Екатерина Ромеро – Невеста Князя. Жизнь взаймы (страница 10)
Прикрываю глаза. Он не отступится.
– Пожалуйста… Умоляю! Вы сильнее меня. Я не готова так. Я вас даже не знаю!
– На кровать. Живо.
Опускает лезвие, и я сажусь на кровать, забираюсь на нее, видя, как Князь расстегивает ремень, снимает брюки вместе с черными боксерами.
Я же судорожно сглатываю и даже пошевелиться боюсь. Щеки горят, все тело пульсирует.
Я еще ни разу не видела вживую голого мужчину, и его вид меня пугает до чертиков, потому что Александр очень большой, крупный, здоровенный мужик, и я… только по фильмам видевшая какие-то эротически сцены. Я слабо представляю, как это все будет происходить.
Хуже того, этот мужчина меня ненавидит, тогда как он собирается делать мне ребенка? Не будет мне ни нежности, ни ласки в первый раз. Будет одна только ненависть этого огромного зверя.
– У меня еще не было мужчины. Пожалуйста. Не делайте. Я боюсь боли, – шепчу тихо. Это мой последний шанс, который должен сработать, но, кажется, Чудовищу на это плевать.
– Знаю. Не будь ты чиста, в земле бы уже была. Ляг на живот. И чтоб ни звука. Без боли не получится в первый раз.
***
Климова не была похожа на отца, но это не мешало мне ненавидеть каждый ее волос. Она была его дочерью, дочерью того, кто оставил от моей семьи одно только красное пятно.
Алексей думал, что я не найду его дочурку. Идиот. Я бы нашел ее даже тогда, если бы он выселил ее на Луну. Они поплатятся – и так, как я того захочу.
Девчонка. Она начала создавать проблемы с первого дня пребывания в моем доме, и хуже всего то, что я не мог ее убить. Не так, не тогда, когда она еще не понесла от меня. После прикончу, когда выносит мне сына. Сына, которого я лишился по вине ее папаши!
Последние два дня девка сидела как мышь в комнате, и я думал, она смирилась, но острое лезвие клинка, упирающееся мне в печень, отчетливо доказало, что эта молодая сука – истинная дочь своего отца.
Захотелось вспороть ей артерию на молочной шее, и я едва сдержался. Рано. Я еще заберу свое, притом сполна.
Раздел ее догола. Затряслась, руками прикрывается, а я все равно вижу молочную кожу, пышную высокую грудь, плоский живот с крошечной родинкой у пупка, тонкую талию и широкие красивые бедра.
Родит, не денется никуда, однако была одна существенная проблема: мою пленницу надо было трахнуть, тогда как больше всего на свете мне хотелось ее придушить.
– На живот.
Стиснул зубы, видя, как слушается. Клинок хорошо сработал, и она наконец утихомирилась, не то бы мне тупо пришлось ее связать.
Девка легла, и я увидел ее молочную спину, ямочки на пояснице, округлую задницу и длинные ноги. Густые темно-каштановые волосы струились по ее шее и хрупким плечам, доставая до лопаток.
– Не дергайся.
Сел за ее спиной, провел рукой по заднице, и она крупно задрожала. Вцепилась обеими руками в простыню, лицом зарылась в подушку.
Выругался про себя. Это, оказывается, не так просто. Я силой девок никогда не трахал, обычно сами на хуй запрыгивали. Ладно.
– На колени встань.
Слушается. Ни звука, покорная, но такая медленная, и я теряю терпение.
– Быстрее!
Подхватываю ее за тонкую талию, выставляю под себя, как куклу, и еще этот чертов ее запах жасмина!
Опьяняющий и очень легкий одновременно, сладкий, хоть нос себе затыкай. Ненавижу!
Обхватив хуй рукой, провожу вверх-вниз пару раз. Готов. На эту суку стоит как каменный.
Становлюсь сзади нее, коленом между ее ног проталкиваюсь.
– Шире бедра. Прогнись. Еще!
Слишком молодая она и совершенно деревянная.
Не люблю таких. Бесит.
Влада моя была искусной в постели, ласковой, умелой. Все, что я хотел, наперед угадывала, а эта не двигается даже.
Бревно, блядь, хотя… девственница. Что с нее взять.
Протягиваю руку между ее ног, касаюсь промежности, а она дергается, как током ее шандарахнуло.
– Пожалуйста, не надо! Не надо…
– Не вой. Поздно уже. Не двигайся.
Обхватываю ствол рукой и приставляю к ее аккуратной промежности.
Тугая такая, что совсем меня не пускает. Напряжена до предела, и еще она сухая.
Порву, блядь, скорее, чем трахну.
Глава 13
Короткие четкие приказы, и сквозь шум в ушах я слушаюсь, потому что боюсь боли, а такой, как Князь, может сделать больно и получит от этого удовольствие.
Я лежу на животе, а точнее, уже стою на коленях перед ним в унизительной позе. Князь меня выставил под себя, как куклу, я боюсь сделать даже лишнее движение.
Улавливаю его запах. Дьявол, лучше бы он был мне противен. Страх сковывает все тело, дышать сложнее с каждой секундой, и я понимаю, что если начну истерить, приступ мне просто гарантирован.
Я и до свадьбы близости боялась, а теперь меня вообще от ужаса переклинивает, спирает дыхание, дрожит каждая клетка.
Это не нежный Антоша, который целовал меня до исступления. Князь меня вообще не целует и практически не касается.
Чувствую только, как проводит тяжелой рукой по спине вдоль позвоночника, затем обхватывает попу. Как животное, дикий самец. Без ласки, конечно, без любви.
Вздрагиваю, когда Князь касается моей промежности. Мне не больно, но я все равно непроизвольно дергаюсь, дрожу, как кролик перед тигром.
– Спокойно, кошка. Ноги шире.
Делаю, как он говорит, а после чувствую, как в промежность упирается что-то очень большое и твердое. Князь позади меня. И даже эта поза унизительная. Он держит меня за талию, привлекая к себе, тогда как мне страшно. Этот мужчина такой большой. Боже, он реально меня сейчас покалечит.
Машинально подаюсь вперед от этого давления и тут же ощущаю, как на плечо ложится твердая мужская рука, припечатывая меня к подушке.
– Подчинись мне. Хватит противиться!
– Нет! Гореть вам в аду за это! – шиплю, царапая простыню, но Князь не отпускает.
– Я уже там. Не сжимайся, я сказал, не то порву тебя! – рычит, как дикий зверь, толкается сильнее, а у меня между ног словно костер разгорается.
– Больно! А-а-ай! Мне больно! – пищу и чувствую, как Князь отпустил мое плечо, зарычал, заскрипел матрас от его веса.
– На спину ляг.
Вот теперь начинается настоящий ад, потому что я переворачиваюсь и встречаюсь лицом к лицу с Чудовищем.
Князь подминает меня под себя и очень широко расставляет мои ноги, зачем-то подложив подушку мне под попу. Я же вижу его бронзовый торс и волосатую грудь, широкие плечи, сильные мускулистые руки и сверкающие яростью глаза.
Он чем-то недоволен. У него от злости аж желваки на скулах играют, строгие губы сомкнуты, черная густая борода навевает на меня животный страх.
Зверь это, а не мужчина. Дьявол самый настоящий.
– Пожалуйста… пожалуйста!
Мои попытки надавить на жалость не работают, и я вижу, как Князь смотрит на меня. Как удав на кролика. С жадностью и каким-то зверским голодом. Особенно на мою грудь, отчего невольно тяну к себе ладони.
– Не смей прикрываться!
Ловит мои руки и разводит их в стороны, прижимает собой, отчего дергаться я больше не могу. Я все думаю, что он сейчас меня ударит, но вместо этого Князь облизывает два пальца и опускает их на мой клитор. Он размазывает влагу по моим складочкам, после чего скользит ими внутрь меня.