почему?
- Не делай мне больно…
- Тебе больно? Ты всё-таки ушиблась? Где болит, скажи? Я отвезу тебя к доктору.
- Нет… не надо. Ты…Ты делаешь больно по-другому.
- Как?
- Твоя ненависть…
- Алия…
И снова долгий, чувственный поцелуй, сводящий с ума, на который я не могу ответить. И снова боль в сердце, ноющая, жестокая…
- Пожалуйста, Осман…
- Глупая моя девочка…Нежная моя, маленькая…Моя красавица…
Моё сердце сбивалось с ритма, я не могла дышать. И я не могла ему верить. Не должна была! Но как же… как же сладко было представлять, что всё это правда! Что его слова – истина.
Не знаю как мы оказались лежащими на маках. Я. Он. Его руки. Его губы.
Его нежность.
За всё это время впервые – нежность…
- Алия, здесь нельзя… поедем со мной, поедем…
- Куда?
- Я хочу, чтобы ты увидела это место… Прекрасное. Место для тебя…
Он поднял меня на руки, свистом подозвал своего гнедого. Я подумала о своей кобыле – её нигде не было.
- А где… где она?
- Не переживай, Снежинка сама найдёт дорогу домой. – Он посадил меня на жеребца, сам прыгнул в седло, прижал крепко. – Я должен был понять, что им нельзя выезжать вместе. Опасно. Опасно быть рядом, как и нам с тобой.
- Почему?
- Потому что когда мы рядом я просто схожу с ума. От твоей близости, от твоего аромата, от твоей прелести. И далеко тоже не могу. Еще сильнее с ума схожу…Алия…Моя женщина… моя жена…
Он снова меня поцеловал, еще раз посмотрел и пришпорил коня.
Глава 25
Эти воспоминания самые болезненные. Хоть и самые счастливые.
Я старалась к ним не возвращаться тут, в клинике.
Старательно прятала, пытаясь выкорчевать из памяти этот день. Потому что если бы его не было – было бы проще.
Всё было бы проще.
Просто ненависть.
Просто безразличие к тому, кто следуя каким-то своим понятиям о мести, о чести, взял и попытался растоптать и сломать мою жизнь.
Попытался!
Не сломал!
Это я сейчас только начинаю понимать.
Я живая. Я чувствую. Я дышу.
И пока я дышу и чувствую – я могу всё изменить.
Для себя. Не для него.
Не для нас.
Потому что никаких «нас» нет. Они могли бы быть, наверное. Если бы после того дня и той ночи всё сложилось бы иначе.
Но всё случилось как случилось.
И винить я себя не могу.
Он мужчина.
Он сильный.
Он глава клана.
Он постоянно доказывал свою мужественность.
И только его я могу винить за то, что произошло.
Даже не потому, что он оставил меня одну в доме, в который могла вернуться его тётка.
Потому, что в принципе то, что он со мной делал изначально, то, из-за чего женился на мне, то, из-за чего вел себя со мной как с врагом, всё это было преступно. Дико.
Эта изощренная месть.
Извращённая донельзя.
Все это дало возможность его тёте так поступить. Развязало ей руки.
Если бы он с самого начала был другим…
В то же время я понимаю – не мог он быть другим.
Если бы он был другим, ничего этого просто не было бы.
Осман бы на мне не женился.
Ему было бы на меня плевать.
Наверное, тут я могла бы сказать – и слава богу? Но не могу.
Просто потому что не знаю, может, моя судьба сложилась бы еще хуже?
Скажете, куда хуже?
Мой отец мог выдать меня замуж за еще более изощренного мерзавца.