Эльдар Гумалатов – Узел Дербента (страница 9)
- Есть люди, - сказал Мурад, - которые не уходят. Их просто перестают видеть.
Низами молчал.
- И он связан с исчезновениями? - спросил он.
- Он - не исполнитель, - сказал Мурад. - Он - координатор.
- А жертва? - спросил Низами. - Тот, кто исчез.
- Его личность установлена, - сказал Мурад. - Но официально - он жив и находится в другом регионе.
- То есть его уже «переписали», - сказал Низами.
- Именно, - сказал Мурад. - Новый паспорт. Новая биография. Новый человек.
Низами сжал губы.
- Это возможно только при поддержке сверху, - сказал он.
- Или при поддержке снизу, - сказал Мурад. - Когда система защищает сама себя.
Низами вспомнил слова Лейлы.
- Он был посредником, - сказал Низами. - Передавал информацию. Мурад посмотрел на него краем глаза.
- Откуда вы это знаете? - спросил он.
- Я встретился с Лейлой, - сказал Низами.
Мурад резко повернулся к нему.
- Где? - спросил он.
- В подземелье, - сказал Низами.
- Она жива.
Мурад медленно выдохнул.
- Это плохо, - сказал он.
- Почему? - спросил Низами.
- Потому что если она жива, - сказал Мурад, - значит, они допустили ошибку. А такие люди не прощают ошибок.
Низами молчал.
- Она сказала, что кольцо принадлежит её отцу, - сказал он. - Рашиду. Одному из тех троих.
Мурад кивнул. - Это сходится, - сказал он.
- Вы знали его? - спросил Низами.
- Я знал о нём, - сказал Мурад.
- И о деле девяностых.
- Что там произошло на самом деле? - спросил Низами.
Мурад задумался.
- Официально, - сказал он, - три друга были замешаны в незаконных схемах. Один погиб, двое скрылись. Дело закрыли.
- А неофициально? - спросил Низами.
- Неофициально, - сказал Мурад, - они нашли информацию, которая компрометировала не просто отдельных людей, а всю структуру.
- Какую структуру? - спросил Низами.
Мурад посмотрел на море.
- Структуру, - сказал он, - которая занималась «коррекцией» реальности.
Низами нахмурился.
- Что это значит?
- Это значит, - сказал Мурад, - что если человек мешал, его не всегда устраняли физически. Иногда его просто стирали из своей прежней жизни.
- Меняли документы, прошлое, окружение, - сказал Низами.
- Именно, - сказал Мурад. - И создавали новую версию.
Низами почувствовал холод.
- И отец Рустама… - начал он.
- Был одним из тех, кто сначала стал жертвой, - сказал Мурад, - а потом - частью системы.
Низами замер.
- Вы уверены? - спросил он.
- Я видел внутренние отчёты, - сказал Мурад. - Очень давно. До того, как меня «убрали».
- Почему вас убрали? - спросил Низами.
Мурад усмехнулся.
- Потому что я задал неправильные вопросы, - сказал он. - И потому что не захотел перестать задавать их.
- Почему вы не исчезли? - спросил Низами.
- Потому что я оказался неудобным даже для них, - сказал Мурад. - Иногда проще держать человека на виду, чем терять контроль.
Низами молчал.
- Что сейчас происходит? - спросил он.
- Сейчас, - сказал Мурад, - система корректирует следы. Тот, кто исчез в переулке, был носителем информации. Он должен был передать её Лейле. Этого не произошло.
- Значит, информация ещё где-то, - сказал Низами.
- Да, - сказал Мурад. - И они будут искать её.
- Где она может быть? - спросил Низами.
Мурад посмотрел на него внимательно.
- В месте, куда никто не смотрит, - сказал он. - В старых делах.
- У Саид-аги? - спросил Низами.
- Не только, - сказал Мурад. - В архивах, которые официально уничтожены, но фактически существуют.
- Где? - спросил Низами.
- В одном из старых отделов МВД, - сказал Мурад. - В подвале. За запертой дверью.