Екатерина Слави – Царский отбор (страница 46)

Конечно, киннун Гинта заинтересовался, что ж во мне такого, что царь так воспылал?

Не знаю, что увидел киннун Гинта в моей внешности, зато знаю, что государю Аквилаи мою внешность прямо сейчас видеть нельзя вообще. То есть совсем.

– Что делать-то, Ярина? – спросила я нервно.

На свидание царь сейчас позвал кинью Таису из Рагуды. Еще после моего поцелуя догадался, кто скрывается за маской Морской царицы. А теперь решил проверить, видимо. И если я приду на свидание в этой маске, то догадка царя подтвердится. И что я могу с этим сделать?

– А что делать, барышня? – сочувственно отозвалась моя служанка. – Ежели уж царь непременно решил вас увидеть, то под конвоем вас к нему приведут. Не зря же он киннуна Гинту к вам заслал. За дверями покоев ваших наверняка еще и охрана дворцовая стоит – вас дожидается. Не увильнуть вам, кинья.

– Боюсь, не увильнуть. Права ты, Ярина.

Значит, ничего я не могу с этим сделать. Придется идти, и тогда маска Морской царицы будет рассекречена.

Но это ладно. Это ничего. Может, даже к лучшему. Пусть убедится, что невеста, которая подарила ему огненный плод, согретый теплом собственного сердца, – не кто иной, как кинья Таиса из Рагуды.

– Неси маску, Ярина, – велела я решительно. – Царь ждет.

Глава 58. Разоблачение

Маска закрывала лицо, ткань, прикрепленная к трезубцу, венчающему маску, покрывала голову и, спускаясь вниз шлейфом, полностью скрывала синюю русалочью косу. В таком виде я отправилась на встречу с царем Аквилаи.

Еще издалека, выходя через арку на тропу Розового дворика, я увидела высокую фигуру в центре.

Государь Аквилаи был один. Он стоял спиной ко мне. Белоснежные волосы волной падали на отороченный мехами кафтан, подол кафтана стелился по выложенной камнем площадке дворика. Услышав мои шаги, он обернулся.

– Значит, я все же не ошибся, – было первым, что он сказал. – Вы – кинья Таиса из Рагуды.

В этот раз царь не спрашивал – произнес уверенно, не сомневаясь.

Не отводя взгляда, он медленно двинулся вокруг меня, словно хотел оглядеть со всех сторон, оценить.

– Вы не отрицаете? – спросил, не останавливаясь.

– Нет, государь, – ответила я, скосив глаза, чтобы не упустить его из поля зрения. – Полагаю, сейчас нет смысла отрицать.

– Значит… кинья Таиса, – произнес задумчиво он.

Остановился у меня за спиной и спросил:

– Итак, кинья Таиса, откройтесь, когда у вас появились чувства ко мне?

Я нервно дернулась, пытаясь обернутся, но меня остановили:

– Не оборачивайтесь, – холодно велел царь позади меня.

Я почувствовала, как он подошел ближе, остановился почти вплотную.

– Признаться, меня это удивило, – произнес царь, понизив голос – теперь он звучал как будто доверительно. – Когда у одной из моих невест могли возникнуть ко мне теплые чувства? А о том, что чувства у вас есть, мне сказал огненный плод. Холод северной магии не отступил бы, не ушел бы из моего сердца даже на время, если бы, срывая плод и вручая его мне, вы не вложили бы тепло своего сердца. Но все же… Как это могло произойти? Со дня приезда невест я избегал встреч с любой из вас. Вы не обмолвились со мной ни единым словом, у вас не было возможности узнать меня ближе, я не был добр к вам, не сделал для вас ничего хорошего. Так откуда же в вашем сердце взялись теплые чувства ко мне?

Государь Аквилаи позади меня стоял так близко, что его голос, словно он был чем-то материальным, касался меня и проникал внутрь, вызывая учащенное сердцебиение.

«Неправда, – мысленно ответила ему я. – Вы спасли мне жизнь, вы оставляли без наказания самые дерзкие мои поступки – вы были добры ко мне».

А вслух ответила:

– Полагаю… я просто наблюдала за вами издалека, государь.

– И этого вам было достаточно, чтобы привязаться ко мне? – усомнился он.

Я прочистила горло. И что ответить? Как у Таисы из Рагуды могли возникнуть теплые чувства к царю? Ведь Таиса не говорила с ним, не оставалась с ним наедине до этого дня – никак иначе не сближалась с ним.

Любовь с первого взгляда? У юных девиц это бывает, но я не юная девица и не смогу убедить царя в том, во что сама не верю. Людей должно что-то связывать – хоть что-нибудь, – чтобы возникла привязанность.

– Вы не отвечаете? – настойчиво напомнил о себе царь. – Я все еще жду.

Да, я не верю во внезапно вспыхнувшие ни с того, ни с сего чувства, но… Похоже, у меня нет другого выбора. Он поставил меня в тупик своими вопросами. Что еще я могу ответить?

Придется рискнуть.

Я снова прокашлялась, чтобы придать голосу хоть какую-то уверенность, и, изображая свойственный юности романтизм, стыдливо произнесла:

– Я… я полюбила вас с первого взгляда, государь.

И мысленно поморщилась. Голос звучал неискренне – даже я это услышала. Однако царь молчал.

Он молчал, стоял позади меня, не издавая ни звука. Я понятия не имела, что он делает. Смотрит на меня? И какое выражение сейчас на его лице?

Пауза длилась слишком долго, и мои нервы не выдержали. Я повернулась к царю, и тотчас встретилась с ним взглядом. Глядя мне прямо в глаза, он произнес:

– Очень жаль, кинья, но… Я вам не верю.

Того, что произошло в следующий момент, я не ожидала. Он застиг меня врасплох, когда поднял руку и, обхватив мою маску ладонью, резким движением сорвал ее с меня.

От неожиданности и испуга я ахнула и, молниеносно отвернувшись, закрыла лицо руками.

– Поздно, кинья, – произнес царь, поворачивая меня к себе и разводя мои руки в стороны: – В этот раз я успел рассмотреть ваше лицо.

Чувствуя, что он смотрит на меня, какое-то время я не могла найти в себе смелость, поднять глаза.

Все пропало! Этого не должно было случиться! Царь не должен был узнать, что служанка с русалочьими чарами и кинья Таиса из Рагуды – один человек. Если только… нет, не так… Точнее, как только с меня спадут русалочьи чары – а я была уверена, что рано или поздно это случится, – я снова стану для него уродливой кикиморой. Поэтому он должен был полюбить Таису, невзирая на ее внешность. Не за внешность! Чтобы, любя ее, он смог смириться с обликом кикиморы. Только так можно было снять с него заклятие. Но теперь все лишь сильнее запуталось! И я не представляла, как все исправить.

Зажмурившись на миг, я дернулась, чтобы высвободиться из плена сильных пальцев, сжимающих мои запястья. Но царь не отпускал.

– Значит, это все время были вы? – спросил он. – За маской Морской царицы все время скрывались вы, кинья? И Таиса из Рагуды – это вы?

В панике не зная, что ответить, я продолжала вырываться. Сейчас мне хотелось только одного – сбежать, чтобы дать себе время подумать, как действовать дальше. Я опасалась сказать или сделать что-нибудь лишнее, чтобы не навредить себе. Мне просто нужно было подумать…

– Вы обманывали меня все это время, водили вокруг пальца, – упрекнул царь. – В какую игру вы играли с царем, кинья, притворяясь служанкой, пытаясь сблизиться со мной?!

Услышав в его голосе гнев, я вскинула на него взгляд и увидела, как холодно и строго он смотрит на меня сквозь недоверчивый прищур.

Это было слишком. Чего я хотела меньше всего, так это того чтобы он так на меня смотрел.

Я дернулась изо всех сил, и в этот раз мне наконец удалось вырваться.

Не медля, я бросилась прочь от царя. Надеясь, что он не последует за мной, добежала по дорожке из камня до арочного хода, ведущего в коридоры и залы дворца, и…

– Ах!

Столкнувшись с кем-то, я непроизвольно отпрянула и одновременно вскинула глаза. Напротив меня стояла девица, одетая как служанка. Впрочем, я тотчас себя поправила: судя по ее платью, она не была похожа на дворцовых слуг, скорее, на горничную или на компаньонку одной из невест.

Девица отскочила в сторону, словно от испуга, что толкнула благородную кинью, и потупила глаза.

Однако мне было не до нее. Отвернувшись, я поспешила прочь, не желая быть настигнутой государем. Сейчас я хотела только одного – оказаться в своих покоях, подумать над тем, что случилось, чем это чревато и что делать дальше. Привести мысли в порядок.

Но отойдя подальше, когда Розовый дворик уже был далеко позади, я вдруг осознала.

А ведь я уже видела ее! Я уже видела прежде эту служанку, с которой только что столкнулась!

Это была та самая девица, которая следила за мной, когда я вышла из чертогов ковена магов! В ту ночь, когда из моей спальни был похищен огненный плод.

Глава 59. Мучительные размышления

Запершись у себя в спальне, я рухнула на постель и с продолжительным выдохом выпустила из груди давящее напряжение.

«Да ты разиня, Тая, – сказала себе мысленно. – Как же можно было допустить, чтобы он сорвал с тебя маску? Так долго таилась и так легко позволила застать тебя врасплох…»

– И что теперь? – спросила вслух, глядя на деревянный балдахин над головой.