Екатерина Стрелецкая – Наследие исчезнувшего рода. Квест для попаданки (страница 130)

– Прости, я не знал и не мог знать в тот вечер, что тебя так расстроило... – шепнул мне на ухо Рэйд.

– В этом нет твоей вины, я действительно не могла ничего никому рассказать, лишь как-то продолжить с этим жить. Потом уже, когда всё переварила и страсти с запретом улеглись, сообщила Габриэлю, чтобы он знал об этой особенности связки с Тори, возникшей из-за брака, а потом и подруге, взяв с каждого по клятве о неразглашении. Сегодня, как видите, вообще обошлось без этого, когда рассказывала о том, что это Атенайя попросила мужа «отпустить» её ради общего благого дела. Но ответ на вопрос Тори, каким образом мне удалось всех провести на похоронах, требует соблюдения конфиденциальности, как бы сейчас ни пытались меня придавить остатки собственной силы. Рэйд, дай мне, пожалуйста, одну из твоих запонок, потому что на что-то большее меня уже сегодня не хватит. Сонни!

В мою ладонь легла прямоугольная серебряная запонка с зелёным нефритом.

– Возвращаясь к тем самым легендам и мифам, хочу напомнить, что Афина, которая является одним из символов рода помимо Медузы Горгоны, считалась не только богиней войны, но и искусной ткачихой, покровительствовавшей тем, кто занимался этим видом мастерства. Так и Созидатели, были не только защитниками, но и мастерами призрачных искусств, связанных с преобразованием материи душ. Проще говоря, могли не только видоизменять призраков для получения из них каких-либо вещей, но и использовать в качестве нитей или пряжи, чтобы создать более сложную структуру. В первом случае призрак сохранял своё сознание и способности, во втором происходило «отключение» и временное слияние с множеством объединяемых душ. Пример простого изменения – мои призрачные кеды. Крылья я создала уже путём объединения двух техник, прочно привязав как к своей телесности, так и истинному облику. Зато они не исчезали при переходе из одного состояния в другое, выдерживали мой вес и позволяли в целом пользоваться как настоящими. «Очи» стали дополнительным преобразованием из-за необходимости, – я продемонстрировала призрачную копию запонки Рэйда.

Немного собравшись с силами, расположила над ней свою ладонь, но так, чтобы все видели, что будет происходить.

– Вообще, можно создавать предметы побольше, но сейчас у меня действительно недостаточно ресурсов для этого. Когда берётся более одного призрака, происходит «вывязывание» из них новой структуры, которая полностью становится цельной и ничем не отличается от настоящей вещи. Единственное, срок службы предмета зависит от размера. Своего алхимика Лорана я смогла превратить в парасоль, заранее подготовив места для других призраков, которые должны были стать бусинами. Учитывая общее количество безмолвных, а также моих помощников, мне удалось сохранить его сознание и советоваться, когда в этом возникала необходимость. Кстати, ни один артефакт во дворце, настроенный на призраков, никак не отреагировал на мой зонт от солнца. Сонни покажи, пожалуйста, обе запонки всем!

Фамильярчик забрал у меня обе вещицы, которые теперь не отличались друг от друга ничем, даже повторяли все мелкие царапинки на камне, если хорошенько приглядеться.

– Когда я изучала записи Атенайи и наткнулась на эту технику, то решила попробовать свои силы по максимуму. Так у меня получилась моя абсолютная копия. Настолько похожая, что с ума можно сойти, и даже мои призраки испугались не на шутку, когда их призвала, а сама спряталась. Копия просуществовала три дня, после чего снова распалась на призраков. Парасоль мог оставаться в прежнем состоянии до полугода. В общем, когда возник вопрос, как заставить короля и его подручных поверить в то, что Рэйд действительно умер, ответ нашёлся быстро. Только задача усложнилась. У меня был отравленный кусок души, который я откромсала, чтобы остановить распространение яда и быстро пришить фрагменты своей, пока рана была свежей. Вот как раз ненужный остаток подходил для помещения в получившуюся «вязанку». Я его немного доработала, чтобы создалось ощущение полного поражения ядом и стирания памяти, но зафиксировался отрывок с моментом нападения некромортуса. Вот эту «душу» и развеяли потом королевские дознаватели, а я немного порадовалась, что знания анатомии пригодились, так как тело могли вскрывать перед похоронами. Просуществовал «связаный Рэйд» как раз две недели, а потом распался на призраков. Я после того, как вернулась от Летиции, много душ по Хеймрану собрала... В ту ночь Смерть пришла ко многим, чей жизненный путь был почти окончен. Будучи её воплощением, быстро вычисляла тех, кого не будут проверять на криминал ни штатные некроманты, ни ищейки...

Прямо на глазах у всех поддельная запонка, положенная Сонни на столик, начала терять свою плотность, затем стала призрачной, а потом вместо неё появились две служанки из числа безмолвных.

– Вот так мне удалось провести и королевских дознавателей, и всех, кто присутствовал на похоронах.

– Трендец...

Усмехнувшись, я посмотрела на подругу: – Это, как ты любишь говорить, не трендец, а трансформация. В моём случае – из наследницы-воплощения в главу санатер из рода Дэагост. Как мне удалось провернуть всё это в ту ночь, до сих пор плохо помню. Я либо гениально безумна, либо безумна до гениальности. В любом случае эти два слова в сочетании друг от друга неотделимы. Даже эйрена Беата, когда увидела Рэйда и его грубо отреставрированную мной душу, оказалась в глубоком шоке. Результат наших совместных стараний в итоге стоил всего этого. Истинные маги жизни не только управляют всеми стихиями, но и способны «править» души, исцеляя в том числе и их материю, про тела вообще молчу – их прямой профиль. Таким образом, эйрена поработала не только над телом Рэйда, вернув ему регенерацию. Она смогла ускорить и завершить слияние души Рэйда и кусков моей. В принципе, это всё.

Впервые за время моего длительного монолога подал голос Габриэль: – Теперь понятно, почему мы не смогли призвать душу Рэйда после похорон: из-за твоих манипуляций аура тоже изменилась, поэтому слепок не мог сработать как должно во время ритуала призыва.

– Ага. Всё, что могу сказать: можете применить против меня «Правило трёх П». Один из двух вариантов: «простить, понять, принять» или «послать, проклясть, прикопать».

– Прибить тебя, конечно, очень хочется, Диана, но не будем, – сказала подруга, поднимаясь со своего места. – Если кто-то не согласен, ужалю и души повынимаю.

Габриэль дотронулся до руки жены и успокаивающе погладил.

– Дай мне проораться!

Но выплеснуть эмоции Тори не позволил стук в дверь.

Глава 112. Последний подарок королевы

– Если сейчас выяснится, что произошёл ещё какой-нибудь катаклизм, клянусь, взорву тут всё к чёртовой матери! – взвилась Тори, решительно сжав кулаки.

– Лорана позвать? Это мой алхимик, большой любитель и специалист по взрывам.

– Отлично! Будет мешочки с порохом подавать, раз здесь огнестрельного оружия пока не изобрели, а по подаче патронов ты у нас главная, когда не инициатор беспредела, – воинственно расправив плечи, Тори нарочно громко стуча каблуками, протопала к двери и распахнула её.

На пороге оказались Адриан и Алайн. При их появлении все начали подниматься, но были остановлены жестом.

– Мне нужно поговорить с Дианой.

Руки Рэйда ощутимо напряглись и не дали мне встать, а Алайн что-то шепнул брату, после чего тот слегка нахмурился. Адриан распростёр перед нами правую ладонь, из центра которой хлынул едва различимый полупрозрачный поток, окутавший всех нас одновременно. Я почувствовала, как лодыжку будто окутал прохладный ветерок, от которого все болезненные ощущения окончательно исчезли. При этом Брайан несколько удивлённо пошевелил пальцами на повреждённой после уничтожения Айнигмара руке. С остальных исчезли остатки глубоких ссадин, превратившихся к этому времени просто в царапины. Да, против Айнигмара все выложились по полной, а потому процесс регенерации значительно замедлился. У меня она практически не работала, будучи связанной не только с уровнем магии, но и количеством оставшегося времени.

– Думаю, теперь никаких препятствий для разговора нет, – произнёс Адриан, убирая руку.

– Всё в порядке. Есть вопросы, которые действительно касаются только нас двоих. И вообще, не ревнуй. Несостоявшийся жених – там, – шепнула я Рэйду, попутно выбираясь из его объятий.

Судя по сузившимся глазам, мой мужчина был совершенно не против отыграть свою роль ревнивца и собственника, несмотря на наши с Аларом объяснения насчёт помолвки.

Хоть я и шутила, но в душе нарастала тревога, смешанная, как и у Тори, с предчувствием, как что-то опять случилось. Как только мы с Адрианом перешли в небольшой будуар, предназначавшегося для роли нечто среднего между личной гостиной и кабинетом, всё помещение сразу оказалось затянутым куполом, защищающим от подслушивания. Странно только, что Адриан оставил нетронутым распахнутое окно.

– Что-то ещё случилось?

– Тебе лучше присесть, Диана, – посоветовал Адриан, доставая что-то из кармана своего парадного сюртука, в котором был, как раз когда отправила его прочь из дворца.

Вместо того чтобы занять одно из кресел, я просто прислонилась к мозаичному столику, пытаясь предположить, чем вызван визит нового короля.