Екатерина Стрелецкая – Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки (страница 128)

– Адриан появился в поместье сразу после принесения клятвы служения народу Хеймрана и, зная о том, каким образом отец принудил меня согласиться на нашу с тобой помолвку, Диана, предложил обезопасить меня новой присягой. Естественно, я согласился, а потом, выждав некоторое время, направился во дворец и успел аккурат к началу штурма. Зато вспомнил уроки фехтования и помогал уносить раненых в безопасное место. Потом уже, когда призраки стали искать Аргуса, я понял, о ком идёт речь, и присоединился к ним. Дело в том, что несколько раз натыкался на него неподалёку от поместья, где живу, когда возвращался после очередных тайных вылазок. Для себя я сразу определил Аргуса, как опасную личность, поэтому старался держаться от него подальше. Видимо, моя кривая магия каким-то образом помогала его почувствовать. Но не берусь утверждать, что это именно так, – Алайн развёл руками, потом присмотрелся ко мне и тут же посерьёзнел. – Диана, сколько тебе осталось?

Разговор, который я хотела немного отсрочить, настиг меня, когда не совсем морально была к нему готова, особенно при таком скоплении народа. Но по тому, как переглянулись мои друзья, поняла, что лучше «сейчас», чем «потом».

– Восемнадцать.

Тори нахмурилась и осторожно поинтересовалась: – Лет?

– Месяцев. Простите, не хотела вас расстраивать, но так уж вышло, что ненадолго я задержусь среди вас.

Рэйд, снова выступавший моей опорой, так как регенерация по-прежнему не хотела ускоряться, обнял мою талию ещё крепче, словно боялся, что исчезну прямо сейчас.

Подруга не выдержала и взорвалась: – Так, Крылова-Деагост, или ты сейчас всё рассказываешь, или я за себя не отвечаю!

Я повернулась к Алайну: – Прошу меня простить, но этот разговор я хотела бы продолжить...

– Я всё понимаю, мешать не буду. Где кого искать, если Адриан захочет переговорить?

Связавшись с Сонни, которого отправила из зала, когда Айнигмар потерял самообладание, и получив от него мягкие колебания, я ответила: – Мои покои остались целы, поэтому там. Адриан знает, где это.

Алайн кивнул, прежде чем отойти: – Я передам ему, когда он освободится.

Габриэль показал принцу на свой переговорный браслет, намекая, если что, связь держать через него, а потом я переместила всех в гостиную.

Глава 110. Время, смерть и жизнь

Наблюдая, как все рассаживаются по диванам и креслам, подумала в очередной раз, что лучше было бы отправить всех к целителям или Летиции, но по взглядам друзей поняла – не выйдет. Я в зале несколько раз упоминала про это, но всякий раз получала ответ, что успеется. Не знаю, как Алайн разглядел на мне метки обречённой, возможно, потому, что у него самого срок жизни остался не таким долгим. Я слишком мало общалась с принцем, чтобы как следует узнать о его способностях. Рэйд не оставлял меня ни на минуту, с тех пор как Айнигмар пал, поэтому и в гостиной занял место на диване рядом. Наша дружная компания пополнилась ещё одним старым-новым участником: Арчи, шнырявший всё это время по залу уже в своём привычном облике и напрочь игнорировавший кого бы то ни было, запрыгнул в портал в последний момент. Деловой ушастик пробежался по всем покоям, после чего притопал к дивану и лизнул колено Рэйда. Как ни в чём не бывало Кадавер потрепал пса по круглой голове, после чего тот плюхнулся на пол возле его ног.

– Нет бы хрюкнуть что-нибудь в качестве приветствия...

Пёс обиженно посмотрел на меня, будто говоря, что раз прогнала, то и возмущаться нечего, но потом боднул головой мою здоровую ногу и поставил лапки между нами с Рэйдом.

– Нет, приятель, между нами теперь никто не встанет и тем более не ляжет, – аккуратно спихнув с края дивана когтистые топталки, Рэйд осторожно меня приобнял, глядя псу прямо в глаза.

Арчи фыркнул и опустился на пол уже рядом с нашими ногами, дёргая при этом правым ухом. Маленький, вредный, но гордый.

Я чуть наклонилась и почесала войфоса за ухом, после чего хрупкий мир доверия был восстановлен.

– Диана, не оттягивай неприятный разговор, – пробурчала Тори, постучав кулаком по декоративной планке подлокотника.

Прежде чем начать свой рассказ, я сделала фамильные артефакты видимыми и разложила у себя на коленях. Уже второй раз за день компас собрался сам по себе и теперь сиял металлическим блеском. Обычно игла выскакивала сама по себе, но сейчас я не собиралась ей воспользоваться, поэтому просто откинула её из паза, нащупав на оборотной «крышке корпуса».

– Все санатеры некогда относились к Малому пантеону богов и служили богине смерти – Гекате. После того как одни боги были уничтожены, а другие, скажем так, «разжалованы» до простых смертных, она просто исчезла, растворившись в пространстве, потому что жизнь и смерть вечны. При этом этим с постоянной периодичностью возникают их воплощения в физическом теле. Среди богинь жизни последней была эйриния Беата – последняя королева Хеймрана, цинично убитая своим мужем в момент слабости. У санатер, принадлежащих к Старшим родам в каждом поколении, появляется воплощение Смерти и происходит это в обратном порядке. Предпоследним стала Ансония Дигейст – твоя бабушка, Тори, сейчас – я, следующей окажется будущая наследница Творцов после того, как явится действующая. То есть, это будет уже в поколении, к которому относится Эль. Воплощение Смерти даёт более широкие возможности санатере, в которой оно проявилось. Обычно это увеличенная продолжительность жизни и способность практиковать более высокие уровни магии, чем положено в рамках рода. Только благодаря этому Ансонии удалось спасти свою дочь Марию из лап грира Райдена, вернуть к жизни и отправить в наш с тобой, Тори, родной мир. Дигейсты всегда отличались от Дэагостов и Дейгосатов отсутствием способностей к перемещению в пространстве, поэтому, не будучи воплощением Смерти, Ансония никогда не смогла бы пробить магическую оболочку этого мира – у неё попросту не хватило бы на это сил. Но у всего есть своя цена. Кроденер, вы никогда не задумывались над тем, почему Ансония, несмотря на то, что была вашей ровесницей, выглядела так старо и умерла так рано по меркам магов с высоким уровнем магии?

Глава Управления упокоения не нашёлся что ответить, поэтому я продемонстрировала компас.

– Воплощение Смерти не способно продлевать жизнь и не властно над самой смертью, но может с ней торговаться, как с высшей силой, совершая обмен на годы своей жизни. Ансония заплатила эту цену, находясь уже в зрелом возрасте и израсходовав во время заключения сделки практически весь свой ресурс, поэтому состарилась за считанные годы.

– Диана, сколько лет было отмеряно тебе изначально?

– Четыреста пятьдесят два года, Габриэль. А сколько осталось, я уже сказала. У каждой санатеры, являющейся воплощением Смерти, появляется вот такой артефакт, образующийся из фамильных артефактов. С его помощью можно также осуществлять более сложные варианты поиска и останавливать время. Вот последняя манипуляция отнимает больше всего у жизненного срока, чем сама сделка. В последний раз я остановила время, когда сражалась с Айнигмаром.

Компас снова рассыпался на артефакты, а я показала свою правую ладонь с тремя шрамами.

– Диана...

– Рэйд, когда тебя убил некромортус, я попыталась задержать твою душу в теле, но из-за того, что его яд стремительно разъедал её, стирая при этом память, ничего не могла сделать. Вот тогда остановила время и пошла на сделку... Как Созидатель, я не могу восстановить то, что утрачено, только изменить существующее. Яд некромортуса серьёзно повредил твою душу и стёр часть воспоминаний. Я не из тех кто привык выбрасывать испорченное или сломанное, а предпочитает латать и чинить. Мне пришла в голову безумная идея поставить своеобразную «заплатку». Мы с тобой, Рэйд, очень похожи отношением к жизни – не зря же Тори называла нас копиями друг друга, только в разных обличиях. К тому же несмотря на разницу прожитых физически лет, являемся плюс-минус ровесниками. Да-да, тот самый безумный коктейль из молодости души, жизненного опыта и своего рода раздолбайства. К тому же много времени, так или иначе, провели вместе. В общем, идеальный вариант для своеобразного донорства. К сожалению, в момент осознания, что ты умер, я пришла в отчаяние, и треть моей души обуглилась от сильного эмоционального удара. Такой же кусок омертвел ещё несколько лет назад при очередном сильном потрясении, поэтому мне пришлось буквально кромсать себя изнутри, вытаскивая подходящие фрагменты и превращая их в «заплатку». Как говорится, совмещала фрагменты, грубо сшивая их через край. Учитывая все условия, всё должно было со временем срастись в единое целое, а моя память с копией тех воспоминаний, которые касались нас двоих, – восполнить стёршиеся. Со стороны может показаться, что процентное соотношение повреждений к оставшейся душе малы, но для совмещения с телом и возвращением к полноценной жизни, критичны. Яд некромортуса при этом продолжал воздействовать на тело, остановив полностью регенерацию и продолжая отравлять. В конечном счёте могло случиться так, что даже с залатанной душой память могла продолжить стираться и при физическом восстановлении тела ты либо никогда не очнулся, либо навсегда остался в вегетативном состоянии. Проще говоря, перспектива остаться овощем до последнего вздоха. Увы, я не маг жизни, и не способна была ни ускорить процесс восстановления, ни даже сгладить швы-рубцы, чтобы не произошло отторжения возвращённой души телом. Нужно было, чтобы что-то одно перестало разрушаться, а другое начало сглаживаться. Мне сложно так объяснить и подобрать подходящие слова. В ночь нападения мне пришлось работать очень быстро и по наитию. Многое из того до сих пор воспринимается моей памятью через пелену тумана...