Екатерина Шитова – Лесные ведуньи (страница 24)

– Надо бы дать тебе имя, дитя. Судя по всему, ты здесь надолго.

Медведь сидел рядом с Марфой и поводил ушами, прислушиваясь к её голосу. Марфа задумалась, а потом проговорила, поглаживая девочку по пухлой щёчке:

– Я назову тебя Вестой. Ты стала главной весенней вестью в моем лесу. Тебя будто принесла ко мне сама весна, – Марфа подняла спящего ребёнка над головой, и медведь беспокойно поднял голову, следя глазами за девочкой. – Отныне имя твоё – Веста, дитя.

Прижав ребёнка к своей груди, Марфа произнесла чуть тише:

– Не знаю, какое зло растёт вместе с тобой, но я надеюсь, что когда-нибудь ты сумеешь от него избавиться…

Марфа поднесла девочку к своему лицу и поцеловала в лоб. После этого своеобразного благословения она положила свёрток на спину медведю, который ревниво наблюдал за этой сценой. Медведь медленно пошёл в лес, а Марфа с грустной улыбкой смотрела ему вслед.

– Веста – дочь медведя, – сказала она и, сбросив с головы светлый платок, вошла в свою избушку.

Дни сменялись ночами, недели сплетались в месяцы. На смену лету пришла осень, которую незаметно сменила зима. А когда по лесу вновь зажурчали звонкие весенние ручьи и птицы запели песни, славящие жизнь, Веста пошла. С этого момента жизнь медведя Оро стала очень суетливой. С раннего утра он едва успевал за маленькой беглянкой, ловил её за шиворот и относил назад, в безопасное место. Ещё поздней осенью в пещере, медведь соорудил для Весты тёплое «гнездо» из сухой травы и мха, но малышке уже не сиделось на месте.

Весте всё вокруг было интересно – ей хотелось потрогать руками и попробовать на вкус всё, что она видела. Марфа наблюдала за тем, как маленькая светловолосая девчушка управляет огромным медведем и смеялась над Оро.

– Ты слишком добр к этой непоседе, – говорила она медведю, уши которого Веста трепала и выкручивала, ничуть не жалея зверя.

Со временем Марфа всё больше убеждалась в том, что Веста – обычный ребёнок: забавный, любопытный и очень сообразительный. Марфа перестала опасаться её и всё крепче привязывалась к девочке. Вскоре она стала брать девочку к себе на день, а то и больше – учила её есть ложкой, говорить, играть самодельными куклами. Веста схватывала всё на лету и не проказничала, чувствуя, что Марфа гораздо более строгий воспитатель, чем медведь Оро, который прощал Весте любые шалости.

Марфа с удивлением поняла, что страшно скучает, если Веста несколько дней не заходит к ней. В качестве приманки она стала делать девочке маленькие подарки: медовые леденцы, тряпичные куклы, искусно сплетённые венки.

Марфа до последнего не признавалась самой себе, что полюбила Весту всей душой, но Веста это знала и без признаний, ведь дети легко распознают искренние чувства, обращённые к ним. Поэтому, когда Веста впервые назвала Марфу «матушкой», та не стала спорить и украдкой вытерла слёзы умиления, выкатившиеся из глаз.

Так, незаметно её жизнь наполнилась важным смыслом – она стала матерью маленькой светловолосой сиротке, и теперь ей хотелось сделать всё возможное для того, чтобы Веста выросла довольной и счастливой…

Когда Весте исполнилось восемь лет, Марфа рассказала ей, как она появилась в лесу.

– Медведь Оро принёс тебя к моей избушке, и мы стали растить тебя как родную дочь, – сказала Марфа.

– А где же тогда моя настоящая мама? – спросила Веста, вытирая слёзы, катившиеся по щекам. – Почему она бросила меня в лесу?

– Я не знаю, Веста, – ответила Марфа, обнимая худенькие, подрагивающие от рыданий, плечики девочки.

«К чему скрывать от неё правду? Она имеет право всё знать», – так думала Марфа.

С тех пор Веста всё время думала о том, кем были её настоящие отец и мать. Её детское воображение рисовало в голове разные картинки того, почему и как она могла оказаться брошенной в лесу. Но в глубине души она понимала, что всё это – всего лишь догадки. Мысли о настоящих родителях никак не давали Весте покоя.

– Скажи, Оро, а кто мой настоящий отец? – спросила Веста, подняв голову с земли и взглянув на медведя.

Только что они бегали по большой поляне, и оба запыхались. Веста хотела поймать новую бабочку для своей коллекции, но у неё так ничего и не получилось. Упав на землю, она раскинула руки и вдруг подумала о том, что, возможно, её отцу тоже нравилось ловить бабочек в детстве.

– А, может, мой отец лекарь? Или учёный? – девочка мечтательно улыбнулась.

Оро внимательно смотрел на неё, как будто понимал каждое слово, а потом затряс головой, заревел громко.

– Знаешь, Оро, – прервала его Веста, – когда я вырасту, я всё равно найду своих настоящих родителей, пусть даже вам с матушкой Марфой это не по душе. Найду и спрошу, почему они бросили меня в лесу…

Глаза девочки наполнились слезами. Оро уткнулся ей в плечо большим чёрным носом, засопел громко. Веста отвернулась, вытерла глаза кончиком рукава, поднялась с земли и поправила помявшееся платье, на котором остались следы от травы. Матушка расстроится – она совсем недавно сшила Весте это красивое платье, надо было бережнее относиться к нему.

Девочка забралась на Оро, схватилась руками за его жёсткую шерсть, прижалась лицом к его широкой спине и прошептала:

– Неважно, кем он был. Мой отец – это ты, Оро. Ты всегда рядом со мной.

Медведь повёл ушами, а потом пошёл в чащу – к избушке Марфы, которая уже наверняка заждалась их к ужину.

Марфа знала, что Весте интересны люди, она замечала, с каким интересом дочь смотрит на тех, кто приходил к Марфе за помощью. Но она была категорически против того, чтобы Веста общалась с людьми. Она боялась, что Веста, повзрослев, решит уйти из леса.

– Лес – твой дом, дитя моё. Здесь ты в безопасности. В случае чего все звери, птицы и даже бездушные деревья встанут на твою защиту. Люди же коварны и жестоки. Никто не поможет тебе там, где живут люди, – так раз за разом повторяла ведьма в надежде, что Веста послушается её.

– Но тогда почему же ты помогаешь людям, матушка? – спросила девушка.

– Это другое, Веста. Это мой дар и моя участь – помогать. Сами же люди редко помогают друг другу. Поверь мне, я много историй слыхала на своём веку.

– Я хочу узнать у людей лишь одно: кто я на самом деле и почему я оказалась брошенной в этом лесу.

– А зачем тебе знать это Веста? Разве мы с Оро были плохими родителями? – строго спросила Марфа.

– Вы хорошие родители, были и остаётесь ими. Но я не смогу жить спокойно, пока не узнаю правду. Я ищу не родителей, я ищу правду! – твёрдо и уверенно ответила девушка, взглянув Марфе в глаза.

Ведьма вздохнула. Она боялась, что чёрная злоба, которую Веста хранила на дне своей души и которую Марфа по-прежнему чувствовала, может однажды подняться и заполнить собой наивную, чистую и светлую душу…

Когда Марфа заметила у Весты её дар, она ещё больше убедилась в том, что место девушки в лесу. Она не знала, кем были родители Весты, но они точно были необычными людьми, потому что дар Весты был гораздо сильнее, чем дар самой Марфы. Веста могла не только лечить и исцелять, в её руках было столько жизненной силы, что она одним прикосновением оживляла погибших птиц и животных. Веста показывала Марфе свои умения, но Марфа каждый раз просила девушку подождать.

– Не трать свои силы раньше времени, магию не нужно расходовать, она должна расти вместе с тобой. Когда ты вырастешь и окрепнешь, тогда и сила твоя будет готова к использованию на благо, – так говорила она нетерпеливой Весте, но та всё равно тайно оживляла животных в лесу, даже сердитые рычания Оро на неё не действовали.

– Ох и упрямая эта девчонка! – вздыхала Марфа, и лицо её при этом светилось гордой улыбкой.

Солнце вставало и садилось за горизонт множество раз, время шло. Веста росла и расцветала, она была полна сил и энергии. Марфа же, наоборот, с каждым годом слабела и чувствовала себя всё хуже. Когда она поняла, что пора передавать свои обязанности Весте, она подозвала её к себе и сказала:

– Веста, дитя моё! О нашем лесе ты знаешь всё, мне не страшно оставить его на тебя… Сейчас я хочу, чтобы ты попробовала помочь человеку. Если ты справишься, значит, мне можно спокойно умирать. Силы мои вот-вот закончатся.

– Что же ты, матушка, – ответила Веста взволнованно, – не говори так, я не хочу, чтобы ты оставляла меня одну.

Веста подошла к Марфе, накинула на её плечи шерстяную шаль, завязала уголки на груди, звонко поцеловала старушку в щёку.

– Скоро сюда придёт за помощью человек, я уже слышу его медленные шаги, – вновь заговорила Марфа, – попробуй помочь ему сама.

Веста кивнула, подала Марфе в руки чашку с тёплым молоком и ответила:

– Можешь не волноваться, матушка. Я всё сделаю так, как ты меня учила.

Марфа посмотрела в ясные глаза девушки, погладила её по шелковистым волосам и тихо вздохнула.

В такие моменты Марфе казалось, что само провидение послало Весту в её лес. Даже просто для того, чтобы научить Марфу любить. А ещё для того, чтобы осознать, что ребёнок, в котором живёт зло, способен вырасти добрым под влиянием любви.

Ведьма смотрела, как её взрослая дочь суетится у печи и слушала. Она слушала шаги чужака, уже вошедшего в её лес, и сердце её замирало от волнения…

Глава 4

Елисей

– Сыночек, милый мой, потерпи ещё немного. Отсюда до избушки ведьмы – всего ничего, – взволнованно шептала на ухо сыну раскрасневшаяся женщина.