Екатерина Верхова – Избранница особого назначения (страница 12)

Казалось бы, магический прогресс шагнул вперед, но… Да как?!

На высшую коллегию магов уже давным-давно легла ответственность самим решать, какие именно чары будут максимально полезны обществу и принесут минимум вреда. Полная независимость, строгий отбор в императорские магилабы, предельно четкий набор правил и внутренняя иерархия, где каждый из отделов минимально воздействует на работу другого, но при этом исследования каждого на виду. Любое неправомерное создание артефакта тут же влияет на подпространственный слой земной коры, фиксируется, и сведения о произошедшем предоставляются магическому контролю.

Видимо, я была слепа, если и впрямь считала мир кристально честным и понятным. События последних дней больно ударили не только по вере в мир и добро, но и по мне самой.

— 0, судя по учащенному сердцебиению, слышала. И хорошо знаешь, на что способны эти малыши. Стоит тебе не выполнить свою часть сделки, и фьють, — мужчина щелкнул пальцами, из-за чего кинжал опасно дернулся. — И развалится твой женишок на сотню маленьких частичек.

Замучаешься собирать эту увлекательную мозаику! Не станешь же ты рисковать будущим всей империи? Всего-то избавиться от какой-то там принцесски. Уверен, ты и сама не в восторге от ее приезда.

— Я поняла, — мой голос все-таки дрогнул.

Возникшие на горизонте перспективы поистине ужасали.

— Сразу понял, что мы поладим, послушная леди, — расхохотался преступник. — Твой крайний срок — полночь в день Морского бала.

Последнее он произнес, уже выпуская меня из захвата и убирая кинжал. Мгновение, и за спиной раздался скрежет. Даже не оборачиваясь, я поняла, что напавший активировал один из потаенных механизмов и выдвинул между нами стену-заслонку, отрезая меня от глубин тайных ходов.

Мне оставалось лишь вернуться в общие коридоры замка.

Дело… дрянь.

Глава 9

— Тут нет лишних ушей? — тут же поинтересовалась я, как только переступила через порог персиковой столовой, где мама вознамерилась устроить семейный ужин в узком кругу.

— Все чисто, я проверила, — спокойно ответила леди Эйдос, стоящая у окна и будто ожидающая этого вопроса. Словно в подтверждение своих слов она стукнула навершием зонтика по полу.

По идеально гладкому паркету тут же пошла рябь, в которой я приметила россыпь сложнейших защитных печатей, оберегающих комнату не только от посторонних ушей, но и от взглядов.

Интересный у мамы зонтик, ничего не скажешь. Как только все закончится, стоит взять его на исследования в магилабы. Не помню я такой среди сокровищницы рода Эйдос, хотя в детстве мама часто рассказывала про каждый из хранящихся там экземпляров.

Лэйк сидел в пузатом кожаном кресле неподалеку от мамы. В его руках был бокал с вином. При виде меня он тут же расплылся в счастливой улыбке и вскочил на ноги, рискуя пролить жидкость на светлый ковер. На ужин я все-таки опоздала, а потому в брате плескался уже не один бокал сухого красного. Это осложняло мне задачу, я ощущала острую необходимость в его ‘умении мыслить.

— У меня для вас важные новости. И мне необходима ваша помощь… — с ходу начала я, проходя внутрь и замирая перед семьей.

Чувствовала я себя при этом так, будто признавалась в самом злодейском преступлении на свете.

Сердце стучало в бешеном ритме. Новоявленный кулон-артефакт разогревал кожу и легонько вибрировал, нервируя меня еще сильнее.

— М-м-м, сестренка, давненько я не видел тебя настолько серьезной, — шутливо отсалютовал бокалом Лэйк. — Могла бы хоть поздороваться!

— Я украла принца и взяла его в плен, — не размениваясь на ответные любезности, сообщила я.

— Ты… что?! — прокашлявшись, поинтересовался Лэйк, вперившись в меня шокированным взглядом. Бокал при этом отставил в сторону, на небольшую высокую тумбу, расположенную в углу.

Мама при этом сохраняла спокойствие, лишь поджала губы и села в освободившееся кресло, о чем-то напряженно задумавшись. Густая челка упала на ее глаза, не оставляя возможности понять по взгляду, насколько она обескуражена. И обескуражена ли?

Брат подошел ко мне, вперился в меня взглядом и опасливо принюхался.

— Ни шайтан-травы, ни алкоголя… Признайся, ты совсем там в своих магилабах двинулась, сестренка?! — все еще неверяще пробормотал Лэйк, бросая при этом выразительный взгляд на притихшую маму.

Я тяжело вздохнула и на мгновение прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Вновь убедившись, что комната полностью изолирована от посторонних, я начала с самого начала. С того, о чем буквально недавно узнала от Кристера, — с заговора, связанного с правым советником. Следом перешла к моменту нападения и шантажа. И после… После я все же решилась приблизиться к кульминации истории.

Сразу после того, как удалось выбраться из тайных коридоров, я направилась в магилабы. Во-первых, потому что только там удавалось полностью избавиться от лишних чувств и эмоций, привести голову в порядок. Во-вторых, про магию жучков-артефактов я впервые узнала из части исследований фон Брайна. Тех, что испокон веков передавались в моей семье из поколения в поколение. Другой том монографии, на которой я всерьез полагалась в решении проблемы, был буквально недавно подарен мне Кристером в качестве извинения.

В магилабах я нашла не только оставленную в особом сейфе книгу, но и письмо, врученное мне мисс Лесси. Пухлый конверт, защищенный особым артефактом-нитью, который я смогла бы активировать, лишь разобравшись в сложном плетении чар и наполнив каплей магической ауры.

О том, что над чарами постарался неомаг говорила не только экспериментальная магия, но и указание адресанта — Амадео Ф. Но к этому чуть позже.

Разобралась я с записями в предельно короткие сроки. Время поджимало куда сильнее, чем маломерящие туфли и кольцо, на два размера меньше положенного, вместе взятые. И катастрофы предвещало в сотни раз большие. Кое-как собравшись с духом, я решилась нажать на черный кристалл на моем экземпляре парного браслета, тем самым обращаясь к Кристеру с просьбой прийти.

Дальше как в тумане. Я отчетливо ощущала ненависть к себе из-за того, что иду на обман. Из-за того, что приглашаю Кристера прогуляться по только созданному артефакту, заманиваю сюрпризом и демонстрацией особых чар. Наследный принц, не ожидая подвоха, взял меня за руку и прямиком из зала отсечения переместился в только созданный артефакт, наполненный лишь одной крохотной простейшей печатью блокировки.

Оказавшись внутри, Кристер не смог бы ни выйти, ни связаться с кем-то, ни использовать магию. В

крохотном снаружи и просторном внутри кулоне принц оказался как в вынужденной тюрьме.

Именно в монографии фон Брайна я наткнулась на совершенно безумную и одновременно простую по своей реализации идею. Величайший маг прошлого, по воспоминаниям современников, передвигался налегке, но у него с собой всегда имелись нужные ингредиенты для зелий, накопителей, в общем, все то, что могло потребоваться чародею в вечном пути.

Сам фон Брайн писал об этом так: «Зачем мне быть привязанным к одному месту, если в мире столько удивительного? К тому же мой дом и любовь всей моей жизни всегда со мной».

Трактовать эти слова можно было по-разному — именно благодаря им когда-то были созданы чары пятого измерения, позволяющие носить с собой уйму вещей. Да и залы отсечения, позволяющие «проникать» в артефакт будто через призрачную дверь, — одна из его идей. Вот только в прописанных их формулах предполагалось, что при извлечении артефакта из него должно уйти все живое. Это помогало более качественно компилировать все печати и формулы, закладываемые в артефакт.

Чем больше печатей, тем больше рисков для мага находиться внутри артефакта. В этом и заключалась основная загвоздка, ведь в обратную сторону формула тоже работала. Пара подсказок самого фон Брайна в монографии — этот старый маг всегда оставлял загадки и разгадки для будущих поколений в своих исследованиях, — и я разобралась, как сделать артефакт-тюрьму.

Более того, убедилась в том, что у фон Брайна была супруга. Всегда находившаяся при нем в его приключениях: в каком-нибудь браслете, кулоне, кольце… В любой мелочи, которую фон Брайн мог посчитать достойной. Его современники писали о том, что любимая женщина мага каким-то невероятным образом умудрялась навещать его в самых отдаленных концах континента.

Обсуждались даже какие-то измудренные чары телепортации: настолько смелые, что до сих пор упоминаемые лишь в сказках. Но все оказалось куда проще… И сложнее одновременно.

Тем не менее, оказавшись в артефакте, Кристер был в безопасности. Там не действовала никакая посторонняя магия. Даже самая древняя и страшная. В этом я убедилась экспериментальным путем, когда только начала готовить свою ловушку.

Я не стала объяснять матери с братом, как именно сделать такой артефакт, в подробностях, сомневаясь в моральной стороне данного вопроса. С этим мне предстоит разбираться с коллегией магов.

Возможно, после принятого решения меня больше никогда не подпустят ни к магилабам, ни вообще к магии, навесив ограничители резерва. Но я точно понимала, что оно того стоило.

Безопасность и жизнь Кристера стоят гораздо дороже.

Умолчала я об одном — о том, сколько обиды плескалось в глазах Кристера, когда он оказался внутри артефакта. Нет, он спокойно выслушал мой сумбурный рассказ и план, но его взгляд… У