Эль Бланк – Сирена иной реальности (страница 38)
— Мм… — растерялась Омили. — Ну да. В школе. Давно…
— Идем! — Лиодайя, схватив подругу за руку, подскочила и потянула ее к двери.
Фрейлина послушно последовала за ней. Ее недоумение, как и мое, впрочем, быстро исчезло, едва мы оказались в библиотеке. Вручив подруге уже знакомый свиток и ожидая, пока Омили внимательно его изучит, Лиодайя в нетерпении ходила по читальне.
— Гм… — наконец по-прежнему растерянно заговорила Омили, подняв глаза. — Это что же? И тебе дозволил себя слышать, как Шилли? Ты не думай, я незавидую. Мне такой милости Дайяра не надо… М-да… А сейчас? Он тебе что-нибудь советует?
— Нет, — грустно призналась Лиодайя. — Возможно, он ушел… Разгневался на недостойную сийринну…
— Это ты-то недостойная? Тогда твой Дайяр глуп и ничем не лучше гадкого Аленнара.
— Нет, нет, ты к нему несправедлива! — воскликнула Лио и продолжила с надеждой: — Вдруг его дух моря обманул? Отвлек подлыми речами, а после уже поздно было спасать. Или его позвали небесные помощники. У Дайяра ведь много дел и обязанностей…
— А ты его позвать можешь? — заинтересовалась Омили.
— Могу, но… Обычно он сам приходит. Мне боязно его отвлекать, все же… дух.
В ее голосе было столько почтения, преклонения, веры, что я окончательно сник. Все. Доигрался. Идиот…
Вот только именно это понимание вдруг напрочь стерло мою решимость оставаться невидимкой до последнего. Да, я дурак безответственный, но не трус…
— Прости, что оставил тебя, Лиодайя.
— Арктур… — Охнув, Лио осела на удачно оказавшийся рядом пуф. Прижала руки к щекам и впилась взглядом в округлившую глаза, напрягшуюся фрейлину.
— Лио?! Пришел? Это он? Что такое «Арктур»? — начала допытываться Омили.
Ее скептический настрой сменился неподдельным интересом.
— Дайяр просил называть себя так… Я рассказала ей. Ты не сердишься?
— Нет. Но пусть она хранит этот секрет ото всех.
— Разумеется, никому не расскажет. Не сомневайся в верности Омили, она ответственна и рассудительна…
Фрейлина с таким фанатизмом принялась кивать, что даже насмешила меня. И как у нее голова не отвалилась? Посчитав, что момент удачный, я решил раздобыть новую информацию. Благо мы не ушли из библиотеки.
— Я слышал, вы говорили о коварстве Нара, — проявил я понятную в моем случае заинтересованность. — Это любопытно. Кажется, я что-то упускаю из виду. Лио, ты рассказала мне о странной традиции запрета на пение невесты, но, возможно, сирены и эсы заметили и записали иные факты его подлости, неизвестные мне? Есть такой свиток?
— Легенда о завистливом Паре? — перевела Лио мысль в понятную для Омили фразу.
— Надо найти? — тут же правильно истолковала ее желание фрейлина. — Сейчас… Хранитель Довнар!
Ее зов слышался уже из-за двери, в которую фрейлина выскочила так быстро, что Лиодайя даже не успела ее остановить. Зато не прошло и пары минут, как она вернулась довольная и показала нам свою добычу.
— Можем в комнате прочитать, — сообщила Омили, когда Лио присела было на пуф за столик. — Хранитель библиотеки разрешил. Свиток не старый и не ценный. Настоящий уже утрачен, сохранились только копии.
— Мне, в общем-то, все равно, где читать, — замялась Лио.
— Лучше в комнате, — поддержал я ее. — Там обстановка спокойней. Мало ли кто еще захочет сюда прийти и помешает.
И ведь как в воду глядел! Мы прямо в дверях столкнулись с посетителем, настойчиво прущим навстречу просвещению. Вне всяких сомнений, подобная тяга была для «медведя» лишь удобным прикрытием его истинных мотивов и потому он основательно растерялся, когда осознал, что желанная цель ускользает из-под носа, а ему придется объясняться с хранителем библиотеки, ведь тот уже вышел к нему в готовности услужить новому посетителю.
Раздосадованная физиономия посла рассмешила обеих девушек. Да и я немного расслабился и успокоился за них. Невозможно столько времени находиться в напряжении. Хорошо, что хоть эта случайная встреча разрядила непростую обстановку.
Кстати, и с темой хроник я тоже не промахнулся. Свиток, то есть легенда, оказался крайне увлекательным чтением, притом что я никогда не считал себя любителем мифологии. Видимо, этот мир так на меня повлиял…
«В назидание потомкам, всем сирринам, дабы не совершали они новых ошибок и не повторяли старые, сие повествование сложено да записано.
Шиллидайя, ожидая достойного мужа, пустилась в странствия по островам. И каждая смелая девушка, которая ее касалась, получала дар Дайяра, благословляя духа ветра и его прославленную воительницу. Все больше становилось сийринн, все реже твари осмеливались лезть на берег из пучины морской.
Так и не выбрав спутника, Шиллидайя вернулась на свой родной остров. Видел Дайяр, как переживает первая сийринна, и направил ее в убежище на берегу, в котором жила она прежде. Не хотела Шилли возвращаться в свой старый дом, но ни на миг не усомнилась в дальновидности духа. И была вознаграждена за свою разумность — ожидал ее мужчина, который поведал о неслыханной наглости духа моря. Не трусость заставила мужчин бежать вглубь острова, едва началось нашествие, а злой умысел презренного Нара, подговорившего их не биться против морских созданий и посулившего щедрую награду. Вот только нарушил свое обещание Нар. Не одарил их никакими способностями и оставил ни с чем.
Оценила Шиллидайя честность и открытость мужчины. По сердцу пришелся ей и облик, и нрав знакомца. И Дайяр перечить не стал. Повелел готовиться к свадьбе, но напомнил об испытании жениха. Не утаила невеста слово духа от своего избранника. Не явил тот страха перед волей небесного покровителя, пожелав во всем быть достойным Шилли.
В назначенный день вышел жених на берег, чтобы доказать свою доблесть и храбрость. С мечом острым шел и с прочной сетью, чтобы поймать и убить тварь. В груди его билось отважное сердце, а душа была полна решимости и смелости. Однако даже этого оказалось мало, когда из воды показалось чудище.
Долго длился бой. Силы воина таяли, как песок в волнах. Но крепко любил он Шилли и потому решился на отчаянный поступок. Запел, как невеста его, понадеявшись на покровительство милосердного Дайяра.
Без меры озлился тогда дух Нар, узрев испытание. Разбушевался, борясь с Дайяром. Поведал духу ветра о зависти своей, ведь не его сийринны почитают и славят. Не вынес того, что воин не умолил о милости Нара, и решил-таки сдержать свое обещание и одарить мужчин.
Красивый голос жениха в единый миг превратился в отвратительный, подобный скрежету камней по дну морскому. Замерла тварь, прислушиваясь к звукам и забыв о поющем воине. Да только не вернулась она к духу-отцу, осталась рядом, не убоялась противника.
Возрадовался было защитник — так легко убить присмиревшее чудище! Вонзил меч ей в самое сердце. Триумфально поднял оружие, но не успел восславить своего дарителя, как из пучины морской появилась еще одна тварь.
И снова запел воин, чаруя и убивая врага, но все новые и новые дети моря шли к нему. Тянулись они к голосу странному, словно к обещанию добычи и славной охоты. И понял тогда жених, какой страшный дар ему достался — манить мерзких существ на берег. Замолчал он, осознав, что не поможет ему голос. Собрал последние силы и все же одолел тварей.
Бросилась Шиллидайя к жениху, упавшему в изнеможении на залитый кровью песок. И воскликнул он: „Негоже воину петь и потворствовать воле Нара! Оружие мужчины — верный меч да крепкое тело. Пусть сийринны являют голос свой“.
Еще сильнее осерчал дух морской! Ждал он почтения, а не пренебрежения к щедрости своей. Но не отобрал, а сохранил дар навечно, чтобы стал он карой для любого, кто помыслит на сийринне жениться».
Кара?.. Хм… Для кого как. Подобное наказание для Аленнара — это скорее награда. Он по мерзости явно превзошел своего морского покровителя. Радует, что в свитке речь об адекватном мужчине. Да и, по откровениям Омили, принц и его дружки — единственные безумцы, а другие сиррины не злоупотребляют пением.
И вот вроде как чушь же, мистика, фантазии… А насколько логично все у этих древних летописцев! Рациональное зерно явно присутствует, и даже сомнения возникают, что это лишь выдумка. Ну невозможно такое сочинить на пустом месте!
И если посмотреть на пение как способ коммуникации сирен и тварей, то вырисовывается любопытная картина. Похоже, поющих сирен морские чудища не считают кормом. Они лезут из моря на зов сиррина, который сигнализирует им об обилии добычи и обещает удачную охоту. Оттого чудища и игнорируют противника, принимая его за своего собрата. Принюхиваются, ища более вкусную пищу. Очевидно, именно эсы, не способные замаскироваться под морских обитателей, для них привлекательны в этом смысле. А вот что тогда делает сийринна? Вероятно, мой дар, точнее, дар Дайяра, по сути своей противоположен способностям мужчин. Значит, пение девушек дает твари понять, что на берегу небезопасно или пищи больше нет и лучше вернуться в море.
Изумительный способ защиты изобрела природа, которую местные воспринимают как помощь высших сил. Мирный — минимум жертв и среди дозорных, и среди морских обитателей. Понятный и с той позиции, почему стражи воюют с тварями молча, хотя было бы куда удобнее убивать присмиревших. Ведь лучше победить одну активную, чем приманить уйму новых, которые займут ее место. Дозорным точно не нужны столь многочисленные проблемы.