Эль Дарун – Красные лисы (страница 13)

Следующей ходкой в портал, нужно разобраться с икрой. И тут до меня дошло! В холодильнике не будет столько места, даже если я всё «чёрное золото» переложу в пластиковые контейнеры. Короче. Вино нужно бросать к чертовой бабушке. Потом заберу. А «чернуху» нужно грузить, по пластиковым контейнерам, затем закидывать всё в багажник моей Тойоты и со скоростью стрелы валить на реализацию в Таганрог и Ростов. Да хоть к черту на кулички! Она хоть и соленая, но жары ой как не любит! Взял на кухне половик, накидал все контейнеры в полиэтиленовый мешок и полез на «ту сторону» предварительно опустив лестницу вниз, чтоб никто не смог за мной последовать. Даже если смотреть сверху, свечения портала в дальнем углу подвала заметить невозможно. Я специально для этого никогда не тушил светодиодную лампу, ну чтоб не было вопросов мол – «а «чё» это у тебя там светится, когда свет выключен». Поэтому, если спросят, скажу «ну бывает, раззява, забыл выключить». Перекладывать «чернуху» буду возле лаза, так что, если начнут звать – услышу без проблем. Тем более, что моя нора как пещера, звук усиливает, а это «гуд». Конечно, эту кустарщину и авантюризм нужно прекращать и делать нормальный подвал, с нормальной кирпичной кладкой, а то неровен час, обвалится моя земляная конструкция и рой потом опять несколько дней на пролет. А меня, все эти копания достали до «коликов» в печёнке.

Конечно, контейнеров не хватило. Пришлось лезть в сарай, вытаскивать несколько трехлитровых банок, а потом долго и упорно выдраивать их со средством для мытья посуды. Затем, проходя по двору, завел «Таю», это я так свою «ласточку» называл и поставил кондиционер на максимальное охлаждение. Переборки, между багажным отделением и салоном у меня не было, так как частенько приходилось возить строительные, негабаритные материалы. Смотрел, чтобы мои женщины не маячили во дворе и со скоростью психа-мангуста начинал закидывать заполненные, пластиковые контейнеры с икрой в багажник. С ужасом посмотрев на просевшие зад Тойоты я понял, что нужно сворачивать свои погрузочные работы, иначе потом придется пружины и стойки менять.

Закрыв нору, я спустился, прошёл проход и начал всё драпировать щитами и матерей. Вылез из подвала, быстро принял в душ, справившись минут за десять и крикнув в дом с коридора, что уехал по делам, рванул с места. Выгреб на Ростовскую трасу, и погнал, что есть мочи. Я вёл себя, как берсеркер, по принципу – вижу цель – не вижу препятствий. Утекающие секунды до начала войны, воспринимались мной непереносимой душевной болью с пониманием того, что каждая секунда – это чья-то жизнь. И осознание сего не давало права сказать себе – стоп! Слава Богу, «гаишников» по дороге не было, а на камеры и штрафы в подобных условиях, мне было просто начхать! Ниже ста сорока километров в час, стрелка моего спидометра не падал до самой границы. Я гнал и гнал, и только танковый снаряд в борт смог бы остановить это гон.

Проходя досмотр на границе ДНР, служивый поинтересовался, как обычно о наркотиках и оружии. Я, отрицательно покачал головой, держа морду «кирпичом». Затем он, придерживая рукой автомат за спиной, кивнул на штабеля пластиковых контейнеров в багажнике, спросил: – А это, что у вас?

– Икра.

– Икра, заморская баклажанная?

– Нет, черная, отечественная. – тот не поверил.

– Ну, бери брикет и пошли со мной на экспертизу. – стал он нагнетать. Я, молча вытащил, один контейнер и пошёл следом, держа марку. Средненький такой кабинет, клерка средней руки, заваленный всякими бумагами. Он взял посуду с моих рук, поставил на заваленный бумагами стол и снял крышку. Затем вытащил нож из разгрузки и зацепив на кончик лезвия комок икры, вначале понюхал, а затем закинул в рот. Удивленно посмотрел на меня и спросил? – Ты знаешь на какой срок тянет весь твой багаж? – Я, молча достал удостоверение пенсионера МВД и потянул ему. Тот прочитал и поморщился. – Ага, коллега значит?! И что с тобой коллега, мне делать? – Задал он риторический вопрос.

– Понять, простить и отпустить, оставив себе на память мой маленький презент. – Кивнул я ему на пластиковую банку. – В ней два «кило» – это примерно триста тысяч рублей. По цене, почти машина русского автопрома. И дай мне свой телефон, чтоб я знал в какие дни мне можно проехать. – стал я наглеть, прямо глядя в глаза. Тот попытался торговаться:

– Ну, тут обстановка сложная, начальство вокруг полно…

– Служивый! – прервал я его грустный монолог. – Ваше начальство – это ваши проблемы, можешь отдать начальнику со своей доли, только тот, узнав о цене, постарается от тебя избавиться и предпочтет со мной говорить раз на раз, без свидетелей, то есть без тебя. А тебя, скорее всего, сошлют в поля сусликов ловить, до скончания веков. Понимаешь? Я, вот отстегиваю, каждый раз за проезд, а не один раз в пятилетку. Далее…, треть миллиона рублей, это треть миллиона рублей, хочешь бери подарок или начинай оформлять контрабанду. За пару дней она испортится на жаре и в следующий раз, когда будешь пить с друзьями водку, закусывать придётся – своими локтями. Ну так как? – закончил я твердо. Тот понял, что хватанул лишку, выдал:

– Езжай, я скажу по рации на КПП, чтоб выпустили.

– Удачи.

Скажу честно, такой «борзоты» я сам от себя не ожидал вообще. Когда я уже собирался трогаться, мой собеседник подбежал и подал в окно бумажку с написанным в ней, номером сотового телефона. Я развернул и прочёл: восемь, девятьсот восемьдесят семь, триста сорок восемь, восемнадцать, ноль четыре и подпись, Григорий. Хе-хе, еще один Григорий, хоть желание загадывай! – Только звони за раннее, чтоб смену подогнать. – я кивнул, улыбнулся по-свойски и нажал на педаль газа.

На российской границе было еще прозаичней. Когда таможенник, спросил, что везу, и я ответил, он улыбнулся мол – «шутник» и махнул рукой отпуская на все четыре стороны. Привык видать, что с Украины выезжает одна голытьба и безнадёга. Ну что ж, господа! Времена меняются! И моя машина, медленно покатила в сторону Ростова на Дону для первого в моей жизни, гешефта.

Глава 6

Мама, долго не могла понять откуда у нее в холодильнике лишние предметы и в связи с этим, зачем-то, начала громко возмущаться.

– Оля, что это за банки с какой-то чёрной гадостью. – Ольга, не поняв сути наезда, молча фыркнула и виляя бедрами «срулила» в дом.

– Ма, то не Ольгины банки, а мои. – Ну а что?! Не мог же я всё загрузить и увезти за один раз. Пришлось со дна бочки выгребать половником остатки чёрной икры и распихивать по трехлитровым банкам. Получилось, почти четыре штуки. Хранить в подвале – курам на смех, вот и засунул в холодильники. А что? Благо, что их у нас два штуки стояло в столовой. И оба с морозильниками. Вот, в каждый и поставил по две банки.

– И что в них за муть?

– Мам, какая муть? Это икра черная. Купил у браконьеров по сходной цене на «коске». Та, недоверчиво посмотрела на меня, пытаясь понять шучу я, или нет. Я знал, что моя мама с детства обожает икру. Помню, когда за пошив платья ей приносили баночку, то не было человека счастливей её, потому что мы с сестрой «черную тухлятину» на дух не переносили, а наша мамуля брала ломтик чёрного хлеба, намазывала маслом и с верху наносила толстенный слой икры. А когда ела, аккуратно откусывая, от удовольствия аж жмурилась. Мы тогда с сестрой зажимали пальчиками нос и дразнились… «Фу…! Как можно есть чёрную вонючку?» В те моменты, маме было не до нас – она была в нирване. И вот спустя столько лет, её лакомство, вот так просто, почти упав с неба, стоит и непонятно, что ждет в её же холодильнике? Такого безобразия, мама перенести была не в силах! А я, видя её состояние, барственно произнес:

– Да вот, икра, хотел выкинуть, а потом вспомнил, что ты её когда-то любила. Ольга то её терпеть не может. Попробуй, вдруг понравится. – та, еще раз осмотрела меня, вытащив банку, захлопнула дверцу старинного холодильник, открыла капроновую крышку. Вначале понюхала, потом набрала едва-едва на кончик чайной ложки и попробовала. Её глаза, удивленно расширились, как у наркомана, спешащего за дозой! Я понимаю, что сравнение хреновое, но в тот момент, никакого более точного определения мне в голову не пришло. Дальше, началось таинство и почти языческий ритуал, за которым я наблюдал завороженно. Прямо, картина из далёкого детства. Я, быстро-быстро включил камеру на телефоне и стал тайком снимать «чёрную мессу». Как она режет корочку черного, бородинского хлеба…, тщательно намазывает тонким слоем сливочного масла, затем тщательно всё драпирует слоем черной икры. И закрыв глаза, откусывает, вспоминая почти забытый вкус, сорокалетней давности. Сняв самое сокровенное, я тут же переслал видео сестре. Та, не заставила себя долго ждать. Тут же от неё «булькнуло».

– Это что, паюсная икра?

– Бери выше – зернистая!

– Всё, я бросаю клиента и срочно вылетаю! – поставила она «смайлик» в конце.

– Обломайся, с ближнего востока самолеты пока не летают. – съехидничал я.

– Обломайся братик, я в Ростове у клиента! – и поставила мне задиристую рожицу.

– Я вчера был в Ростове, если б знал, что ты дома – завёз бы пару килограммов.

– Грррр! – И рожица чёрта, обозначили мою победу, говоря мне, что я её «достал». Поставил знак победного кубка и отослал, а в ответ получил: