Эль Бланк – Его добыча (страница 35)

Упреждая рывок, шагнул ближе – это заставит и мою добычу, и Игеря, если у него возникли те же мысли, сдержаться – не могут же они не понимать, что любой из нас способен действовать на порядок стремительнее. Да и рыскать по кораблю в поисках сбежавших мне совсем ни к чему.

От моего маневра Троя сникла, но в ее суетливой нервозности не было привычной уже порывистости – тревога занимала все мысли женщины. Игерь будто вовсе не заметил нависшей над ним тени: сгорбленные плечи и пустота во взгляде, нарочито упертом в экран консоли, буквально кричали о глубочайшем отчаянии.

Сам я бездействию предпочитал борьбу, иначе не отправился бы в провал, ведущий в материальный мир. И потому не мешкал. На пределе возможностей, одновременно с собратьями координируя модификацию навязанных оболочек, просканировал корабль, отыскал отсек, где хранились скафандры, и отправил туда двух эдаити: «Заберите все, что есть, и принесите в рубку».

А дальше…

– Надеть.

Взяв одно из странных материальных приспособлений, внешне невозмутимо протянул своей добыче. Если она полагает его единственным шансом на спасение – я дам ей этот шанс! Просто чтобы не лишиться деликатеса, который все еще не распробовал.

Реакция Трои оказалась неожиданно бурной – она на несколько секунд онемела, вперив неверящий взгляд в предложенную вещь, затем посмотрела на меня. В ее глазах я видел потрясение, подозрение и даже смирение. И понял: она снова меня вычислила, мысленно сопоставив этот дар со своими размышлениями.

«Спеши!» – мысленно скомандовал женщине, ловя себя на непривычном ощущении внутренней напряженности – об угрозе для добычи я думал больше, чем о рисках для эдаити.

Словно услышав, она, резко вскинувшись, выхватила скафандр из моих рук и немедленно принялась упаковывать себя в еще одну своеобразную оболочку. Интересно, будет ли ей так же неудобно, как мне в материальном теле?

Уже отворачиваясь, боковым зрением засек, как на пределе возможностей своего тела к Трое развернулся штурман. Вероятно, тоже хотел бы заполучить подобную защиту, но меня его желания, как и его шансы выжить, не волновали. Другое дело – собратья эдаити.

«Сколько здесь?» – поинтересовался, окинув взглядом сваленные в кучу костюмы.

«Десять, – отчитался Муш. Посмотрел на Трою, судорожно надевавшую скафандр, и уточнил: – Девять».

Ясно. Надо подумать – и быстро! – кому они нужны в первую очередь. Кто среди нас не способен пережить экстремальные условия аварийного приземления?

«У Риш не получается, – в ответ на брошенный собратьям вопрос синхронно раздались полные тревоги голоса Риза и Шоха. – Слишком высокий уровень возбуждения. Не может сконцентрироваться и заставить тело меняться».

«Тат и Лис тоже неадекватны. Они только что пришли в себя. Еще двое эдаити в женских оболочках до сих пор не очнулись. Мы даже не понимаем, кто они».

Понятно, пять эдаити и Троя. Итого шесть скафандров задействованы, осталось четыре.

«Сколько пленных вне рубки?»

«Шестеро, – немедленно откликнулся Орш. – Отдать скафандры им? Возможно, рационально будет сохранить их жизни на случай, если на планете не удастся сразу отыскать источник пищи».

«Силы важнее сейчас. Времени мало, используйте любые ресурсы для восстановления потенциала, чтобы с меньшими потерями выдержать жесткую посадку».

«И пленных можно?»

Пленных? Несомненно. К тому же без защиты они не выдержат. И лучше уж бывшие обитатели станции утолят наш голод, чем их энергия бессмысленно и бесцельно рассеется в космосе. Ни один эдаити не позволит себе подобного расточительства.

«Да, и пищевые запасы транспортника, и пленников. Но если сможем употребить не всех, – вдруг вспомнил, что, кроме меня, глобально никто силы не расходовал, опять же собратья, пока я был занят добычей, питали оболочки едой, обнаруженной на корабле, – тогда оставшихся упакуйте в скафандры. Попробуем законсервировать еду, чтобы использовать позже – неизвестно, что нас ждет на планете, возможно, они окажутся единственным источником… пищи».

«А с этим что делать?» – Муш указал на Игеря.

Штурман кивка не заметил, с безумным вожделением взирая на упаковывавшуюся в скафандр Трою. Казалось, его больше ничто не занимало, даже перестал делать вид, что анализирует информацию на системной консоли.

С одной стороны, этот мужчина меня всесторонне раздражал своей ненужной инициативностью – он единственный пытался причинить вред, саботируя наш успешный побег. Не нравился мне и его неприкрытый интерес к Трое. Однако опыт эдаити подсказывал: пусть субъект сильнее меня привлекает внимание моей добычи, но он обладает большими в сравнении с другими пленными знаниями, жизненно полезными нам сейчас. Ведь именно их с Троей шепотки уже не раз позволили мне выкрутиться из безвыходного положения – из этих разговоров я узнал, как спасти своих собратьев.

«Ему скафандр тоже. Позже сам его поглощу», – бросил в ответ, приняв решение сохранить до поры жизнь Игеря.

Однако мне самому необходимо пополнить запас энергии перед решающим полетом. Слишком много ее ушло, когда «доламывал» двигатель. «Одного пленного я забираю», – предупредил своих, развернувшись к выходу из рубки.

По мере увеличения скорости сближения с планетой транспортник потряхивало все сильнее. Но, даже понимая, что теряю время и рискую не успеть оказаться рядом, я позволил себе быстрый взгляд на Трою, озабоченную прикреплением шлема.

– Твой. – Муш швырнул один из скафандров штурману.

Игерь боязливо, но немедленно ринулся к средству защиты, вцепившись в скафандр обеими руками. Его действия меня мало интересовали. Неважно, в каком виде будет еда, когда придет время насытиться.

Размышления, расчеты, решения и исполнение! Для меня это не последовательные операции, а практически параллельные. Миг, и я уже стоял у входа в каюту, где под присмотром эдаити спали мужчины-гуманоиды, которых увели из рубки на время недолгого погружения в подпространство. Еще миг, и энергия одного из них мягко впиталась, восполнив мой резерв.

Идеально! Так знакомо и понятно, не то что их материальная еда.

На ужас обреченных пленников, на чьих глазах состоялось питание, внимания не обратил. Их участь предопределена, за мной сюда спешат другие голодные эдаити.

А я без промедления устремился в рубку.

Вибрация необратимо нарастала – транспортник начал испытывать сопротивление верхних слоев атмосферы. Планета, занимающая уже половину обзорного экрана, тоже дрожала. Отсчет пошел. Шансов у корабля нет, но есть ли они у нас? Подобных перегрузок наши оболочки еще не знали, это станет испытанием для них. Все еще не свыкнувшись с материальностью, каждый из нас продолжал держаться невозмутимо: сознание эдаити не научилось переживать о теле. Мы спокойно рассчитывали свои возможности, деловито готовясь к самому худшему, разительно контрастируя с паникой штурмана и моей добычи. Они явно ожидали гибели и за скафандры ухватились как за единственный шанс спастись.

В очередной раз взвыла сирена, напоминая о приближении к опасному для корабля объекту. Выругался Игерь, подпрыгивая на одной ноге и пытаясь спешно засунуть вторую в штанину скафандра. Стиснув пальцы на подлокотнике кресла, судорожно ахнула уже одетая в защиту Троя.

Ее вздох, такой тихий и резкий, отозвался в моем теле всплеском энергии, прокатившейся волной до самых кончиков пальцев. Не раздумывая, дернул добычу к себе: проще и спокойнее, когда она близко.

Отшвырнув от консоли штурмана, на свою беду расположившегося за ней, усадил онемевшую от неожиданности Трою на край панели. Прижав собой, навис и практически подмял под себя, упираясь ладонями и растопыренными пальцами в цветовые переливы датчиков. Сам до конца не понимал, почему поступаю так, присутствовала лишь одна четкая мысль: хочу все делать, чувствуя женщину рядом.

Сирена уже выла, не замолкая, но я ее не слышал. И волнения не было, лишь полная концентрация на последовательности запланированного и… едва уловимом из-за скафандра аромате волос Трои. Он хорошо запомнился мне во время сегодняшнего сна. И он помогал.

Итак, нужно… Что мне нужно?

Переключить маршевые двигатели на реверс. Направить сопла на планету. Заставить работать, сжигая остатки жидкости… топлива. Правильное слово пришло в голову так же естественно, как и знание о том, что делать.

Возможно, это было не абстрактное знание. Возможно, я снова получил информацию от смятенного сознания Трои, которая сама обхватила руками мою шею, а ногами бедра и тесно прижалась, зажмурившись. В этот момент я не был для нее монстром или чудовищным амиотом, сбежавшим из лаборатории. Я был тем, кто отгородил ее от еще большего кошмара.

Да, любопытно и достойно анализа, но эту задачу я отложил, четко расставляя приоритеты. Сейчас важно снизить скорость падения – корабль не спасет, но хотя бы не даст обшивке разогреться до критической температуры в плотных слоях атмосферы.

Бросил короткий взгляд на экран: белесая муть рвется навстречу, раскрашиваясь оранжевыми и желтыми всполохами. Еще один – на панель: температурный индикатор стремительно меняет цвет с сиреневого на красный. Впрочем, я и без него ощущал, как нарастает жар внутри рубки. И как навязанное мне, но уже четко осознаваемое тело начинает усиленно охлаждаться.