Екатерина Стрелецкая – Жена по контракту, или Фиктивный брак для попаданки (страница 49)
Естественно, муж понял, что я солгала ему из-за присутствия Эйслинн рядом, но мне было нужно переговорить с Декланом прямо сейчас. Ждать, когда девочка уснёт, и, таким образом, потерять время, не хотелось. Указав на дальнее окно с широким подоконником, я дождалась, когда возникнет сфера, защищающая от подслушивания, и обратилась к Деклану:
– Мы с вами обсуждали до этого яды, которые в принципе чаще всего используются на практике, но все они рассчитаны на взрослых людей или драконов. В моём мире существует такое понятие, как избирательные отравляющие вещества, с помощью которых можно воздействовать выборочно, например, применить их против группы людей, но погибнут только женщины или мужчины. Либо направленные против определённой расы, народности. Разговоры об этом давным-давно ходили, но насколько они реализованы, не знаю. Но суть не в этом. У меня возникла мысль: возможно ли создать такой яд, чтобы действовал только на детей драконов. То есть если взрослый дракон его примет, то с ним ничего не произойдёт, а вот для ребёнка до определённого возраста окажется фатальным? Насколько тщательно вообще изучались дети драконов, чтобы можно было однозначно утверждать, что они не отличаются от взрослых, за исключением того, что гормональная система иная, и сам организм ещё не до конца развился?
Деклан не сразу нашёл что ответить, лишь привалился к стене, задумчиво взъерошив свои волосы правой рукой.
– Понимаю, выразилась очень грубо и не совсем точно с научной точки зрения, но думаю, что вы меня поняли. И пока не дали мне ответы на уже заданные вопросы, хочу задать ещё один: насколько велика вероятность того, что из множества всех существовавших когда-либо ядов со временем взрослые драконы приобрели иммунитет к некоторым из них, а вот их дети – нет? Вот у меня и возникла мысль, а вдруг из-за того, что еду девочки пробовали до этого только взрослые, мы могли упустить яд или какое-нибудь растение, негативно на неё влияющие?
– Имму... Простите, что вы имеете в виду, леди Элена?
– Иммунитет — это природная способность организма обеспечивать защиту от всех чужеродных веществ. Эта система распознаёт различия между клетками своего организма и чужеродными. При обнаружении последних начинает вырабатывать антитела, то есть специальные, скажем так, вещества, подавая сигнал организму для нейтрализации угрозы. Собственно, от силы иммунитета зависит так называемая «болезненность» ребёнка или взрослого: чем сильнее иммунитет, тем быстрее выздоравливает заболевший, а то и вовсе может не заболеть. Вот у Эйслинн он слабый. При этом чем чаще иммунитет сталкивается с той или иной заразой, тем быстрее на неё реагирует и обезвреживает.
– А, я вас понял, леди Элена. Это так некоторые лорды, боясь отравлений, с юности начинают принимать маленькие дозы некоторых ядов, чтобы приучить свой организм к ним и избежать фатальных последствий.
– Именно так, Деклан.
Целитель поднял очки на макушку и сжал двумя пальцами переносицу, как обычно, делал, когда уставал и хотел сосредоточиться:
– Дети – это всего лишь маленькие взрослые, леди Элена. Нас всех именно так учили, хотя, на мой взгляд, различия всё-таки есть, кроме того, что они не могут дать потомство до того, как вырастут...
Я не торопила Деклана, лишь чуть отстранилась, чтобы не мешать ему думать. Муж время от времени поглядывал в нашу сторону, но видя, как показываю ему, что пока рано, снова сосредотачивал своё внимание на Эйслинн. Кровать уже вся была усеяна не только шпильками и заколками, но и драгоценностями, которые девочка весьма умело сочетала на себе. Хоть какое-то для неё развлечение в четырёх стенах. Кстати, нужно будет принести из кабинета карандаши с бумагой, пусть порисует. Лиду, когда она болела, рисование очень увлекало.
– Леди Элена, мне нужно попасть в библиотеку и заглянуть в свои записи, хранящиеся в лаборатории. Возможно, я действительно не там раньше искал.
– Уже есть какие-нибудь предположения, Деклан?
– Нет, леди Элена, но вы натолкнули меня на интересную мысль.
Целитель едва ли не бегом подошёл к моему мужу и поклонился:
– Лорд Тэйнайл, позвольте мне удалиться в библиотеку.
– Пойдём, тебя сопроводят.
Как только за мужчинами закрылась дверь, Эйслинн подставила под щёку ладонь и улыбнулась:
– Деклан такой смешной, когда его озаряют идеи. Сразу начинает суетиться и перестаёт замечать всё вокруг.
– Он просто любит свою работу.
Вернулся муж уже один и, улучив возможность, когда девочка отвлеклась, жестом показал, что развеивать свои чары у окна не стал. Что ж, по крайней мере, теперь в спальне есть место, где уединиться для конфиденциального разговора.
– Я думаю, что вам пора, лорд Тэйнайл. Эйслин уже зевает, следовательно, устала и скоро уснёт.
Муж уже хотел было согласиться, как его остановила Эйслинн, вцепившаяся со слезами на глазах в его руку:
– Отец, я не хочу, чтобы ты уходил. Останься здесь до утра, как в башне.
Глава 51. Защита
В тот вечер муж пошёл на уступки Эйслинн, хотя я и предупредила его, что это не самая хорошая идея, ведь спать, кроме как на кровати, было негде. Но он пообещал, что как только девочка уснёт, то покинет спальню и отправится к себе. Такой вариант устроил всех, хоть Эйслинн и была огорчена, лишь то, что отец отнёс её в ванную и вообще проявлял заботу, окончательно сбросив маску непоколебимого холодного лорда, её утешило. Пока рассказывала девочке перед сном очередную сказку, не заметила, как сама уснула, а утром обнаружила нас обеих спящими под одним одеялом, хотя точно помнила, как ложилась поверх него. Ещё и записку на тумбочке обнаружила с извинениями, что Эйслинн так крепко вцепилась в руку мужа перед уходом, поэтому ему пришлось провести с нами всю ночь практически до самого рассвета. Ну, провёл и провёл, снимать с меня домашнее платье зачем было? Да, в одной сорочке спать, несомненно, комфортнее, но вся эта забота вкупе с увиденными воспоминаниями пугали.
Деклан появился одновременно с Сайлис и, судя по его красным глазам и ещё больше взъерошенному виду, чем обычно, так и не сомкнул глаз с того момента, как ушёл в библиотеку. Пока Эйслинн ела, я переместилась со своей тарелкой в “тихую” зону и обратилась к целителю:
– Поделитесь своими догадками или пока рано о чём-либо говорить?
Деклан снял очки и устало протёр лицо ладонями:
– Ваши предположения, леди Элена, меня крайне заинтересовали, в связи с чем перепроверил все свои записи, касающиеся ядов, а также справочники из собрания лорда Тэйнайла.
– И ничего не удалось найти?
– Не совсем, леди Элена. Всё, что более-менее могло подойти, давным-давно было уничтожено, и вот уже на протяжении нескольких столетий не родится на землях не только Антройма, но и других королевств. Разве было создано нечто новое, компоненты которого невозможно определить даже в моей лаборатории.
Замерев прямо с недонесённой до рта ложкой, я уцепилась за слово, резанувшее слух:
– Даже в вашей? Хотите сказать, что лаборатория оборудована по последнему слову техники, если можно так выразиться с учётом реалий этого мира?
– Лорд Тэйнайл никогда не скупился ни на оборудование, ни на необходимые ингредиенты. Не удивлюсь, если даже у главного королевского мага в распоряжении находится всё то же самое. И всё-таки мы что-то упускаем. Проверка у источника даст нам сделать следующий шаг и уже отталкиваться от него. Тем не менее не могу не признать, что в вашем присутствии лиа Эйслинн расцвела. Не припомню ни одного дня, когда бы она так хорошо выглядела и чувствовала себя превосходно.
Аппетит у меня окончательно пропал, и я поставила тарелку на подоконник, заметив, как стражники возвращаются к замку со стороны сада:
– И я рада этому и одновременно не рада… Ещё и с моей магией непонятно что делать.
– А лорд Тэйнайл так и не предупредил вас, когда станет обучать владению даром?
– Увы, нет. Это ещё одна неопределённость, которая меня тревожит. Находиться бесконечно в подвешенном состоянии тяжело. Скажите, Деклан, что мне делать? С самого начала, как только оказалась в этом мире, всё пошло наперекосяк… Если бы знала, чем на самом деле грозит связь иеритэни-этерн, какие формы может принимать, ни за что бы не согласилась на эту авантюру. И чем дольше здесь остаюсь, тем глубже увязаю… Лорд Тэйнайл изначально относился ко мне сурово, а потом выясняется, что на самом деле это не так. Все его вспышки гнева и даже раздражения либо были связаны со сторонним магическим воздействием, либо оказалось фальшью, скрывающей истинное отношение ко мне. Мне даже кажется, что его слепота прошла, хотя в первые дни действительно мало что видел.
– Что делать? Просто жить, леди Элена. И довериться лорду Тэйнайлу. Какие бы маски он ни носил, но вас не обидит, даже если вам кажется иначе. Не знаю, что было в вашем прошлом такого, раз вы так странно относитесь к простому вниманию, не выходящему за рамки приличий. Могу лишь догадываться, но допытываться не стану. Не мне кого-либо судить, я могу лишь давать советы, хоть порой и непрошеные, а дальше уже сам решает: прислушаться к ним или нет. Слабое место лорда Тэйнайла – это его единственная дочь. Вот за неё он действительно может убить, но лиа Эйслинн хорошо к вам относится, а встав на её защиту, считайте, что вошли в его самый ближний круг. Ваша связь здесь совершенно ни при чём. Что же касается здоровья лорда Тэйнайла, к сожалению, всё по-прежнему. Просто сейчас он находится дома, где каждая ступенька на лестнице знакома с детства, каждый шип на розовом кусте – родной, даже если вырос на новом стебле. Как только замок окончательно проверят, включая все подземелья, думаю, вы сами сможете в этом убедиться. Пока “Глазами лорда Тэйнайла” с момента нападения служит Найл.