Екатерина Серебрякова – Забытый брак (страница 6)

– А ты не так проста, как кажешься на первый взгляд, – хмыкнула Ксюша.

– Так вы меня не сдадите? – горничные переглянулись между собой и нехотя кивнули.

Как же я была рада, что нашла поддержку в их лице! Задуманное мною могло пойти под откос, не согласись они скрывать мою маленькую ложь.

Но меня поддержали, а значит плану суждено осуществиться.

Горничные любезно поведали мне о привычках их хозяев.

Оказалось, что выходить из дома до обеда у аристократов – дурной тон. Исключение составляют лишь те, кто ездит в город на работу. Но таких здесь мало.

Подавляющее большинство местных – бывшие жены богачей, отсудившие после развода приличную сумму денег, блогеры, потомственные владельцы семейного бизнеса или богатенькие пенсионеры, отошедшие от дел.

В двенадцать все расходились друг к другу в гости, чтобы за чашечкой кофе обсудить свежие новости.

Кофе перетекал в обед, светские беседы плавно подводили обитателей поселка к ужину, а после него светская жизнь только начиналась.

До полуночи никто не возвращался домой. Если было замечено, что кто-нибудь появился в поселке до наступления ночи, на следующий день за чашкой кофе обсуждалось непременно то, что у этого «кого-нибудь» или свидание прошло негладко, или ужин кончился раздором.

– Думала, что притворюсь богатой и буду делать, что захочу. А тут правил еще больше!

– Привыкнешь. К хорошему быстро привыкаешь, – хмыкнула Роза, закуривая очередную сигарету.

– А что насчет горничных? Тут тоже есть какой-то график?

– Мы стараемся закончить уборку в доме до пробуждения хозяев, а потом занимаемся своими делами или хозяйственными мелочами. Но вообще у нас есть время поболтать или прогуляться, но хозяева этого не любят.

– Как будто даже без работы мы должны стирать пыль с идеально чистых поверхностей.

– Да, им на глаза лучше не попадаться.

– Знаю один дом, в котором хозяйка совершенно не против поболтать посередине дня. Приходите в любое время!

– Мы ведь не скромные, придем, – я радостно кивнула и долила себе кофе.

Светская жизнь светской жизнью, но с простым людьми обо всяких мелочах тоже хочется поболтать. В конце концов, это будет полезно для меня!

Мы говорили о ерунде. Девочки обсуждали работу, а я только слушала. Перебрасывались и фразами о хозяевах дома, но лишь мельком.

Однако я, конечно, подмечала каждое слово. Кто знает, какая информация мне потом пригодится?

Конечно, пока напрямую выведывать секреты я не собиралась, это будет выглядеть подозрительно. Может быть, чуть позже, когда между нами возникнут доверительные отношения.

В какой-то момент беседа стала скучной и будто бы вымученной. Я решила тактично удалиться домой и не отвлекать больше девушек от работы.

– Увидимся завтра? Буду ждать вас после обеда на чай. Ну или когда вы сможете…

– Завтра? – девушки как-то странно переглянулись и помотали головой. – Вряд ли.

– Что-то не так?

Отвечать мне не спешили. Горничные почему-то по-прежнему странно переглядывались и в немом диалоге будто бы пытались выяснить что-то между собой.

– Мне кто-нибудь объяснит, что тут происходит?

– Мы не хотели тебе говорить, – наконец сказал Ксюша, когда две другие горничные кивнули ей, мол, ты ее привела, ты и говори. – Чуть больше месяца назад умерла наша подруга. Она была горничной в доме через дорогу.

– Какой кошмар! Что с ней случилось? – я обеспокоенно посмотрела на девушек и вернулась обратно за стол.

– Она не проснулась.

– Потому что во сне ей всадили нож в грудь, – тут же парировала Роза, которая, судя по всему, подробностей не боялась. – Её убили ночью в гостевой спальне в доме, где она работала больше двух лет.

– Но ты не думай, обычно у нас спокойно, – будто в попытках утихомирить мое бешено бьющееся сердце сказала Кира.

– А кто это сделал? Его поймали?

– Арестовали садовника, с которым они были в отношениях. Расследование еще идет, но его старательно пытаются упечь за решетку, чтобы замять скандал.

– Каким же нужно быть ужасным человеком, чтобы убить девушку, с которой встречаешься? – вслух удивилась я.

– Да не убивал он её!

Тут вдруг спокойная обычно Кира подскочила с места и запустила пальцы в свои рыжие негустые волосы.

От неожиданности я даже вздрогнула и округлившимися глазами уставилась на девчонку, которая вмиг стала сама не своя.

– Рома встречался с Аней больше года, но в последнее время она изменилась. Избегала нас, вела себя так надменно и холодно…

– Это правда, – подтвердила Ксюша. – Мы были хорошими подругами, а потом ее как подменили.

– Мы не придали этому особого значения, – продолжила Кира, потихоньку успокаиваясь. – Нас было сложно назвать закадычными подругами, и то, что она отдалилась, не было таким уж нонсенсом. Но и в их отношениях с Ромой наступил разлад. Один раз мы встретились, был вечер, он вызвался проводить меня. Слово за слово, разговорились и…

– Проснулись в одной постели, – подсказала Роза с ехидной улыбкой на губах. Она, судя по всему, порицала такое поведение. – Эти голубки миловались под носом у Ани больше двух месяцев, пока с ней не разделались.

– Рома хороший парень, он не мог. В ночь убийства мы с ним были вместе. Уснули около полуночи, а проснулись как обычно в четыре на работу.

– Разве это не алиби? Почему с него не сняли обвинения? – удивилась я.

– Кира всего лишь любовница, ее слова почти что ничего не весят против выдвинутых обвинений. К тому же она знает лишь то, что они уснули и проснулись вместе. Ничего не мешало парню проснуться ночью, сделать дело и лечь обратно в кроватку.

– Ты же знаешь, что он этого не делал, – чуть не плача произнесла девчонка, падая в объятия к Розе.

Та, на удивление, обняла ее и с любовью прижала к себе, гладя по рыжим волосам.

Я не знала, что и сказать.

Обычно скандальные убийства оказываются на первых полосах всех желтых газет, но об этом случае я не слышала. Видимо, кто-то и впрямь тщательно заметает следы и не придает дело огласке.

Может быть, мне удастся накопать не только мелкие тайны личной жизни богачей, но и рассекретить в ком-нибудь убийцу?

– Суда ведь еще не было, – я решила, что должна если не успокоить Киру, то хотя бы проявить участие. – Возможно, ему не дадут срок. Уверена, что присяжные примут во внимание твои слова.

– Я на это очень надеюсь, – тихо всхлипывая, сказала девушка.

Больше о преступлении я решила не расспрашивать. Для Киры это сейчас больная тема, да и я могу показаться подозрительной. Лучше невзначай узнаю об этом как-нибудь в другой раз.

Пока буду собирать любую информацию и проверю стать в Интернете. Может быть, хоть какие-нибудь крупицы дела не ушли от глаз вездесущих журналистов?

– Я была очень рада с вами познакомиться. Двери «моего» дома всегда для вас открыты.

– Спасибо, Гель. Мы постараемся тебе помочь, чем сможем.

Обняв своих новых знакомых на прощание, я уже собиралась уходить. Но к воротам дома, у которых мы стояли, подъехала черная машина, на солнце блестящая от чистоты и лоска.

Засмотревшись, я не сразу поняла, что приехали хозяева дома. И мне бы стоило смыться, пока меня не заметили…

Но я не успела.

Водитель, вышедший из машины, открыл дверь пассажирского сидения и подал руку даме, которая через мгновение во всей красе предстала на тротуаре.

Это была женщина лет шестидесяти. Статная, волевая, грациозная, но в то же время очень властная. Одного ее взгляда хватало, чтобы понять, что лет двадцать назад к этих длинным ногам в узкой черной юбке мужчины падали толпами.

Дама сняла солнцезащитные очки рукой в ажурной перчатке и бросила небрежный взгляд на своих работниц. По мне она прошлась более досконально, но без явного интереса.

Только когда рядом с ней появился молодой мужчина, она взяла его под руку, и вместе они зашагали в нашу сторону.

Признаться честно, я засмотрелась на ее спутника. Это был высокий кареглазый шатен со сдержанной аристократичной улыбкой. Ровный стан и широкие плечи придавали ему мужественной изящности, а цепкий взгляд выдавал породу аристократа.