Екатерина Шельм – Принцесса на мою голову (страница 37)

— Тебя заберут Хранители. Я должна быть королевой, чтобы спасти тебя от этого, ты не забыл?

Он тяжело вздохнул и вытер пальцы изящной льняной салфеткой.

— Не забыл. Но может мне уже все равно.

— Все равно? — я недоуменно нахмурилась. — Но я хочу убедиться, что с моей семьей все в порядке, как минимум. Верить или нет Августину… А что если он лжет?

— Может и лжет. Но если бы он не хотел тебя спасать, наши головы остались бы на том поле. Так что, скорее всего, не врет. Действительно спасал свою невесту. Наш принц-красавчик.

— Да оставь ты в покое его красоту! — возмутилась я. — Ты что влюбился в него?

— Я не в него влюбился, но толку-то? Могу хоть увлюбляться, ты ведь не оставишь это все, так? — он обвел рукой шатер. — И я тебя не сужу. Просто скажи сразу, давай не будем тянуть это чертову комедию. Я и не думал, что оставишь, но иногда думалку слушать не очень-то хочется.

Я опустила глаза. Идти… куда? Бежать? У меня в голове не укладывалось.

— Я не хочу скитаться и быть вечно гонимой. Бояться. Что это за жизнь?

Олав кивнул.

— Да уж, хреновая жизнь. И что тогда? Прощаемся?

— Что? Н-нет! — возмутилась я искренне. — Ты должен поехать со мной. Я… я должна тебе награду и Хранители…

— Не надо мне ничего. — он дернул плечом. — Если бы я делал это все из-за денег, то отдал бы тебя тем молодцам у ратанцев.

— Тогда я приказываю тебе остаться! — я возмущенно выпрямилась.

— Приказываешь?

— Да! Приказываю! Очень сильно приказываю, — смутилась я. — Пожалуйста, останься. Со мной. Не уходи. Я… я устрою тебя с роскошью. Ты меня спас. Можешь пользоваться покровительством двух семей сразу. Как будто это ничего не значит для тебя.

Олав вздохнул и погонял по тарелке обглоданную кость.

— Не позволит он мне остаться, но я попробую. Хотя бы провожу тебя до границы. Тут все еще опасно, хоть твой суженный думает, что пятьдесят латников это необоримая сила.

— А это не так?

— Если против вас две семьи у них тоже сыщутся пятьдесят латников, Сан. Вопрос насколько они далеко.

— А мы далеко от границы?

— Пару дней пути. Только не возлагай особых надежд. Выйдя за нее, ты окажешься в землях Дюжины. А теперь там не только твои друзья, но и враги.

Я потерла виски. Вот за что мне это все? Я никогда не хотела интриговать и бороться за власть, воевать уж тем более. Это мне было совершенно чуждо!

— Тогда я прошу охранять меня. От любого. Стань моим телохранителем.

— Не смогу я остаться с тобой, Сан. Разве что на время, пока Хранители не узнают где я. А потом они придут, и Августин будет счастлив сплавить меня им, если сам не казнит раньше.

— Почему ты думаешь, что он казнит тебя?

Олав хмыкнул.

— Да потому. Потому что он не слепой и не дурак. А еще потому что все-таки собрался и притащился за тобой сюда. Он еще не сочинял тебе оды?

— Нет. Не сочинял. — я растерялась. Олав что намекает, что Августин понял, что между нами что-то есть?

— Ну ничего, еще сочинит я думаю.

Полотнища шара раскрылись и вошла служанка, вежливо глядя в пол.

— Время ужина, госпожа. Пришли посланники принца, чтобы вас сопроводить.

Олав прыснул.

— Да уж, не заблудись, Сан, — проворчал он. Я бросила в него сладким абрикосом. Олав невозмутимо поймал и стал есть, нагло глядя мне в глаза. Я проследила за движением его губ, как капелька сладкого сока пробежала по нижней и как он поймал ее языком. Меня пронзило искрой от воспоминаний нашей жаркой ночи и я поняла что такое притяжение не скрыть. Олав прав — мой жених выгонит его вон. Надо этого не допустить.

— Распорядитесь разместить моего телохранителя рядом с моим шатром. Он отвечает за мою безопасность и его слово имеет вес моего во всем, что касается этого. Уведомите об этом людей принца.

Олав цокнул языком.

— Ему это не понравится.

— Мне все равно. Я доверяю тебе. Как и прежде.

На миг мы встретились взглядами. Интересно, в моем тоже была такая же затаенная тоска? В этот миг я подумала, что с Олавом могла быть счастлива везде, даже в проклятых Влажных Скрупаках, хоть я и не видела их никогда в жизни.

Я встала.

— Пожалуйста, поешь сам и накорми Виза. И осмотрись. Ты моя правая рука здесь.

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Я искренне удивилась, когда он встал и поклонился. Это было вполне соответственно этикету и ситуации.

Я кивнула и пошла ужинать с женихом. Же-ни-хом! Небеса, как нелепо сейчас это звучало. У меня жених! Принц Августин Дантон, наследник трона Ларкии, магистр воздушной магии. Красавец и отменный воин. Мечта девушек.

«Вот бы он подавился и умер» — подумала я злобно, но тут же устыдилась. Он ведь не сделал мне ничего плохого. Хотя… кто знает. Я не доверяла ларкийцам и не чувствовала себя в безопасности даже не смотря на то, что меня нарядили в шелка и драгоценности.

Своей свиты у меня не было, так что сопровождали служанки и гвардейцы принца, явно дворяне, в дорогих украшенных гербами доспехах. Я прошла проклятые тридцать метров и передо мной распахнули полотнища.

Августин разговаривал с каким-то важным мужчиной с густой черной бородой. Они увидели меня, прервали разговор и склонились в поклонах.

— Ваше Высочество.

— Ваше Высочество, вы ослепительны.

— Благодарю. — тон у меня был далеко не польщенный. Сколько лет я слушала этот льстивый лепет и давно принимала как должное, а сейчас он стал раздражать и злить меня. Я уверена, что была ослепительна прошлой ночью, но никто кроме Олава этого не видел.

— Лорд Рашен, мой доверенный советник и друг, — представил мужчину Августин.

— Рада знакомству, — сказала я, хотя не испытывала никакой радости.

— Я счастлив, что мы успели вовремя, Ваше Высочество. Теперь вам ничто не грозит и мы доставим вас ко двору в неделю или того меньше. — рассыпался лорд.

— К какому именно двору? — уточнила я прохладно. Заверения, что они «успели вовремя» меня злили. Где они были, когда меня стегали кнутом и собирались скинуть с водопада? Самодовольные индюки.

— Давайте ужинать. — Августин указал на сервированный стол. — Я умираю с голоду.

Мы уселись. Жених галантно по-ларкийскому обычаю пододвинул мне стул. В Кано такого не было, мы ели сидя на циновках и стулья у нас были разве что маленькие приземистые скамеечки. Но собираясь замуж за ларкийца я изучала их традиции и быт в том числе, так что, как подобает, поблагодарила кивком за галантность.

Ужин принцу подали королевский и я поняла, что он тащил с собой целую ватагу поваров и кухарок, чтобы ему пекли тут в лесу такие пышные пироги и томили в меду это нежное говяжье мясо.

Разговор за столом не клеился. Августин действительно проголодался и налегал на тушеных кроликов, лорд Рашен пытался говорить со мной, но я отвечала через силу и только потому, что чувствовала себя обязанной быть с этими людьми вежливой.

По правде сказать, мне хотелось уйти отсюда, найти Олава и заявить, что Влажные Скрупаки звучит как мечта.

Я задумчиво крутила в руке вилку и гадала — зачем мне такие тонкие белые пальцы и этот аккуратный маникюр и рукав шелкового платья, что так нежно облегает запястье? Зачем все это, если никто и никогда не пытался увидеть за этим всем меня саму? Сан… Никто кроме Олава не видел меня без всего этого королевского блеска, а он увидел и влюбился. И я сама влюбилась в собственное отражение в его глазах. Я была другой с ним. А теперь все кончено. Теперь вот…

Я посмотрела на Августина, тот наконец удовлетворил голод и взялся за кубок с вином.

— Вы молчаливы, принцесса. Я понимаю, испытания, выпавшие на вашу долю, были жестокими.

Я собралась растянуть губы в улыбке и поплакаться, что мол да, ах как я страдала, но не смогла.

— Августин, давайте поговорим наедине. — заявила я вместо этого. Брови принца удивленно приподнялись. Обращаться по имени без титула было неслыханной дерзостью.

— Лорд Рашен, моя нареченная просит, я не смею отказать. Прошу нас простить за это.