Екатерина Насута – Ведьмы.Ру 3 (страница 85)
Ульяна поёжилась.
И… правда? Это больше похоже на правду, чем история о бедной сироте при живых родителях.
— А когда приворот спал?
— Спал, да… но видишь ли, порядочным людям порой тяжело. Он-то думал, что был влюблён в неё. И что она его любит. И вроде как получалось, что он ей обещал. И свадьбу. И жизнь долгую, когда как в сказке. Он ведь помнил, что обещал и предложение делал. Как было отступить? А Роза вовсю уже свадьбу планировала. Прямо перед осенью хотела, чтобы в город он женатым вернулся. Ну а по нему было видно, что чем дальше, тем меньше эта идея нравится. Он только заикнулся было, что свадьбу лучше отложить, как Розка вселенскую печаль изобразила. Если б истерика, то поругались бы и, может, разошлись. А она глазки в пол, вся бледная, полуобморочная, то болеет, встать не может, то по стеночке ходит. Говорит шёпотом, от еды отказывается. Правда, по ночам на кухню заглядывает… парень и усовестился.
— А… с тёткой моей?
— Тут всё сложно получилось. Он и вправду умный. Теперь вон в Институте ведущим специалистом. Всё пытаются нашу силу на формулы расписать, но это так… тогда же для него всё внове было. Он и принялся вопросами Розку мучить. Сперва отвечала, а после уж и не смогла. Не хватало понимания и образования. Ну а Милика раз помогла, другой… и как-то вот вышло, что совместный проект затеяли. Как раз Институт заказывал раскладку какую-то, уж не помню. Они платят отлично. Розка сперва возмущалась, но про деньги узнав, успокоилась. Даже порадовалась, что на свадьбу точно хватит, такую, которой ни у кого не было.
И снова похоже на матушку.
Ей всегда было важно выделиться. И обладать чем-то таким, чего у других не было.
— Я и ей предложила поработать. Большой заказ случился и помощь не помешала бы.
— Совпадение?
— Заказ? Да. Но я могла бы пригласить кого-то другого. Только… мне вот тоже не очень нравилось то, что происходит. И нет, я не думала, чем оно обернётся. Скорее уж стало жаль паренька. Роза… она не понимала, что нельзя принуждать людей. Особенно некоторых. Она бы погубила его, сама того не поняв. Она выбирала ему работу по престижности, по тому, кто держит компанию, и сколь перспективна она в будущем. Какую зарплату обещают и премии, и что, кроме этого. А вот чем он будет заниматься, ей было всё равно. Точнее она не видела разницы между одним и другим, и третьим. Личный интерес? Только она имеет на него право. А он обязан семью содержать.
— Разве не так?
— Так. Но и она могла бы поучаствовать в содержании семьи. Люди… после научишься видеть их. Читать. И понимать. Они разные бывают. Некоторым и вправду безразлично, чем заниматься. А другие способны работать, только если интересно. А когда интереса нет, то что-то у них получаться будет, но это как бы…
— Не то?
— Да. И изнутри они будут ощущать, что не то. И часто… душа требует своего. Правда, не все понимают, чего, а со временем начинают глушить. Водкою ли. Глупыми ли поступками. В общем, я хотела просто немного развести их. Думала, достучусь до Розки. Сумею донести, что она те же деньги может заработать сама. Она ведь умненькая. И талантливая. И место в семейном деле ей отыщется. Кроме того, ведьма… любой женщине тяжко с нелюбимым жить. А ведьме вдвойне. Душа не примет. И тоже… тут или сама погибнет, или того, с кем живёт, загубит.
Так с отцом и вышло.
— Я была рядом с Розой. Старалась донести до неё, что не стоит торопиться со свадьбой, что она только-только вошла в возраст, что чем дальше, тем лучше она будет понимать себя… — бабушка махнула рукой. — Пустое… а вот то, что там у парнишки с Миликой вышло… он же старше Розы был. А Милики на пару лет моложе. Но это ж ерунда…
— А что за дуб?
— Это тебе к нам надобно. Но после, — сказала бабушка строго. — Нельзя силу мешать. Да и не отпустит тебя источник, пока ты или его не обуздаешь…
— Или не сгину?
— Или так, — она не стала делать вид, что всё обязательно получится. — Но и после тебе сперва придётся свой новый дом обустроить. И я вовсе не про этот, — она подняла руки. — Тут окрест твои земли. Так когда-то было, да вот снова, видать, пришла пора… но это после. Дуб же… он огромный. Говорят, что корни его под всем нашим лесом расстилаются, а иные до самого сердца мира доходят. С него и питаются. И да, он сам волшебной силы…
— А кот есть? Говорящий? На цепи?
— Так-то нет, но можно кого из Рысевых отловить. Оборотни. Они так-то наособицу держатся, но если случится заговорить, то всё, пиши пропало. Болтуны страшные.
Ульяна попыталась представить оборотня Рысева, и мотнула головой.
— Главное, иное. Этот дуб — часть источника, живой силы. А ещё он видит человека. Его клятвы. Его намерения. Всего, как есть, видит. Потому Розка сама и не повела своего жениха к дубу. Понимала, что не откликнется. Не свяжет. Что нет там любви.
— А у тётки…
— Она мне клялась, что случайно вышло. Что он попросил показать этот дуб. А она и согласилась. Заодно уж замеры делала, начали программу мониторинга, вычисляют плотность поля и прочее… в общем, и пошли. А там, у дуба, глянула и поняла, всё как есть. И он, выходит, что понял. Вот и вышло.
Вышло.
Вышло то, что теперь Ульяне распутывать придётся.
— Мама…
— Она пришла в ярость. И обида… да, обида была. Она тут же поверила, что любовь забрали. Только, девонька, невозможно забрать любовь. Она или есть, или нет. Она сама в людях живёт. Убить — да, можно. Вымучить можно. Выдавить, медленно, каждый день по капле. Но забрать у одного и отдать другому — нет. Не существует подобного заклятья. Да и дуб не принял бы ворованное. Там ведь сила чистая. И любой приворот, как и любую ложь, смывает.
— А…
— Кровный — дело иное. Я думаю, что она такой и сотворила, чтоб наверняка, чтоб никто даже не пытался разорвать. Если разрубить кровную связь, то высоки шансы, что погибнут оба.
И матушка об этом знала.
— Когда Роза поняла, что уже ничего не сделать, то смирилась. Но потребовала компенсацию. Как она выразилась, за моральные страдания. Приданое своё сразу и на руки, а не перед свадьбой. И заодно уж Милики, за обиду. Мол, если у них такая любовь, то и без денег обойдутся. И ещё дом.
— И вы согласились.
— Мы все чувствовали себя виноватыми.
— Но свадьбу сыграли? — эта деталь мешала окончательно поверить. И тяжкий вздох бабушки подтвердил, что и эта правда не совсем… правдивая? Или не окончательная?
— Сыграли, — согласилась она. — Как раз, чтобы слухи пресечь… наш род издревле с городом связан. Но не только он. И поверь, детонька, там у нас тоже не всё так просто. Есть Совет. Есть места в нём. Есть репутация. И что Женька, что Роза её пошатнули. Пошли слухи, что неладно у нас в семье, что того и гляди сила от нас откажется. А новый скандал всё ещё больше осложнил бы. Тогда мы с Розой договорились… делаем вид, что расходимся мирно. Она и на свадьбе-то поприсутствовала. А взамен…
— Дом?
— И дом. Отец удвоил суммы на счетах, — бабушка поднялась. — Как он сказал, за ошибки надо платить. И Роза договор исполнила. И была. И поздравляла. Пожелала им счастья. Сказала, что не обижается, что против силы не пойдёшь, и раз не судьба сейчас, то она другим разом замуж выйдет. Найдёт другого жениха. Получше. И уж точно сделает так, что тот не сбежит.
И ведь сдержала слово.
Вот чего матушке было не занимать, так это упорства.
Глава 36
В которой блогер меняет сферу деятельности, а перед Институтом Культуры открываются новые перспективы
Фёдор Фёдорович отложил телефон, подумав, что ещё немного и он свихнётся. Потом подумал, что вряд ли это сочтут достаточным основанием для предоставления внеочередного отпуска.
Потом принялся думать уже о деле.
Машины, конечно, возьмут. Вернее проводят издали, чтобы не вызывать ненужных подозрений. Вот только сама эта суета, начавшаяся в «Птице» нервировала. Но сигнала от агента не было. Впрочем, и сам агент исчез… и вот как понять, пора уже поднимать гвардию, или погодить слегка, не мешая людям работать? Будь там Наум один, Фёдор Фёдорович и не раздумывал бы. Но вот появление ведьмака спутало карты.
Дальше с мыслями не вышло, потому что в окно постучали.
— Извините, — произнёс бледный парень характерного вида, — я бы не стал вас отвлекать, но Фёдор Степанович уверен, что мне стоит дать показания. И Филин тоже готов. То есть, показания дать.
— Мек, — подтвердил козёл и кивнул, мол, так оно и есть.
— Это Филин? — уточнил Фёдор Фёдорович.
— Да.
Козёл по кличке Филин? Почему бы, собственно говоря, и нет? Это всяко лучше, чем наоборот.
— А вы кто будете? — уточнил он.
— Михаил, — Фёдору Фёдоровичу протянули тощую ладонь. На ощупь та оказалась ледяной и сухой. — Панасенко Михаил Вадимович.
— Очень приятно, — сказал Фёдор Фёдорович. — И вы тут… ведьмак? Колдун? Упырь?
— Блогер.
Час от часу не легче. Честно говоря, упырей Фёдор Фёдорович любил куда больше, чем блогеров. Во всяком случае, проблем Институту Культуры упыри доставляли несравнимо меньше. Блогеры же вечно то залезут не туда, то вопросы начнут неудобные задавать, то в принципе освещать то, чему лучше бы в тени находиться.
— Раньше был, — уточнил Михаил. — Теперь уже и не знаю. Аудиторию, скорее всего, растерял. И вот… камеру тоже отняли. Записи… так что толку от меня, наверное, немного. Но Фёдор Степанович уверяет, что в данном конкретном случае я просто обязан дать показания.