Екатерина Шельм – Принцесса на мою голову (страница 35)

— Я рискую нашими жизнями.

— Виз меня столько раз спасал! Я не оставлю его этим горцам. Вообще не понимаю о чем мы сейчас разговариваем. Здесь нечего обсуждать!

Олав улыбнулся и прижался лбом к моему животу.

— Я боялся, ты скажешь иное.

Я погладила его вихрастую голову. Да, я могла сказать иное. Когда маг ничего для меня не значил. Тогда и все его горести и радости не значили ничего. Но не теперь. Теперь Олав был для меня очень важным. Со страхом я призналась себе, что за эти несколько дней он стал чуть не самым важным. Я хотела ему только добра, и уж конечно ни за что бы не позволила лишиться Зверя-Хранителя. Лучшего друга.

Олав отстранился.

— Тогда пойдем. Я закончил работу и нас отнесут к подножью.

— Хорошо. — я улыбнулась и натянула теплую безрукавку, стала повязывать платок на голову.

— Как себя чувствуешь? — лукаво спросил Олав. — Ничего не болит?

И я сразу по одному изменившемуся тону голоса поняла, что он говорит о… том самом.

— Прекрасно себя чувствую.

— Настой выпила? — он посмотрел на пустой стол.

— А… Да. Мерзкий.

— Ну уж что есть.

Он взял меня за руку, и мы пошли наружу. На открытую площадку перед домами плавно спикировала громрысь. Приземлилась так, что земля вздрогнула, а от движений крыльев чуть не сорвало платок.

Тогда в темноте я не слишком хорошо ее рассмотрела, но парень в седле вроде был все тот же.

— Давай, Камнебой. Полетели уже.

Олав помог мне забраться. От урчания гигантской кошки у меня душа уходила в пятки. Мы устроились, я вцепилась в наездника, сзади прижался Олав. Громрысь перебрала лапами, от чего нас качнуло из стороны в сторону.

Я хотела даже малодушно зажмуриться, чтобы не видеть полета, но вспомнила слова Олава «когда еще увидишь громрысь». Сегодня мне захотелось запомнить каждый миг наших с Олавом приключений, сегодня все это казалось мне волшебной сказкой.

«Как мало тебе, оказывается, надо, Санлина» — поехидничал в голове строгий голос. Но мне даже не захотелось возражать. Мне и правда было нужно не так и много. Раньше казалось, что без шелковых платьев и золотых браслетов я не буду красивой, без манер и воспитания не буду одобряемой, а без целомудрия — желанной, а теперь… Валанта, что виднелась внизу, вывернула все наизнанку. Я была одета в не пойми какую одежку, в ужасающую мохнатую теплую безрукавку, которая служила только практичности, но никак не красоте. Невинность свою отдала мужчине, которого и неделю-то не знаю, и никаких клятв он мне не давал. И я была счастлива.

Я обернулась и взглянула на Олава. Он глядел в сторону. На земле стояла Мерга.

— Счастливой дороги, Камнебой. — сказала она, и Олав нахмурился.

Громрысь взмахнула гигантскими крыльями и оторвалась от земли. Деревня за считанные секунды съежилась и отдалилась, в лицо забил ветер.

Мы летели вперед, хотя я думала, что будем спускаться. Олав сжал меня в объятиях и уткнулся в волосы.

Ветер слишком неистовствовал, чтобы говорить. У Радула (так, кажется, его звали?) были очки, чтобы защищаться от него, но у нас Олавом нет. Так что мы прятались за спины друг друга, иногда я открывала глаза и глядела вниз. Леса, проселки, ленты рек — мы летели все дальше и дальше.

Я обернулась к Олаву.

— Куда мы?… — крикнула я. Олав хмурился, но вдруг расплылся в улыбке.

— Увидим! — крикнул он и спрятал меня за спину Радула от ветра.

Мне показалось не меньше часа мы провели в воздухе. Я закоченела так, что только и могла дрожать и стучать зубами.

Наконец мы стали снижаться. Земля тут была равнинная, тянулись поля, на которых что-то выращивали: то ли рож, то ли пшено. Громрысь могучими лапами впечаталась в землю прямо посреди посевов.

Я слишком замерзшая, пыталась прийти в себя. Казалось, что в ушах никогда уже не перестанет свистеть ветер.

Олав сзади пошевелился и, ухватив меня за талию, соскользнул вниз. Мы спрыгнули на рожь, я не устояла, плюхнулась на землю, а Олав не помог. Он смотрел вверх на нашего провожатого. Тот поднял очки и виновато поглядел в ответ. Громрысь переступала лапами и глядела на нас с Олавом подозрительными разноцветными глазами. Я сама не зная отчего сглотнула.

— Прости, Камнебой. Ты знаешь как у нас заведено.

— Что получишь? — спросил Олав строго.

— Мерга разрешит взять девушку из чужого села. Невестой сделать.

— М… Ну счастья тебе в браке, друг.

— Они просили живую, только поэтому я согласился. Родня, наверное. Не сердись, Камнебой. Так уж сложилось.

— Ну да… — сказал Олав хмуро. — Так уж сложилось.

Громрысь распахнула крылья, нас окатило неистовым порывом ветра, и зверь поднялся в воздух. Я успела заметить как Радул снова натянул очки. Минута и крохотная точка заскользила по небесам.

Олав протянул руку и помог мне встать.

— Знаешь… — сказал он как-то очень серьезно. — Каждый мальчишка мечтает погибнуть, сражаясь за свою принцессу.

Я недоуменно поглядела на него и вдруг почувствовала что-то. Обернулась.

Из подлеска выскочили всадники. К нам мчалось не меньше двух десятков конников.

— О, Небеса… — я попятилась.

Олав достал меч.

— Похоже, сегодня моя мечта сбудется. — хмыкнул он. — Прости, Сан. Надо было отдать им Виза, но я не смог. Прости…

Всадники приближались. На латах блестело солнце. Нас быстро окружили, наставив тяжелые пики.

— Прочь от девушки! — скомандовал один из прибывших. — Бросай оружие.

— Да хрен тебе. — отозвался Олав, толкая меня за спину. Но за его спиной тоже были всадники, на меня смотрело не меньше десятка копий.

Командир снял шлем и откинул волосы.

— Ваше Высочество, вы целы? — сказал он, и я выглянула из-за спины Олава, открыв рот от удивления. Это был Августин Дантон.

Мой жених.

Я молчала, глядя на него во все глаза. Что он тут делает? Приехал меня спасать или нет?

— Ваше высочество. — пробормотала я, ведь по этикету я должна была приветствовать его титулом. — Да, я… я в здравии.

— Ваш пленитель? — он кивнул на Олава и горячие кони переступили ногами, а копья опасно качнулись.

— Мой спаситель. Это…

— Так вы не убивать ее едете? — влез Олав бесцеремонно. — Вот так прекрасно.

И убрал меч в ножны.

— Дамочка обещала мне золота и всяких привилегий, так что я уж спас ее от всякого отрепья. — заявил Олав и смачно сплюнул под ноги.

Августин смерил его уничижительным взглядом.

— Вам будет уплачено сверх оговоренного, — сказал он брезгливо. Бросил стремена и спешился. Доспех у него как и у Олава был легкий, кожаный, впрочем, хоть Августин и был магом, меч он носить не чурался. Ну еще бы, в Валанте магией воздуха никого не впечатлить.

Он подошел к нам, властно глянул на Олава. Я не видела выражения лица мага, но он пододвинулся, отвесил издевательский поклон и отошел в сторону.

Августин, как и полагается, поклонился мне, коротко, но отчетливо. Протянул руку.

— Счастлив видеть вас в здравии, принцесса Санлина.

Я взяла его ладонь. Чувствовала себя обязанной сделать это. Он мой жених, приехал на ретивом коне спасать меня. Как я могла унизить его перед его воинами не приняв руки?