Екатерина Нестерова – Аферисты из Инстаграм (страница 10)

– В смысле?

– Ну, типа… если поругаемся, куда мы там убежим? В горах же.

Я чуть не поперхнулась кофе. Вот она – проекция в чистом виде. Я уже знала, что на Мальдивах он несколько раз «угрожал» Юле, что уедет. Смешно, если честно. Особенно, когда ты на острове. Куда он там собрался уехать? В океан вплавь?

Меня это моментально триггернуло.

И я ему говорю:

– Слушай, если ты уже заранее предполагаешь ссору, то, может, и ехать не стоит.

И на этом наш «горный Новый год» закончился, не начавшись.

После того как «горный Новый год» рухнул быстрее, чем курс рубля, я решила: всё, баста. Никаких экспериментов, никаких «А вдруг он изменился». План простой – Дубай, солнце, друзья, шампанское и ни одного драматичного мужчины на горизонте.

Но, как это обычно бывает, жизнь решила, что без нового персонажа в моём сериале скучно.

За неделю до вылета я прилетела в Москву – закрыть дела, повидаться с подругами и морально подготовиться к фейерверкам. И тут – бац! – в директ падает сообщение. После всей этой мальдивской эпопеи я решила, что, пожалуй, заслужила передышку. Хоть чуть-чуть. Хоть пару недель без мужских фокусов и странных переписок, где тебя одновременно «любят» и «манипулируют толпой». Но, как обычно, стоило мне подумать «Всё, баста, отдых», – на горизонте появился новый персонаж, как из трейлера к очередному реалити-шоу: «Он молодой, амбициозный и очень хочет коллаборацию…»

Звали его С. Или, как я позже его называла про себя, – мистер С. Он написал в Instagram, что, мол, «Давно хотел сделать совместный пост», и предложил «объединить аудитории». Я подумала: «О, хоть один честно сказал, что ему от меня нужно – охваты!»

Но чем дальше – тем интереснее.

Уже через пару сообщений он перешёл к «деловой части»:

– А где ты живёшь? Можно у тебя поснимать?

– Кидаю референсы, чтобы ты поняла настроение контента.

И вот тут я поняла, что настроение – максимально откровенное. В референсах девушки в белье, позы из разряда «Поздравь меня, я подарок».

А кульминацией стал рилс, где парень лежит на девушке, нежно касаясь подбородком её копчика. И подпись: «Это – про доверие».

Он написал: «Слушай, мы можем снять такой же, но в большей эстетике».

Я сидела с телефоном, пила кофе и думала, что мне, почти тридцатилетней женщине, предлагают лечь под незнакомого мужчину ради контента. Где-то на задворках Москвы. Ради «эстетики»… И что-то во мне треснуло от смеха.

Я ему ответила: «Спасибо, но я, пожалуй, уже вышла из возраста, когда нужно лежать под кем-то ради лайков».

Он, кстати, не сдался. Каждый день писал, шутил, пытался быть остроумным.

На пятый день выдал: «Я люблю ходить в Дымзавод, давай там отметим Новый год!»

Если бы кто-то вел хронику моего жизненного абсурда, этот момент точно попал бы в топ-5.

Дымзавод.

Новый год.

С человеком, который вчера присылал видео чужих поп.

Я посмотрела на сообщение, вздохнула и подумала: «Интересно, где я свернула не туда в жизни, что мне предлагают праздновать Новый год под «Лабутены» в кальянной?»

Когда мужчины путают Tinder и деловое сотрудничество.

После истории с Дымзаводом я окончательно поняла: видимо, Вселенная решила устроить мне кастинг на роль «главной героини мужского идиотизма»: каждый день в директе кто-то писал: «Ты такая мудрая, не хочешь кофе?» Или: «Я чувствую, что у нас энергетический коннект, я в “Жаровне”, приходи». Я уже начала думать, что Instagram стал новым «Голубым огоньком», только без ведущих – все пьяные, но каждый уверен, что несёт свет.

Мистер С. тем временем не сдавался. Он искренне верил, что если повторять «Дымзавод» трижды, я превращусь в его спутницу вечера. А когда я мягко ответила, что кальянная – не совсем мой вайб, он написал: «Ты просто не была там со мной».

Ох, если бы я получала по доллару за каждое «Ты просто не была там со мной» – у меня был бы собственный Дымзавод, только с хрустальными бокалами и входом по паспорту.

Я решила: всё. Мне нужен воздух. Не в смысле – на балкон, а в смысле – за границу.

К тому моменту я уже морально паковала чемодан и думала, где отметить Новый год, чтобы никто не пытался продать мне кальян под видом любви. Москва давила – этими лицами, фейерверками, фальшивыми «Начни жизнь с чистого листа».

Я знала: если останусь, то встречу Новый год с доставкой суши и рассылающими сердечки мужчинами из «запросов».

Чем ближе был Новый год, тем сильнее у меня складывалось ощущение, что Москва решила устроить кастинг «мужчина года: кто удивит тупостью».

Д. – в своём репертуаре: манипуляции, грусть, загадочные посты о «толпе».

С. – с кальяном и бельём.

Бывший, как всегда, где-то рядом, как новогодняя ёлка – вроде убрала, а иголки всё равно на полу.

И я поймала себя на мысли: «А ведь вся моя жизнь в этот момент выглядела как фраза из сторис – «Я не выбираю драмы, они сами покупают ко мне билеты».

Москва всегда умела меня держать в каком-то состоянии нервного гламура. Всё вроде красиво – пробки, рестораны, меха, встречи – но под этим вечно фонит лёгкое безумие. Город, где мужчины меряются часами и охватами, а девушки – тем, кто и что за них оплатил.

Когда я шла по Патрикам и видела этих вечно одинаковых «успешных», я понимала: нет, всё, хватит.

Хочу солнце, апельсиновый рассвет и шампанское без запаха вишнёвого табака. Хочу тишины – хотя бы внешней. Пусть внутри продолжает звучать моя любимая какофония из мыслей, цитат и саркастических комментариев.

В аэропорту я ловила себя на улыбке. Я как будто сбрасывала с себя московскую кожу – тяжёлую, дорогую, но липкую. С. всё ещё писал, предлагал «хотя бы встретиться перед отлётом». Я вежливо поблагодарила и сказала, что у меня другой маршрут. Он ответил смайликом и фразой: «Главное – не скучай».

Я чуть не рассмеялась. Если бы кто-то платил мне за скуку, я бы уже купила себе остров.

Самолёт взлетал, и Москва оставалась внизу – с огнями, дежурными иллюминациями и мужчинами, у которых вместо эмоций – фильтры. А я летела в свой Дубай – город, где даже проблемы выглядят красиво, где всё искрится, а люди делают вид, что не знают, что внутри каждого люкса живёт лёгкая пустота.

Но я знала, зачем лечу, – чтобы наконец поставить точку в одной истории, и, возможно, начать следующую. И пусть там будет меньше манипуляторов, больше солнца и немного правды – хотя бы с привкусом сарказма.

И тут Дубай снова позвал. Мой внутренний GPS автоматически настраивается на Emirates, когда на горизонте маячит хаос.

Я купила билет молча, даже не запостила сторис. Это было как побег от цирка, где клоуны слишком активно просят подписаться на их Telegram.

Мистер С., конечно, заметил – спросил:

– Ты улетаешь? Когда вернёшься?

Я ответила сухо:

– Когда закончится ретроградный мужской сезон.

Он не понял, но поставил огонёк.

Для него это, видимо, было что-то вроде «Удачи».

В самолёте я поймала себя на мысли, что снова бегу – но не от кого-то конкретно, а от паттерна, – тех же реплик, того же типа мужчин, того же ощущения «Сначала идеален, потом манипулирует, потом грустный пост в Instagram». И если честно, я устала быть в чужих сюжетах. Хотелось наконец написать свой.

Только я ещё не знала, что в Дубае меня уже ждёт продолжение. Новое. С ещё более нелепым сценарием. А старые герои – ну конечно же – снова дадут о себе знать. Потому что в моей жизни «бывшие» – это как push-уведомления: выключить невозможно.

Глава 9

Катя

По возвращению в Дубай я уже знала – впереди будет жёсткая неделя. Не тусовки, не свидания, а работа. Серьёзная, с людьми, у которых частные самолёты, а не абонемент в лаунж-зону. Владельцы авиалиний, одна большая семья – шестнадцать человек. Узбекистан, старшие, младшие, дети, бабушки, все со своими охранниками, стилистами и бесконечными чемоданами Louis Vuitton. Люди, у которых слово «дорого» не вызывает эмоций, потому что они давно перешли этот уровень игры.

Я решила, что если уж быть в гуще событий, то жить надо соответствующе.

Сняла номер в Atlantis The Royal, чтобы быть ближе к клиентам – и заодно к жизни.

Со мной поехал мой бывший парень – по старой памяти, как будто «просто вместе отпраздновать Новый год».

Ну да, конечно.

Он был какой-то странный – будто впал в зимнюю депрессию, хотя солнце, пальмы и декабрь +28. На столе шампанское, фрукты, а он сидит на балконе и говорит:

– Что-то вообще не празднично.