Элен Блио – Кавказский брак. Нелюбимая (страница 37)
Оно само открывается, словно я заглянула в волшебный «омут памяти».
Открывается, когда доктор уходит, оставляя меня одну с моими мыслями, с моей радостью, и с моей памятью, которую, увы, не стереть…
А в памяти его глаза.
Его руки.
Его губы.
Его слова.
Его признания…
И его нежность, которая сокрушила все барьеры, выстроенные вокруг моего сердца.
Глава 26
Сижу в кабинете, уставившись в одну точку.
В доме тишина.
Никого.
Гулкие шаги слышу сразу.
В кабинет заходит мой друг. Больше, чем друг, почти брат.
- Осман, как ты?
- Ас- саляму алейкум, брат.
- Ва-алейкум ас-салям.
Он садится напротив, раздвигает широко ноги, ставит на них локти, в упор смотрит.
- Что?
- Смотрю. – ухмыляется горько. – Значит, вот она как действует.
- Кто?
- Любовь…
Любовь…
От одного слова скручивает всё внутри.
Любовь…
Если бы!
Любовь – это что-то чистое, светлое, красивое, нежное.
Любовь – это неземное, божественное.
Это чудо, невероятное. То, чего практически не бывает в этом подлунном мире.
Любовь.
Эта маленькая девочка, которая сейчас по моей вине там, в этой унылой палате – она достойна любви.
Достойна.
Более чем кто-либо на этой земле.
Потому что она сама и есть любовь.
Чистая.
Святая.
Нереальная.
Та, которую я хотел втоптать в грязь, испачкать, сломать, сломить.
Хотел и не смог.
Сам себе не смог противостоять.
С собой не смог бороться.
Потому что…
Потому что она вошла в мою душу тихо, незаметно, просто открыла дверь, ступая медленно, на кончиках пальцев, прошла внутрь, легла и свернулась калачиком…
Кто бы мог подумать, что я, Осман Булатов буду думать вот так? Красиво думать, вычурно, как в книгах пишут.
Усмехаюсь мыслям своим.
Любовь…
Алия достойна любви.
Настоящей. Честной. Глубокой.
Любви, которая навсегда.
Я уверен, есть такая.
Я знаю.
Если нет, тогда зачем вообще эта жизнь?
Любовь.
Алия достойна.
А я?
Достоин ли я?
И что такое любовь для меня?
Верил ли я в любовь? Любил ли когда-то?
Откидываюсь в кресле, глаза прикрывая.
Слышу насмешливое хмыканье друга.
Дамир ведь женат уже. Жена у него красивая, Малика, дети уже есть, и тоже был договорной брак, насколько я помню.
Тоже. У меня вот нифига не договорной. Это другое. Это я сам с собой договорился взять эту девочку и растоптать.
Ненависть меня сжигала. Кислотой разъедала душу.
Смотрел на Алию и вспоминал её мать.
Елена…Красивая, бездушная сука, которая вошла в мою семью и уничтожила её без остатка.