Екатерина Семенова – Измена: (не) прощу дракона (страница 16)

— Да нет же, король! Но она сбежала с этим безродным. — Всплеснула руками мисс Азалия. — Ну ещё бы не сумасшедшая. Теперь никто не хочет знаться с этими Колдери. И вы избегайте.

— А ещё заодно и миссис Жаниту. Эта женщина два раза была замужем. Развелась с одним, вышла за другого. Два мужа, представьте. Как можно так низко пасть!

У меня щёки запылали. «Если разведусь, про меня так же будут говорить?»

— Ах, простите меня, мисс Тэтл, мисс Лилия Тэтл, мисс Азалия Тэтл. Так приятно с вами поболтать, но вынуждена спешить.

Все три поджали губы.

Я попятилась подальше от забора и сделала лёгкий реверанс, как положено простой мисс перед дочками барона.

— Заглядывайте, мисс Аксар.

— Будем рады.

— Вы всегда сможете найти нас здесь и немножечко рассказать о себе.

Я усилием воли заставляла себя идти, а не бежать сломя голову подальше от кумушек. «Это ж надо такими быть. Что же случится, когда они узнают, кто я?» Меня даже передёрнуло. «Это будет пострашнее моих кошмаров».

Через пару дней меня навестил Лайр Колдери, когда я возилась на заднем дворе с бочкой для сбора дождевой воды. Я пыталась перетащить её поближе к дому, чтобы она не портила вид на поляну. Колдери без особого труда переставил бочку, словно для него это была и не тяжесть вовсе.

— Успели познакомиться с сёстрами Тэтл?

— О да, мистер Колдери. Это было чудесное знакомство.

Колдери усмехнулся.

— Не сомневаюсь. Моя жена, достопочтенная Аланда, дочь барона Велора. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда. Но моей Аланде, моему сокровищу прочили в мужья совершенно другого человека. О браке с сынком барона Тали их родители договорились задолго до нашей с ней встречи. Но Аланда сбежала со мной. Случился скандал, договорной брак сорвался. Мы счастливы, но родители больше не желают знать дочь. Мы поженились без их согласия. Общество ополчилось на нас. Я привёз жену сюда, в новый дом, но и здесь нам нет покоя. Мою жену обвиняют в распутстве, а меня в её похищении и соблазнении. Стоит только Аланде выйти из дома, как злые шёпотки за спиной преследуют её. Столько светлых чувств связывает меня с женой, но нас осуждают. Только потому, что я, простой человек, посмел полюбить дочку барона. Так что хорошенько прикиньте, стоит ли пользоваться моими услугами. Кумушки вам этого не простят. Но если надумаете, мисс Аксар, то дайте знать.

Я видела в его глазах как сильно нужна ему эта работа. «Если ему везде не рады, вряд ли он избалован предложениями о работе». Наверное, неприятно ему было делиться этой очень личной и болезненной тайной. И всё ради того, чтобы найти подработку. Я рассеянно взглянула вдаль, чтобы дать себе время обдумать ответ.

«Расплата за любовь. Осмелились пойти своей дорогой и теперь наказаны. Один раз я уже пыталась спасти уличённую в бесчинстве. И как же плохо это закончилось для меня! Но если я смалодушничаю и отвернусь от четы Колдери сейчас, смогу ли оправдать себя потом? Ещё несколько недель назад я бы дала понять, что наше общение исключено. Ещё бы — герцогиня Даклид не должна порочить себя и знаменитый род такими знакомствами, вся округа знает об их скандале. Но разве это теперь имеет значение? Ничего я больше «знаменитому роду» не должна!»

— Мистер Колдери, — я повернулась к нему и приветливо улыбнулась. — Мой сад совершенно запущен, и я не откажусь от вашей помощи.

Колдери неуверенно усмехнулся.

— Тогда если не возражаете, я осмотрю сад и двор, и мы договоримся об оплате.

Когда он ушёл, я задумалась, а как платить Колдери. «Деньги после продажи украшений скоро растают. Осталось ещё немного, но и их надолго не хватит. Но к Флориану просить денег я не пойду, ни за что и никогда! Надо думать, как дальше самой жить».

Одна идея пришла мне в голову и никак не хотела уходить. Я порассуждала и так и этак, взвесила все за и против, и всё больше крепла в убеждении, что я на правильном пути. Воодушевлённая, я отправилась навестить Гиромов и заодно обсудить с Милли мой новый план.

Часть II. Глава 18

День, пропитанный зноем, утомлял. Начало лета выдалось удивительно жарким для наших краёв. Я раскрыла все окна в доме, но это не особо помогало. Я сдула с лица мешающую прядь волос и снова склонилась над швейной машинкой.

Прошло уже две недели с тех пор, как я пришла в гости к Гиромам и чуть ли не с порога заявила Мелиссе, что сама буду зарабатывать себе на жизнь и уже придумала как. В приюте нас хорошо научили шить одежду, старшие девочки вполне могли сами смастерить даже бальные платья. Мелисса сначала засомневалась в моей затее, но моё искреннее воодушевление и горячие объяснения переубедили её. «Я помогу тебе в чём угодно, Аурелия, только больше не плачь», — в конце концов сказала она.

Мы с Милли потратили целый день, чтобы составить список того, что мне могло потребоваться для работы. Ещё два дня понадобилось для покупок. Мои деньги неумолимо таяли, львиная доля ушла на приобретение швейной машинки, но я была уверена, что на верном пути.

Моя Мелисса легко сходится с людьми, у неё всегда много хороших знакомых, и я попросила её помочь мне найти покупательниц. Конечно, она не отказала. Начала я с пошива самых простых, но нужных вещей — ночных рубашек и нижних юбок. Разумеется, работа белошвейкой — это не то, чем хотелось бы заниматься всю жизнь, но сейчас я была рада и этому занятию. Вполне достойный заработок.

Первые рубашки и юбки дались мне нелегко. За четыре года я уже поотвыкла обращаться с иголкой и ниткой. Да и к швейной машинке пришлось заново привыкать. Я долго возилась с первыми изделиями, стараясь, чтобы всё было пошито идеально и выглядело безупречно. Только небеса знают, сколько поначалу мне приходилось распарывать и переделывать. Зато я могла гордиться своей работой!

Когда я отдала Милли готовый товар, то с жутким нетерпением ждала от неё вестей, согласился ли кто купить его. Через несколько дней прилетела радостная Милли: ей удалось всё продать. Я приободрилась, повеселела и с особым энтузиазмом снова взялась за дело. Даже осмелилась предложить несколько товаров Аланде Колдери. Она оказалась очень улыбчивой миловидной девушкой, но мои юбки ей, к сожалению, не подошли. Потому что мистер Колдери умолчал о том, что его жене совсем скоро рожать. На её большом животе ни одна юбка просто не могла сойтись. Мы вместе с ней посмеялись над получившейся неловкостью, и она, хоть я и отнекивалась, пообещала, что купит у меня что-нибудь как только родит. Мне показалось, что она пообещала бы что угодно, настолько была рада хоть с кем-нибудь поговорить, кто не язвит и не отворачивается от неё как от прокажённой.

Следующую партию нижних юбок я решила немного украсить. Заодно разнообразила монотонную работу. Одну юбку сшила с оригинальными рельефными швами. Для другой из остатков ткани смастерила пышные воланы. Третью по низу декорировала сутажным шнуром. «Пусть эти юбки никто и не видит, но женщины будут знать, что их бельё красиво. Даже небогатые женщины имеют право изысканно одеваться!»

Я встала и взялась на тяжеленный утюг. Юбки были почти готовы, оставалось только отутюжить, и я, наконец, смогу позволить себе отдохнуть.

Я подошла к зеркалу с трещиной в углу (на новое я пока не могла потратиться), приложила к себе юбку и придирчиво осмотрела. «Ну что же, леди Аурелия, у вас вышло неплохо». Я скорчила рожу. «Какое ужасное поведение!» — укорила я себя, и снова принялась корчить рожи.

С весёлым смехом я накинула на зеркало юбку и тут заметила, что на открытом окошке лежит моя давняя знакомая — кошка.

— Ага, госпожа кошка, вы решили нанести мне визит? Или пришли проведать миску?

Кошка коротко мяукнула и спрыгнула с подоконника. Она уселась посередине комнаты и сладко потянулась, как только кошки и умеют. Я решила последовать её примеру — расправила плечи, вытянула усталую спину, размяла шею — и облегчённо вздохнула, всё-таки много часов сидеть над шитьём не разгибая спину нелёгкий труд.

Кошка выжидающе на меня смотрела, мигая большими оранжевыми глазами.

— Мяяу!

— Как вы сегодня требовательны, госпожа! Прошу проследовать на кухню. — Я пошла к шкафчикам, но кошка меня опередила, в два прыжка оказавшись на столе. С клокастой шерсти падала пыль, и я, не обращая внимания на брыкания кошки, опустила её на пол.

— Мяяяу! — Кошачьи завывания, наверное, вся округа услышала.

— Ах, не сердитесь, госпожа! Вы слишком грязнуля, чтобы сидеть на столе. Не желаете ли отведать тунца? — Кошка желала, ещё как. С урчанием набросилась на большой кусок рыбы. — Приятного вам аппетита!

Я рассмеялась. «Наверное, мне надо почаще выбираться к Милли и вообще к людям, а то уже с кошкой светские беседы веду».

Я пообедала на скорую руку и снова села за швейную машинку. Работала я до самого позднего вечера. Хорошо, что летом долго светло и не надо тратиться на свечи. Кошка почему-то не ушла как в прошлый раз, а развалилась на кресле и дремала, лишь изредка поднимая голову, когда слышала шум с улицы.

Не ушла кошка и ночью. Утром я обнаружила её сидящей у кухонного шкафа.

— Хитрое вы животное, госпожа кошка. Понравилась рыбка? Не хотите терять бесплатный завтрак? Может, тогда согласитесь поработать? С вас — охота на мышей, с меня — крыша над головой и стол. Ну как, госпожа, по рукам и лапам? — Кошка молчала, и я решила, что это сойдёт за согласие. Договор найма мы скрепили пристальным вглядыванием в глаза друг другу. — Ты такая худенькая, и хвост у тебя длинный и тонкий, зато голова большая, назову тебя Булавкой».