Эль Бланк – Его добыча 2 (СИ) (страница 55)

Шох размышлял верно. Но я был намерен уйти с Троей – другого варианта просто не было в моём сознании. Собратья улавливали этот вектор, но пока не комментировали, ожидая разъяснений.

«Они угрожают и эдаити в женских оболочках!» — Зак отметил момент, особенно значимый для всех.

«В этом есть опасность, – согласился Орш. – Судьба укрывшихся в зиянии непредсказуема: где и когда они вернутся, мы доподлинно не знаем. Если врагу повезёт оказаться в нужном месте в нужное время, это приведёт к неизбежному столкновению».

Собрат, конечно, думал о Риш. Шансы эдаити в менее функциональных женских оболочках при контакте с преследователями значительно ниже. Но рассуждать о неведомом и гадать о том, что только может быть?.. Нет, мы так не умеем.

«Как почувствуем их, так и решим, каким образом действовать. Щег и другие тоже мгновенно ощутят близость врага и не станут лёгкой добычей», – выразил общее мнение Шох.

Мысли между нами вспыхивали и исчезали с такой скоростью, что вряд ли незнакомец, чье обращение нам транслировали, успел перевести дух. Непрерывные мысленные вопли Трои – не верьте им, оставьте меня, уходите сами, – я и вовсе игнорировал, отмечая как фон и подтверждение её текущей жизнеспособности, больше сосредоточенный на диалоге с эдаити. Решение по моей добыче было принято сразу, едва я ощутил её рядом, и обсуждению не подлежало.

Знал, что собратья поймут, пусть пока лишь с толикой недоумения отмечают моё целеустремленное желание вырвать Трою из плена. Потому подтвердил:

«Да, на данный момент они в безопасности. Но мою добычу заберём с собой. Она тоже часть нашей группы… – Я заблокировал общее восприятие, адресуя последнюю фразу исключительно Оршу: – Как Риш!»

Для всех нас этого было достаточно: если кто-то признавал пленницу частью общности, остальные принимали это – так происходит в нашей многомерности с новоявленными сущностями, таким оно останется для нас и в мире, куда мы попали. Признав среди своих значимость для меня Трои, я немедленно расположил к ней всех эдаити.

Сомнений у собратьев не осталось: раз одному из нас необходимо вернуть добычу – другие помогут. Так рассуждал бы и я на их месте. План того, как именно действовать, уже оформился в моих мыслях. Эдаити погрузились в оценку и распределение функций, принимая на себя свою зону ответственности: каждый из нас знал, что необходимо действовать сообща, во всём поддерживая других. Нельзя получить оптимальный результат, если нет слаженности и согласованности. А потому…

Потому мы начали действовать: разделились на две группы, которыми привычно руководили мы с Оршем, и начали спускаться с холма.

Утренний холод отступал, сменяясь дневным зноем. Двигались мы не слишком торопливо, скорее медленно, желая создать у врага нужное впечатление покорной исполнительности и смирения. Одновременно совершали неявные манёвры, чтобы разделиться.

Восемь эдати во главе с Оршем постепенно стали отставать, делая вид, что ранены, изнурены и не могут быстро идти. Кто-то поскользнулся на клочке мягких кристаллов, кто-то запнулся, преодолевая глубокую рытвину, оставленную взрывом… Неявно, но их продвижение замедлилось.

Остальные, которых вёл я, сохраняли прежнюю скорость, двигаясь к практически беснующейся Трое – женщина то подскакивала на ноги, хватаясь за голову, то плюхалась вниз, закрывая лицо ладонями. А уж как она вопила в своих мыслях…

«Маленькие корабли неотрывно следуют за вами, транспортники начали движение к платформам», – сообщил Риз, оставленный наблюдать за происходящим с вершины холма.

Острой необходимости в его контроле со стороны не было – каждому из нас достаточно бросить сканирующую волну, чтобы в один миг обозреть окружающее пространство. Но… мы берегли энергию. Для реализации замысла её потребуется много. К чему напрасно расходовать, если можно получить информацию об окружающем мире иным, менее затратным способом?

Тактический ход… Наше преимущество – внезапность и непредсказуемость. Враг не сможет просчитать наших действий просто потому, что они не укладываются в его понимание наших возможностей. А когда осознает, будет поздно…

«Кин, что ты делаешь, Кин?! Остановись, умоляю! Не надо! Уходи!»

Беспокойная женщина. Если подумать, её мысли никогда не бывали монотонно-размеренными. Сейчас же в голове Трои, следящей глазами за нашим приближением, нарастала паника. Даже отчаяние? Её мысли мне не нравились: чтобы нас вновь не захватили, она готова… погибнуть?

Слово со столь же загадочным смыслом, как и пресловутое «размножение», но ставшее более понятным после исчезновения Таса из навязанной оболочки. Оно вызывало отторжение и желание упорно противодействовать тому, что могло спровоцировать ту самую гибель Трои. Тело реагировало на это внутреннее состояние, – в горле вновь и вновь рождались перекатывающиеся гортанные звуки. Кажется, я начал догадываться, что они означали: недовольство.

Несмотря на протесты женщины, следовать её советам я не собирался. Она – моя добыча! Конечно, я её не отдам, не позволю украсть или забрать у меня.

Моя группа почти бегом, явственно спеша, первой подошла к платформе. Песок под ногами сменился запылённым искусственным покрытием, под которым скрывались наполненные энергией устройства. Бессмысленная попытка не позволить нам увидеть то, что содержит в себе энергию, даже если это и не живой организм. Когда-то для нас это вообще не играло роли…

– Кин! – едва я шагнул на платформу, обречённо всхлипнула Троя. – Ну зачем? Зачем?!

Она уже не делала попыток дозваться меня мысленно, отбросив намерение утаить наше одностороннее общение.

– Я обещал вернуться.

Глаза добычи ошеломлённо распахнулись, словно бы она не доверяла собственному слуху. Я же, отвечая Трое, одновременно действовал стремительно, чтобы успеть преодолеть разделяющее нас расстояние и оказаться с ней рядом до того, как сработают механизмы, рождающие энергетические прутья, и разделят нас на отсеки так же, как на станции. Важно было оказаться в одной «ячейке» с добычей!

Мои собратья обеспечили мне необходимые для этого мгновения – отвлекая внимание и заставляя противника медлить, они зашли в ловушку кучно позже меня, не одновременно переступив границу будущей энергетической клетки. Возможно, реакция у того, кто держал руку на пульте управления, запаздывала, или же преследователям важно было заполучить именно всех или пронаблюдать нашу с Троей встречу. Или причиной заминки стало несовершенство механических устройств в сравнении со стремительными рефлексами и движениями созданных для нас оболочек, только мне этого хватило.

– Троя!

Рванул добычу на себя, едва оказался рядом. Сгрёб в охапку, одновременно наблюдая, как под действием направляющего механизма пронзают воздух потоки энергии, формируя непреодолимую преграду и отрезая добровольных пленников от свободы.

Но внешне всё выглядело как полное осуществление планов врага: та группа, что двигалась со мной, оказалась пленена и разделена. Разрознена, разобщена, дезориентирована… Так полагал наш враг. Мы не спешили его разубеждать, покорно замерев там, где нас застали выстрелившие вверх потоки энергии.

– Задушишь, – тихо пискнула Троя.

Я не рассчитал усилия, с которым прижал женщину к своему телу. Её сердце билось в ускоренном темпе, пальцы рук крепко вцепились в мои плечи, взгляд с полубезумной лихорадочностью шарил по моему лицу. Реакция её тела противоречила словам, которые Троя говорила ранее: выходило, что она рада нашей встрече!

– Ты обманывала, – вслух спокойно отметил я очевидный сейчас и возмутивший меня факт.

Добыча, замедленно из-за внезапного ступора, сфокусировала взгляд на моих губах.

– Что?! О чём ты? – она выдохнула и сразу умолкла. Подняла голову и поверх моего плеча со страхом уставилась на медленно надвигающуюся на нас громаду транспортника.

– Когда просила не приходить за тобой, – спокойно пояснил я свои слова, тоже посматривая на корабль.

Вздрогнув, словно кто-то невидимый хлопнул её по затылку, Троя резко переместила взгляд на моё лицо. В её глазах сейчас отражалось то, что я уже научился с лёгкостью узнавать: недоумение и ужас.

– Проклятье! – с нервным смешком, исказившим губы, женщина прошипела мне почти в ухо. – Ты же не можешь говорить это всерьёз?!

«Чёртовы несмышленые младенцы с рефлексами киборгов, которых облапошить – как пирожок съесть», – билась непонятная мысль в её голове.

По всему выходило, что она была и рада, и не рада моему появлению. Как можно такое понять? Как вообще можно испытывать такие противоречивые устремления одновременно?

Не поняв сути её вопроса, я не собирался и отвечать. Неуловимо-гневное сопение Трои, которая явно пыталась совладать со своими страхами и усмирить дыхание, меня совсем не отвлекало. Привычно заинтересованный всем, что касалось поведения моей добычи, и обдумывая возникшую дилемму, я синхронно фиксировал действия и оценивал скорость, с которой вражеская техника опускалась. Транспортнику придётся сесть на поверхность планеты, иначе не поднять платформу с нами, а группа Орша ещё только подходила к расположенной рядом и скрытой пока платформе, двигаясь с отставанием.

«Приготовиться», – предупредил всех эдаити, хотя и знал – сейчас никто из них не позволяет себе отвлекаться. Концентрация на первом месте.