Эль Дарун – Красные лисы (страница 14)
– Прибью!
– Ага, прибей. Главное не бросай меня в терновый куст!
На этом наш «тупаннутый» диалог закончился, потому что оба знали, что в этот момент все ржут в голос. Гы-гы-гы.
***
Со своей поездки, я привёз больше полутора миллионов рублей и простуду, так-как в салоне авто было жутко холодно, а на улице жутко жарко. Вот на этом контрасте, я и подхватил болячку. Все рестораны действовали, как будто по шаблону. Не один, добровольно не отказался от попытки меня «поиметь». Пришлось всем поголовно, показывать корочку ветерана МВД. Сразу после этого, начинался деловой разговор и то во время него, меня пытались кинуть дважды, а иногда трижды. Цену снижали, давя на качество, а я незамедлительно предлагал вызвать, за денежку малую, шеф-повара из ресторана-конкурента для составления экспертного заключения. Те сразу включали заднюю, мол «что мы идиоты такой продукт сливать конкурентам». Далее, я им предлагал назвать честную цену, а себе за труды взять десять процентов, как посреднику. Те понимали, что теперь уже ИХ заработок зависит от той цены, которую они мне дадут и буквально через пол часа препирательства и ругани мы пожимали руки, довольные друг другом. На этот дурдом я потратил весь запас нервов, что смог скопить после ухода на пенсию из полиции и остатки здоровья, так как возвращаясь, мне становилось всё хуже и хуже.
Приехал, «накидался» лекарств, выпил чашку «Тераплю» и вроде полегчало. Вначале, сильно тянуло спать, потом вспомнил, что бочка вина так и осталась сиротливо лежать в кустах. Выругался, переоделся в грязное и полез через свою нору, будь она не ладна. Кровь из носа, нужно было порешать с бочкой, а пустую бочку из-под икры, как улику спалить, к чёртовой матери. Пролез на «ту» сторону и с удивлением обнаружил, что никаких симптомов простуды нет. Опа!!! Вот это да! А поле портала то лечит! Вот так номер! Нужно будет фишку эту взять на заметку, так как до конца не понятно, лекарства сработали или портал. Если «светляшка» умеет болезни лечить тогда нужно будет придумать, как можно протаскивать через портал своих домашних для всевохможного исцеления, так как здоровых людей, по сути нет, а есть не дообследованные. Ладно, будет день будет и пища, а пока нечего голову забивать всякой фигней.
Прикатил бочку. Заканчивал я её тащить, уже в полной темноте. Теперь еще одна проблема, куда и как её переливать? Ума не приложу! В сарае лежали, старые пятилитровые бутыли из-под воды. Такс, тут у нас сорок литров, значит нужно восемь бутылей. Для порядка, на всякий случай, возьму десять.
Вылез на ту сторону, выбил топором пробку и наблюдал, как рубиновая жидкость местами, не попадая в горловину заполняла один за один пластиковые баклажки. Что делать с таким количество вина, я вообще не представлял. Я-то не пью! Вино у Гриши вообще взял для конспирации, чтобы тот не понял, что именно «чернуха» для меня является основным товаром. Ну а мясо, для дома. Это же не мясо, а клад!
Выстроил все баклажки, ровными батареями на полу подвала. Тащить их на верх, а потом два часа врать матери, где я набрал столько вина не хотелось вообще. Вернулся к дереву, разломал топором бочки, выкопал сапёрной лопаткой яму для скрытого костра и подкидывая дощечку за дощечкой, избавился от улик. Стало плохо пованивать, когда в огонь полетели части с остатками черной икры. Ох и вонь от неё, когда обугливаются остатки черной икры на дубовых плашках. Просто ужас!
Пока тлели угольки, пялился на небо, в надежде найти отличия в созвездиях. Не-а, не нашёл. Наше небо и всё тут. Потом, по кучи, показалась «наша» луна. Короче, как не крути, а миры идентичные и расходятся только по времени. Разница ровно в восемьдесят семь лет! Стало интересно, а старый профессор вообще понимал куда он стремится? Если понимал, то как он вычитывал разброс по годам? Неужели вот так просто, можно создать пробой во времени между слоями. Э-эх вопросы, вопросы. Нужно закапывать угли и закупоривать нору, так как к гостям из тридцать восьмого года я не готов вообще.
***
Утром сидел на крыльце в свое удовольствие, на своем любимом кресле и наблюдал эпическую картину: По дороге между дачами, слегка пошатываясь шёл чел в форме ополченца. Грязный, оборванный, с дичайшего «будуна»! По возрасту слегка старше меня. Дезертир что ли? Это первое, что пришло мне в голову. В Мариуполе боёв нет уже больше месяца… А, служивый тогда откуда, да еще в таком виде? Тот махнул мне увидев и крикнул:
– Братан, закурить есть?!
Я, коротко махнул головой в отрицании и сказал: – Бросил. – тот обреченно вздохнул и хотело было уже двинутся дальше, как внезапно спросил.
– Слышь, земляк, а тебе ружьё надо? – я замер, пытаясь сообразить, что после войны у вояк на руках, зависло всяческих огнестрельных приколов как навоза, и безразлично сказал:
– Ружьё мне без надобности, я не охотник, а вот винтовку бы глянул или еще что интересное.
– Во!!! – Радостно расплылся тот в улыбке. – Ай-да, покажу!
– Куда?
– Да, не ссы! Тут недалече. В соседней посадке.
– Пешком пойдем или на транспорте.
– Слышь, братан давай лучше на колесах, а то так выпить хочется, что мочи нет.
Я взял ключи, посадил вояку на заднее сиденье где, у меня был постелен старый надувной матрас, естественно в сдутом положении и мы рванули. Проехав километра три, мы вышли на боковую ветку, ведущую к ростовской трассе, а затем опять свернули в посадку и проехав с километр вышли к какому-то полевому лагерю в котором сидело человек семь. Служивый, махнул им по- свойски рукой, мол «всё нормально».
Когда мы вышли я увидел, что угрюмые фигуры с «будуна», сидят у костра кружком и понуро жарят хлеб на огне. Подойдя я поздоровался: – Здорова мужики! Как служба?
– Ты, что родной, какая служба? Нам стукнуло по шестьдесят, так сказать «в процессе» и всех скопом демобилизовали. Сказали, не хрен больным и слепым по окопам шастать. – Второй с «рыжиной» в бороде подтвердил, грустно кивнув.
– Списали нас, как хлам не нужный! Сказали, мол старые мы для службы, мол проверка была и начальство «вздрючили», что таких как мы в армию ДНР набрали. Дали по пойку и коленом под зад. Обидно мля! Вот так. Вот и бухаем с горя. У половины домов больше нет, война разрушила, с-сука. Ехать некуда. У второй половины жен нет, и дети выросли и разъехались. Вот так-то парень. – меня позабавило, что шестидесятилетний, пятидесятилетнего, то есть меня, называет парнем. Гы-гы-гы.
– Ладно, меня ваш сослуживец по делу привез. Вроде как винтовку предлагает. – и я вопросительно посмотрел на деда, которого привез. Тот, протянул руку и представился:
– Семён. – Я пожал и спросил:
– Ну так как, где ваш арсенал? – Семен, горько вздохнул и сказал.
– Пошли покажу. – От лагеря мы прошли, наверное, с пол километра и подошли к окопу. Неподалёку, я увидел с десяток могил с крестами из толстых веток и спросил.
– Семен, это наши? – указал на могилы. Тот, брезгливо поморщился.
– Нет конечно! Это «укры», древние австралопитеки.
– Что?! – Завис я, не понимая терминов.
– Я и говорю, это древние люди, которые прокопали Черное и прочие моря. Ты «чё» не в курсе?!
– Ладно, хватит баек, показывай. – И он показал!
Такого оху… простите «охренения» я никогда еще не испытывал! На дне окопа, накрытый несколькими плащ-палатками, мешками и еще какой-то ветошью покоилось море оружия! В навал лежали, стояли, выглядывали из кучи, автоматы, пистолеты, пулемёты, несколько минометов и крупнокалиберные пулемёты ДШК, заканчивали этот смертоносный натюрморт. Я был шоке и мне понадобилось несколько минут, чтобы «отлыгать» и взять себя в руки, придав морде «кирпичевидность». Я театрально сплюнул в сторону и сказал с самым борзым видом, но так чтобы никого не обидеть. – Семён! На кой хрен, мне эта гора ржавого металлолома? – А внутри я себя УЖЕ чувствовал, как хозяином пещеры Али-бабы. Знаете, почему? Потому что ЭТИМ людям нужно бухло и еда. Много еды! А я знал, где можно неограниченно брать и то и другое, по мизерным ценам из иного, советского мира! Короче, как не крути, а мы нашли друг друга! И еще. Чуйка мне подсказывала, что если провернем сделку и поможем друг другу, то потом я этих «волчар» смогу нанять в свою «бригаду». Да-да, в СВОЮ бригаду! Я чувствовал, как меня словно магнитом тянет к ним рок или судьба. Не знаю, что это за странность такая, но тянет. И ничего с этим поделать не могу.
С горьким, разочарованным видом, я развернулся и пошёл к лагерю. Потом, как бы нехотя, сказал: – Семен, бери свою винтовку и пошли к парням. Разговоры разговаривать будем. И не глядя, пошёл по тропе. Подошёл к костру, сел и грустно играя на публику произнёс: – Хлам один! Где вы набрали столько металлолома? Тот, который с «рыжиной» в броде, произнес фразой из фильма Брат два:
– Эхо войны. – и хрипло засмеялся. Семен, выходил позади нас, таща в руках «трёхлинейку» мастера Мосина с оптическим прицелом и пытаясь передёрнуть подржавевший за время лежания, затвор. Получалось у него, не очень. Понятное дело, если всё барахло валялось без должного ухода почти два месяца в походно-летне-сыром положении. Наконец у него получило откинуть затвор и в траву, с щелчком, улетел крупный патрон, калибра семь шестьдесят два. Тот наклонился, поднял и сглотнув уставился на меня, замерев в живом вопросе. Я посмотрел на рыжебородого «Викинга» – старшего в этом сообществе, буду так его называть, и спросил: