Екатерина Стрелецкая – Жена по контракту, или Фиктивный брак для попаданки (страница 39)

В восставших мертвецов я не верила даже с учётом существования в этом мире магии. Значит, Хелена и в самом деле скончалась тогда, раз за местом её упокоения так тщательно следят. На поддержание мистификации, как если бы она была просто изолирована ото всех, не похоже. Я вспомнила все случаи, когда муж упоминал о своей первой жене, и та скорбь была больше похожа именно на потерю во всех смыслах, а не только разума или способности двигаться.

– Умерла такой молодой...

Стоило мне произнести эту фразу, как позади меня тяжело вздохнула Тайма, словно знала Хелену ещё при её жизни. Если прикинуть примерный возраст моей служанки, то вполне вероятно, что она действительно могла поступить на службу в замок как раз за год или два до смерти первой леди Тэйнайл.

– Тайма, а ты знала леди Хелену?

– Совсем немного, леди Элена. Меня взяли в замок за три месяца до произошедшей... трагедии, – Тайма запнулась, будто подбирая подходящее слово, чтобы не упоминать «смерть».

Честно говоря, если бы она прямо сказала, мне было проще отбросить одну из версий, но придётся довольствоваться тем, что есть.

– Странно, что на других надгробиях есть скульптурные изображения усопших во весь рост, а здесь нет, – я поправила сухоцветы и спустилась на пол, поднимая голову вверх, чтобы сосчитать, на сколько примерно ярусов мы оказались глубоко под землёй.

– Время ещё не пришло. Камнетёсам заказывают новое надгробие к десятой годовщине со дня смерти, – пояснила Тайма, чуть отходя в сторону и, таким образом, намекая, что пора уходить.

В принципе, больше нам здесь делать было нечего, поэтому я первой начала подниматься, продолжая сравнивать надписи на некоторых саркофагах с теми, что были нанесены на надгробие Хелены. Уже оказавшись на поверхности, я обратилась к Тайме:

– Где-нибудь сохранились портреты первой леди Тэйнайл? Интересно, как она выглядела?

– Увы, ни одной картины с её изображением я ни разу не видела, леди Элена.

– Даже в семейной галерее нет?

Тайма покачала головой, закрывая дверь в усыпальницу:

– Разве что в башне, но там я не бываю.

Башня. Опять та самая башня, вход в которую мне заказан. Ладно, как-нибудь придумаю, каким образом в неё попасть легально, не вызывая подозрений. Всё равно, куда ни плюнь, а многое на ней сходится. Была у меня одна совершенно фантастическая идея, но настолько хлипкая, что цепляться за неё было глупо. Правда придётся на несколько дней поумерить свой пыл, чтобы не вызывать подозрений, а к тому времени какой-нибудь план точно появится.

С учётом того, что завтрак пришлось пропустить по причине вынужденного поста, я сменила платье и отправилась на обед. Муж был привычно молчалив и, поприветствовав меня, принялся за трапезу. Изображать из себя восторженную дурочку, рассыпающуюся в благодарностях за то, что ей позволили отправиться в поездку, не было никакого желания, поэтому погружённая с собственные мысли, не сразу услышала, как меня окликнули.

– Элена?

– Простите, задумалась. Вы о чём-то меня спрашивали, лорд Тэйнайл?

– Как прошла поездка?

– Спасибо, прекрасно. Пытаюсь вот предположить, на какие снадобья и зелья пустит все заготовки Деклан. Ещё по дороге собрала сухоцветов для поминовения усопших и утром посетила ваш фамильный склеп.

– Довольно-таки странный выбор... – муж внимательно посмотрел на меня, будто пытаясь поймать на лжи или каких-нибудь недомолвках, но я всегда помнила, что он способен распознавать ложь.

Поэтому наиболее подходящим выходом была полуправда, скрыть за которой при большом желании можно всё что угодно. Не я выбрала такую тактику, обстоятельства научили лавировать, чтобы выжить.

– На моей родине принято посещать время от времени могилы родственников или дорогих сердцу людей, чтобы почтить их память. У Грайольского хребта я наткнулась на сухоцветы, вот и подумала, что как-то нехорошо вышло – пусть и на некоторое время вошла в ваш род, а должного уважения к предкам не проявила.

Муж как-то странно посмотрел на меня, но ничего не ответил. А после обеда мы разошлись каждый по своим делам. Торчать в библиотеке не особо хотелось, поэтому сразу пошла в лабораторию, сославшись на то, что Деклану однозначно понадобится помощь, чтобы разобраться с запасами тарайнотеры. За работой время летело незаметно, а движения, доведённые до автоматизма, позволяли спокойно разложить по полочкам всё в голове. Пришлось, правда, прерваться для того, чтобы подготовиться к ужину, но вскоре снова вернулась в лабораторию. А вот Деклан меня немало удивил, сказав, что часть заготовок хочет пустить на эксперименты с новыми рецептами мазей, восстанавливающих кожный покров. Насколько мне было известно, в замке не было никого, кто страдал бы подобными заболеваниями, а мужу в таких количествах точно не нужно было. С другой стороны, если начнёт возвращаться драконья сущность, вполне старая мазь может не справиться.

В общем, оказавшись в своих покоях, я долго не могла лечь спать, перебирая в голове события последних дней. В итоге не выдержала и, накинув домашнее платье, дошла до кабинета и достала чистую бумагу. Вначале решила набросать те рецепты, о которых упоминал Деклан, затем увлеклась расчётами, опираясь на те, с которыми уже сталкивалась в этом мире. Услышав писк, вначале даже не обратила на него внимание, но звук повторился, заставив меня отложить записи в сторону. Я вышла из кабинета в гостиную, но поняла, что звук стал глуше. Вбежав в спальню, приложила ухо к ближайшей стене, а потом медленно пошла вдоль неё, пытаясь определить, откуда раздаётся плач. За стеной абсолютно точно кто-то плакал. Перевернув перстень к внутренней стороне ладони, я начала прижимать её к камням, надеясь, что он сработает точно так же, как в башне с тайником.

Неожиданно часть стены отъехала внутрь, открыв тайный проход. Прихватив с собой свечу, я без лишних раздумий пошла на плач, стараясь аккуратно ступать по запылённым ступеням. Внезапно впереди замаячило что-то белое... Не то длинная рубашка, не то короткая сорочка...

Глава 40. Прочь

Едва не подпалив платье свечой, я поспешила вперёд, стараясь не промахнуться мимо ступенек. Чем ближе я оказывалась, тем чётче понимала, что на лестнице стоит ребёнок лет четырёх или пяти на вид, а судя по длинным волосам – девочка. Внезапно она начала оседать вниз, цепляясь худенькими пальчиками за выступы каменных кирпичей. Всё, что мне удалось, это броситься вперёд и упасть на ступеньку первой, чтобы девочка не скатилась вниз, а приземлилась на меня.

– Не бойся меня, я не причиню тебе вреда. Кто ты и как здесь оказалась? – кое-как пристроив свечу, чтобы не занялась одежда на нас обеих, я осторожно подхватила девочку руками, усаживая её на своих коленях.

– Эйс... линн... – запинаясь пробормотала девочка, закрывая лицо руками и продолжая сотрясаться от рыданий.

Расспрашивать её дальше было бесполезно, ведь если началась истерика, то все мои слова пролетят мимо ушей. Руки и ноги у Эйслинн были просто ледяные, к тому же девочка оказалась босой, так что я расстегнула платье и попыталась в него укутать, чтобы хоть как-то не допустить переохлаждения. По изодранной сорочке и скудном освещении сложно было понять, дочь ли она одной из служанок или воспитанница экономки, о которой пару раз слышала. Да и то вроде та жила не в замке, но кто знает, мало что изменилось. В жизнь прислуги я как-то не вникала, а всё, что знала – лишь из случайно услышанных разговоров. Я попыталась приподняться, чтобы отнести девочку к себе, но она лишь сильнее в меня вцепилась. Эйслинн точно кто-то сильно напугал, иначе объяснить истерику я не могла. Если бы она просто потерялась, попав каким-нибудь образом в потайной ход, реакция была бы другой. Но вообще странно, что, встретив меня, она не убежала. Из этого только могла сделать вывод, что видела меня где-то в замке. Дочь лорда Тэйнайла? Тогда почему он мне ничего о ней не сказал? Опять же, если хотел её скрыть, то где няньки?

Вот так я и сидела, убаюкивая девочку и посматривая на оплывающую свечу. Ещё немного, и мы останемся с Эйслинн в кромешной темноте. Вроде ответвлений, когда спешила на выручку, не заметила, но могла и пропустить. Дверь потайного хода за мной, кажется, не закрывалась, поэтому у меня оставалась надежда на то, что смогу сориентироваться на свет. Вот надо же было схватить первую попавшуюся свечу, которая уже наполовину сгорела! Я гладила Эйслинн, шептала успокаивающие слова, стараясь согреть, а потом повторить попытку вернуться в свои покои.

– Давай я отнесу тебя в спальню. Там намного теплее. А потом...

– Нет! Нет! Нет! – закричала Эйслинн, пряча голову у меня на груди.

Обхватив руками хрупкое дрожащее тельце, я снова начала укачивать девочку:

– Мою спальню. Там тепло и светло, тебя никто не обидит. Ты же знаешь, кто я?

– Элена... Видела из окна...

Свеча зашипела и погасла.

– Пойдём, здесь нам с тобой точно не место.

Эйслинн всхлипнула, но больше препятствовать не стала. Осторожно поднявшись на ноги, я плечом оперлась на стену и начала нашаривать ногой следующую ступеньку. Шаг, ещё шаг... Оступившись на пятой по счёту ступеньке, едва смогла удержать равновесие, но девочка вскрикнула.

– Что случилось? Ты ушиблась или поранилась?