Екатерина Насута – Кицхен отправляется служить (страница 17)
Дело не в красоте.
Дело в том, что эльфийский лотос — это две дюжины зелий высшей категории, за каждое из которых платят живым золотом и не торгуясь. А золото нам нужно.
Очень нужно.
Сундуки, которые папенька когда-то притащил, не бездонные ведь. Тем паче многое ушло. Кое-что на строительство усадьбы. На возвращение приданого Танар. На реорганизацию фабрики, которую в конечном итоге удалось отсудить. Выкуп закладных — часть оказались-таки настоящими. Да и тот развод обошёлся недёшево. Нет, можно было бы и не платить, а пойти в королевский суд, но… папенька понял, что тогда всё будет долго, грязно и тяжело. В том числе для матушек, которых Танар потребовали бы привлечь в свидетели, ссылаясь на нарушение отцом брачных обетов, и для нас.
И вообще…
Откупился он. А суммы я узнала лишь после смерти.
Добавлю, что и жить мы привыкли, мягко говоря, не слишком себя стесняя.
Нет, и фабрика, и земли доход приносили. Матушка Нова умудрялась справляться и с тем, и с другим, причём успешнее, чем мои дядя, дед и прадед вместе взятые. И арендаторов нашла. А как Киара начал в силу входить, так и вопросы с нестабильностью урожаев сами собой разрешились.
Какая нестабильность, когда эльф под боком?
Но всё равно, этого было маловато.
— Есть ещё кое-что… вот об этом, дети, я бы и хотела поговорить, — матушка сняла перчатки и убрала их в сумочку. — Кажется, при составлении этого приказа была допущена ошибка. И в список тех, кто должен явиться на службу, попала ты, Кицхен.
Глава 9
Глава 9 Кое-что об эльфийских девах и законах
Я?
Хотя…
Ну конечно.
Отец ведь воспользовался правом Владетеля и состоянием несчастного коронного регистратора, а потому в Бархатной книге есть только имена. А с именами, как я уже говорила, получилась небольшая путаница. И с точки зрения нормального человека — опыт подсказывает, что таких в мире всё-таки больше — Киара выглядит более женственным именем. Разве ж нормальный человек знает, что Кицхен — это, если верить матушке, криасская кошка. Такой вот характерный обитатель сумеречного мира с огромными тёмными глазами и пушистым мехом.
Ну и клыками с папенькин палец.
Но это ж мелочи, право слово. И вообще, какой дурак кошечке в рот полезет? Найдётся такой? Сам виноват. Говорю же, логика у фей своеобразная. Но я не в обиде.
Особенно сейчас, относительно нашей ситуации.
— Так это ж замечательно! — прямо от сердца отлегло.
— Ты полагаешь? — матушка нахмурилась. — Пока мы можем ошибку исправить. Достаточно будет явиться к регистратору и предъявить… вас…
Она рукой махнула.
— Ну, просто предъявить, полагаю, будет недостаточно, — Карлуша забросил ногу за ногу. — Извини, Киц, но из вас двоих…
И пальцем указал сперва на меня, потом на Киара, который фыркнул и обиделся. Как и подобает эльфу, обиду он выражал ледяным молчанием и презрительным взглядом, направленным куда-то вдаль. Но за двадцать лет совместного бытия и к тому, и к другому у нас выработался иммунитет, а потому мы в очередной раз обиду просто не заметили.
— … на девицу больше похож он, — договорил Карлуша.
А главное, не поспоришь.
— И это тоже хорошо. Никого мы предъявлять не будем. Смотрите, — я щёлкнула Карлушу по носу, чтоб не зазнавался. — Чтобы дорастить лотос нужен Киара? Так?
— Так, — согласилась матушка.
— А от меня в этом толку никакого. Я и близко не лотосовод.
Скорее уж я могу одним своим появлением весь лотос ухайдокать. Цветочек, как говорю, магический, а эльфийская магия тёмную силу на дух не переваривает.
Ну, в большинстве случаев.
— Зато там я буду как раз при деле. Наверняка ждут некроманта, поэтому сразу и направили к месту службы.
Некромантов, сколь знаю, крайне мало. И работать они предпочитают на себя.
— Вот и дадим им некроманта. А Киара останется с цветочками.
— Не знаю, Киц. Это как-то… неправильно, — матушка явно думала о чём-то подобном, скорее даже не она, а матушка Нова, которая наверняка успела заключить договора под это вот треклятый лотос. А если не договора, то всяко устные соглашения. — Ты же девушка. А там служба. Крепость. Лишения. Тебе будет сложно.
— Вряд ли сложнее, чем бродить по болотам и гонять нечисть, — Карлуша прищурился.
— Её тут почти и не осталось, — вздохнула я, прикинув, что там, на неведомом Пограничье, наверняка места менее обжитые, а потому и более перспективные. Ну, в плане охоты.
Может, у них там вообще завёлся кто-нибудь этакий, редкий, если про некроманта вспомнили?
Так, радость проявлять пока рановато.
— А если кто-то проверить решит? — Киллиан всегда отличался осторожностью, даже робостью. И сейчас вот сидел, руки на коленях сложив и видом своим выражая категорическое несогласие с обманом. — Проверит и узнает, что ты… ну…
— Девица, — помог ему Карлуша.
Киара отвернулся в другую сторону, верно, надеясь, что если он и дальше будет хранить ледяное молчание, Карлуша извинится.
Ага, двадцать лет не извинялся, а теперь вдруг возьмёт и проникнется.
— Сомневаюсь, — ответила я Киллиану, — что там настолько отмороженные люди служат, чтоб полезть в штаны к некроманту. А лицом я пошла в папеньку.
И фигурой, что характерно, тоже. Матушка-фея очень по этому поводу переживала и даже по секрету сказала, что, если вдруг захочу, она мне сиськи наколдует. Я вежливо отказалась.
На кой некроманту сиськи, а?
И порадовалась, что она всё-таки сперва спросила, а не как это обычно, взяла и сделала мне хорошо по собственному усмотрению.
— Будете обращаться ко мне, как к мужчине, и всё прокатит.
— А если не смогут? — Киллиан всё ещё был полон сомнений. — То есть, не сможем? Мне вот непривычно будет.
— Я помогу, — пообещала матушка Анхен. — Небольшое проклятье, и при ошибке на языке выскочит чирей.
Да, методы воспитания в нашей семье сложились своеобразные, но при том, следует признать, крайне эффективные.
— А если всё-таки узнают? — Киллиан поёжился, точно ему от одной мысли об этом стало дурно. — Ну как-нибудь. Случайно.
— Вообще-то, — Киньяр заговорил тихо и задумчиво. — Кодекс не запрещает женщинам служить. А поскольку Кицхен является признанной главой рода, то она в праве руководствоваться при принятии решений именно Кодексом. Если добавить факт наличия именного приказа, то выйдет, что она лишь выполняла волю короля.
— То есть, скрывать ничего не надо? — уточнил Киллиан.
— Надо, — я мотнула головой. — Потому что приказ просто-напросто перепишут. А так… если вдруг что и выплывет, всегда можно сослаться на Кодекс. И на приказ, который мы исполнили в меру своего разумения. И на прочее вот всё то, что Кин сказал.
— Но мы же будем обращаться к тебе, как к мужчине. И значит, поддерживать обман.
Мысль об этом явно мучила тонкую натуру братца.
— Это не обман. Это… это мы просто не будем разрушать чужие заблуждения. Мы и не обязаны, — сказала я. — И вообще, в каждом роду свои особенности. Может, в нашем так вот сложилось, что наследник по умолчанию считается мужчиной, даже если он женщина.
На меня посмотрели все. Даже Киара передумал обижаться. Ну или отложил обиду на более подходящее для её выражение время.
— Это если спросят, — поспешила заверить я. — А если не спросят, то зачем что-то говорить?
А если спросят, можно будет приподнять бровь, как это папенька делал, и, вперившись взглядом в собеседника осторожно так поинтересоваться, мол, в своём ли вы уме, сударь, этакие вопросы задавать? Ну а дальше по ситуации.
А что?