Екатерина Владимирова – За гранью снов (СИ) (страница 40)

— Ты даже не называешь его отцом, — скривился он в усмешке. — Никак не можешь отвыкнуть, не называя его хозяином? — и, не дожидаясь ответа, все еще кривясь, удалился, оставляя за собой последнее слово.

Совет Князей состоялся в зале приемов с высокими потолками куполообразной формы, украшенными лепниной, и с разрисованными античными сюжетами стенами, специально оборудованном для подобного рода мероприятий. В центре зала стоял большой полукруглый стол из красного дерева, за ним — семь кресел с высокими спинками, обитых красным бархатом. Большое окно на полстены, завешенное гардинами, не пропускало света, а потому зал был освещен многочисленными бра, висящими на стенах, и льющими в каждый уголок комнаты приглушенный свет, а так же люстрой, свисающей с потолка, подобно огромной хрустальной слезе, освещающей комнату ярким потоком света.

Ровно в восемь часов вечера, когда все Князья заняли свои места согласно кланам, слева направо от Первого клана, Совет посчитали открытым.

Обсуждали управление Второй параллели в целом, отдельно в каждой области территории, находящейся под ее влиянием, подводили итоги года, решали возникающие по ходу обсуждения вопросы, коснулись вопроса о данном несколько лет назад обете безбрачия Кассандрой, проверили численность населения, прирост, число поступивших за грань рабов, не превышающих норму, так же поздравили Рэйфа Маккерика с предстоящей в декабре свадьбой сына, его наследника, с Наталией Д'Арси, представительницей одного из древнейших родов во Второй параллели.

Когда основная часть вопросов была рассмотрена, решения приняты, настал черед смотра внеплановых вопросов. И тогда Штефан, относительно напрягшись, но не подавая виду, нахмурился.

— Что ж, — начал Лестер Торалсон, — если ни у кого нет вопросов или дополнений по основным моментам нашей встречи, — обведя прищуренными глазами властителей, не останавливая ни на ком из Князей взгляд дольше, чем на пару секунд, он устремил взор на хозяина замка. — Думаю, настал черед пригласить сюда того, кто просил о слове на Совете, — он кивнул Штефану, и тот дал условный знак слуге.

Двустворчатые двери зала приемов почти сразу же распахнулись, впуская в пространство помещения высокого седовласого мужчину, выпрямившего плечи и спину и горделиво вскинувшего подбородок. Он сделал пару шагов, остановившись, обвел взглядом собравшихся и двинулся к центру комнаты.

— Исаак Хотвар, — коротко кивнул ему Лестер, казалось, с неохотой улыбнувшись. — Думаю, в излишнем представлении он не нуждается.

— Мои приветствия, господа, — поклонился мужчина, бросив острый взгляд на племянника, который, сжав руки в кулаки, невозмутимо смотрел на него из-под опущенных ресниц.

— Что привело тебя к нам на этот раз, Исаак? — поинтересовался Стани́слав Станевич, оглядывая гостя.

— Все еще не успокоишься из-за завещания Бернарда? — вскинул брови Рэйф Маккерик.

— Мне казалось, — подала голос Кассандра, вскинув подбородок, — что это уже решенный вопрос. Нет?

Лестер Торалсон пресек поток высказываний, подняв вверх руку.

— Полагаю, что мы узнаем сущность вопроса от самого Исаака. Не так ли?

Мужчина, давясь злостью и яростью от подобного обращения, в котором, несомненно, винил ублюдка своего сводного брата, легко кивнул, повинуясь старейшине Совета.

— Вопрос, который я бы хотел обсудить, по правде говоря, действительно касается Бернарда, — сказал он. — Точнее, его… отпрыска, — добавил он, бросив короткий взгляд в сторону Штефана, который до этого мига не произнес ни одного слова, а лишь испытывающе смотрел на него.

— И что же это за вопрос? — вскинул брови Лестер.

— Надеюсь, дело того стоит, Хотвар, — нахмурившись, откинулся на спинку кресла Ричард Роузберг.

— Право слово, я согласна с Ричардом, — скривившись, заявила Кассандра. — В чем дело, Исаак?

Мужчина, сдерживая гнев, попытался улыбнуться. Губы его дрогнули, а на лбу появился складочка.

— Боюсь, что новость, которую я сообщу, напрямую связана с нарушением законов Второй параллели.

— Конкретнее, Исаак, — поторопил аристократа Маккерик.

— Мне стало известно, — вскинув подбородок и обводя Князей взглядом, полным огня победителя, — из надежных источников, могу вас уверить, что люди Штефана Кэйвано нарушают правило гласности. Что разглашают — и могу осмелиться заявить, — преднамеренно о существовании Второй параллели.

— Это невозможно! — воскликнула Кассандра, сощурившись.

— Многие знают, что мы существуем, Исаак, — прервал поток возмущения Княгини Лестер. — И это не было большой проблемой раньше.

— Но когда эта проблема угрожала выйти за пределы круга осведомленных? — парировал Хотвар.

Князья настороженно застыли, глядя на седовласого аристократа пристально и внимательно.

Штефан сощурился. Он ожидал этой подлости от Исаака, но только сейчас осознал глубину проблемы.

— Что ты имеешь в виду? — спросил Станевич. — Круг растет? Осведомленных становится больше?

— Именно так, — подтвердил Исаак, удовлетворенный произведенным эффектом. — Круг растет, уверен, что даже сейчас на одного или двух осведомленных стало больше. И мы все понимаем, — обводя взором Князей, продолжал он, — чем это нам может грозить.

— Восстание? — грозным шепотом проговорил Маккерик.

— Именно. Если круг тех, кто знает, вырастет и перейдет грань, — он сделал значительную паузу, прежде чем добавить: — Восстание неизбежно, а существование Второй параллели в тайне подрывается.

— Но с чего ты взял, что именно люди Штефана распространяют слухи? — воззрилась на Хотвара Княгиня.

Он насупился, глядя на нее почтительно, но с угрозой. Она всегда была проблемой. Княгиня! Всегда стояла на защите ублюдка Бернарда, как сука, защищающая своих щенят.

— Я уже сказал, — медленно протянул он, — что эти сведения получены из надежных источников. Я лишь делаю акцент на том, чем все это может нам грозить. Расширение круга знающих может иметь глобальные последствия, вплоть до восстания, как уже было сказано, — он поджал губы и рискнул добавить: — К тому же, нарушение первого правила Устава, насколько мне известно, грозит карой Совета.

— На что ты хочешь нам указать? — не понимая его до конца, спросил Стани́слав.

— Ты указываешь на Штефана? — напрямую спросил Ричард Роузберг.

— Неужели ты думаешь, что Штефан причастен к разглашению правды? — фыркнула Кассандра.

— Зачем ему это может быть надо? — подтвердил Маккерик. — В этом нет смысла.

Исаак дернул головой, между кустистых бровей залегла складка.

— Я не говорил, что ему это может быть надо, — спокойно сказал он. — Я лишь считаю, что Князь, — сделав презрительное ударение на этом слове и бросив взгляд на Кэйвано, — который допускает подобное среди своих людей, не может заслуживать доверие и управлять целым кланом.

— И мы возвращаемся к твоему первому прошению, — холодно проговорил Штефан, не произнесший ни одного слова до этого, и пронзая Исаака взором серо-голубых глаз. — Не правда ли, Исаак?

Тот скривился, но промолчал.

— Даже если слуги Кэйвано и распространяют подобные слухи, — начал Лестер, — мы должны выяснить, кто это делает, с какой целью и… — быстрый взгляд на Штефана, — …и знает ли об этом сам Князь.

Штефана передернуло от подобного оскорбления. Брови его сошлись на переносице.

— Если вы хотите услышать это от меня, — холодно и презрительно заявил Штефан, — то я говорю, открыто и правдиво: я не знал о том, что происходит.

— Я ничуть не сомневался, что ты скажешь именно это! — фыркнул Исаак, окатив ег ненавистью взгляда.

— Моих людей проверяют трижды те, кто служит моей семье много не просто десятилетий, но веков! — отрезал Кэйвано. — В их честности и верности я не сомневаюсь.

— Но, если до нас дошли подобные слухи, — сказал Маккерик, насупившись, — мы не можем оставить это без внимания. Нужно все проверить.

— Согласен, — кивнул Станевич, — нужно выяснить все наверняка.

— У нас нет оснований не доверять словам Исаака, — покачал головой Ричард Роузберг.

— Неужели вы, действительно, думаете, что Штефан преднамеренно распространяет эти подлые сплетни? — возмущенно воскликнула Кассандра, сверкая глазами. — Или что он знал о том, что кто-то из его людей это делает, и до их пор не пресек их деяния? Именно Штефан Кэйвано!? Не смешите меня! — скривилась она.

— Кассандра, — мягко проговорил Лестер Торалсон, — я понимаю твое негодование, но давай рассуждать логически, не отбрасывая фактов, — девушка кивнула. — Факт остается фактом: кто-то распространяет слухи о Второй параллели. Круг осведомленных растет, мы не должны допустить гласности…

— Тогда давайте найдем тех, кто это делает, — терпеливо проговорил Роузберг. — И спросим их, кто, когда, зачем.

— А до тех пор…

— Я буду подозреваемым? — холодно процедил Штефан сквозь зубы, начиная беситься.

Исаак не смог подавить торжествующую улыбку, скользнувшую по его губам.

— Боюсь повториться, — выговорил он восторженно, — но я говорил, что этот Трон не по твоему плечу.

— Но и не по твоему, — с яростью выдавил Штефан сквозь зубы. — Ты даже не Кэйвано!

Исаак, возмущенно напыщенный, дышащий кричащей ненавистью, хотел что-то сказать, но не успел.

— Успокойся, Штефан, — заявил Лестер. — И ты, Исаак. Мы во всем разберемся.

— Мне смешно даже предположить, что Штефан знал об этом, — раздраженно сказала Кассандра.