Екатерина Ромеро – Невеста Князя. Жизнь взаймы (страница 9)

Если это правда и мой отец как-то навредил сыну Князя, то он уничтожит меня и сделает это с особым старанием, вот только я не лягу под него так просто. Я буду себя защищать.

***

Следующие два дня проходят как в тумане, потому что я зализываю раны и пытаюсь просто не сойти с ума от этого тупого ожидания.

Инкубатор. Он меня называет инкубатором, будто я какая-то коробка для вынашивания ребенка, и ему абсолютно плевать на то, каково мне!

Мама… она, наверное, там уже с ума сходит. Я никогда до этого не пропадала, всегда была с ней на связи, даже когда переехала в общежитие, а о своей учебе в универе я вообще молчу. Меня нет уже четвертые сутки, и, похоже, монстр не собирается меня отпускать.

Фаина заходит ко мне каждый день. Приносит одежду, расческу, какую-то косметику для ванной, средства гигиены и ухода за собой. Все самое необходимое, без излишеств. Как для заключенной, которой я, по сути, и являюсь.

Большую часть времени я провожу в своей комнате. На улицу больше не рискую высовываться. Мне кажется, что собак во дворе стало больше. Князь сделает все, чтобы я даже нос не смогла высунуть за дверь, благо эти два дня мы с ним не пересекаемся.

– Полина, скажите, если еще что-то понадобится.

«Удавка и мыло», – думается мне, но я молчу, заставляя себя быть вежливой. Как ни крути, Фаина все же мне помогала эти дни.

– Хорошо, спасибо.

На улице уже вечер, я с обеда ничего не ела. Не могу просто, ведь я знаю, что Князь придет ко мне сегодня.

Он меня тронет, и я даже не представляю, как это будет.

Мой первый секс с мужчиной случится без любви, без ласки, хоть какого-то уважения. Я этого зверя вообще не знаю, а то, что знаю, не внушает мне доверия, один только страх.

А еще мне страшно потому, что я девственница. Я боюсь боли и до чертиков боюсь его самого. Этот большой мужчина опасен, и он меня просто покалечит сегодня, я в этом даже не сомневаюсь.

Я дважды принимаю душ, наношу масло на волосы и немного на тело. Это чуть расслабляет, но все равно успокоиться не получается.

Я надеваю всю одежду, которая у меня есть, в два слоя. Специально и ему назло. Застегиваю кофту до самой шеи на все пуговицы. Оставляю только распущенные волосы. Они немного вьются у меня, когда влажные, а сейчас высохнут и так.

На часах одиннадцать, в доме тишина, и я начинаю нервничать сильнее. Дыхательные практики помогают, и только тогда я перестаю бухтеть от нервов.

Сажусь на край кровати, ворсистый ковер щекочет стопы. Меня аж ведет от страха, потому сцепляю руки в замок.

Сна ни в одном глазу. Я буду бороться.

Если этот монстр думает, что волен распоряжаться моим телом как ему вздумается, он сильно ошибается.

– Ты должна быть голой.

Дверь открывается, и я резко вскакиваю с кровати, видя такого высокого Князя перед собой.

Он одет в черную рубашку, расстегнутую на две пуговки, и брюки, облепляющие сильные ноги.

Я же машинально делаю шаг назад, чувствуя, как колотится сердце.

Мужчина входит бесшумно, как хищник, прикрывая за собой дверь, и окидывает меня изучающим взглядом.

– Снимай тряпки. Ложись на кровать. На живот, – бросает холодно и начинает расстегивать рубашку, тогда как я до скрипа сжимаю клинок за спиной.

– Зачем?

– Ребенка делать буду, что непонятного?

Глава 12

Кажется, будто каждую мою клетку парализовало, и я не могу сдвинуться с места. Князь подходит ко мне вплотную, а я до скрипа сжимаю клинок за спиной.

Он снял рубашку и теперь обнажен до пояса. Матовая смуглая кожа бликует в полутьме, широкие плечи, очень крепкие руки с отчетливой сеткой вен. Статный, высоченный, хоть и я не низкого роста.

У Князя на груди поросль черных волос, опускающаяся вниз и заходящая под ремень. На широком торсе бурятся кубики пресса, он выглядит как атлет. Одни лишь мышцы и ни капли жира.

Я таких мужчин в жизни не видела. На него хочется смотреть. Не отрываясь. Какая-то опасная мужская красота, запредельная, жестокая, абсолютно дикая.

А еще от него пахнет мускусом, чуть-чуть табаком, опасностью и ненавистью. Тотальной. Ко мне.

Вздрагиваю, когда Князь подхватывает мой подбородок двумя пальцами и задирает его вверх, всматриваясь мне в лицо темно-зелеными тигриными глазами.

– Нравится? Налюбуешься еще.

– Я не…

– Ты бы еще скафандр надела. Раздевайся.

– Пустите! – Мотаю головой, но он не отпускает. – Неужели вам чуждо сострадание? Или вам это доставит удовольствие? Насиловать меня…

– Заткнись! – Подходит ближе, его глаза сверкают, как у зверя. – Ты не знаешь, что такое настоящее насилие, и поверь, ты не хочешь это узнать. Легла и закрыла рот! – командует, и я просто не выдерживаю.

Резко вырываю свое лицо из его захвата и направляю лезвие клинка Князю в торс. Куда-то справа. Кажется, там печень. Отлично.

– Отпустите меня немедленно! Дайте мне уйти, не то умрете!

Он смотрит на меня всего секунду. Так спокойно, будто это не я сейчас тыкаю лезвие ему в бок. Там нет даже тени страха. Этот мужчина не боится меня. Совершенно.

– Режь.

– Ч… что?

– Режь давай, раз взяла в руки нож. Давай! – вскрикивает, и я пугаюсь, цепенею, когда вижу каплю крови на бронзовой коже. Я чуть поцарапала Князя, и мне становится плохо.

Клинок дрожит в руке, спазмы сдавливают горло. Не могу. Я так не могу.

– А-а-ай!

Какой-то миг, и запястье обжигает тупой болью.

В ужасе вскрикиваю, когда Князь одним ловким движением выбивает у меня клинок, и через секунду он оказывается у него в руке, направленный прямо мне в шею! Туда, где бешено пульсирует артерия. Он знает все самые уязвимые места.

– Не умеешь пользоваться – не бери в руки.

Чувствую, как холодное лезвие ласкает шею. Князь проводит ножом по коже, но не разрезает ее и даже не царапает, тогда как я от страха даже дернуться боюсь.

– Верно думаешь, дикая кошка. Одно движение, и ты труп. Сонную артерию не сошьешь. Ты истечешь кровью в считаные секунды.

– Так убейте! Убейте меня! Животное!

Глаза в глаза, чувствуя себя как на мине.

– Убью, Климова. Всему свое время.

Я думала, что смелая и с легкостью справлюсь с Князем, держа нож в руках. Глупая. Я и правда не умею таким пользоваться, тогда как Князь, похоже, вырос в обнимку с холодным оружием.

Хватаю ртом воздух, когда грудь обдает холодом. Князь одним махом разрезает на мне кофту вместе с майкой, вещи тряпками валятся к ногам.

То же самое он делает со штанами и трусами, оголяя меня полностью перед ним, и смотрит как охотник на добычу, как на ненавидимую женщину, на инкубатор.

Замираю, когда кончиком лезвия он проводит по моей голой груди, опускаясь к талии и бедрам, словно… словно оценивает меня.

В глазах Князя при этом загорается пламя, и я с ужасом замечаю, как у него в брюках выпирает большой бугор.

– Вы просто дьявол!

– Он самый. На меня смотреть!

Кончиком ножа поддевает меня за подбородок, поднимая мою голову.

– Станешь брыкаться, я сделаю тебе больно. Здесь. И особенно здесь. – Опускает нож к низу моего живота, а после к промежности, чуть надавливает лезвием, но боли нет, я чувствую только холод металла. Князь владеет оружием как мастер. – Мне нужен только ребенок. Здоровый. Лупить тебя никто не будет, но потерпеть придется. Будь послушной и делай все, что я скажу. Поняла?