Екатерина Насута – Громов. Хозяин теней 8 (страница 12)

Может такое случится?

Может.

Ещё как может, потому отчасти мы и тут.

— И как служба?

— Пока не разобрался, слишком много всего. И я присматриваюсь, и ко мне, но точно интересней, чем в мастерской. В мастерской некромантические обряды не проводят.

Вот и я думаю, что у него получится.

— Она умерла не здесь, — голос Шувалова прозвучал на удивление громко, как если бы ему тоже было тесно в этой комнате. — Надо дальше.

— Дальше — совсем та сторона.

— Не важно. Связь есть, но… здесь что-то другое. Мешает.

Он поморщился и, осмотревшись, положил свою ношу на кровать. Закрыл глаза, развёл руки, точно нащупывая что-то в воздухе.

Вдох.

И выдох.

— Граница… заперта… запрет. Защита? Возможно, здесь ставили защиту.

Логично, что-то, что не позволило бы тварям с той стороны пробираться на эту.

— Там… не полынья, врата, — сказал я.

И Тимоха увидел.

Или Буча?

Главное, что и они никуда не делись. То есть тот, кто приходил за Мишкой, не сумел закрыть? Или не умел? Или их вообще нельзя было закрыть? Может, это сперва полынья появилась, а уже потом, вокруг неё, дом с лабораторией?

Хотя… стыкую сову с глобусом, а на результат оно не влияет.

— Метелька, тут останешься, — я сказал это тихо. И на обиженный взгляд пояснил. — Просто мало ли, вдруг эта дура полицию позовёт. Или не полицию, а людей с вилами там… или ещё что. Да и вообще. Чую, не стоит ждать, что всё пройдёт по плану. И если вдруг нет, надо, чтобы кто-то остался и позвал на помощь. Или хотя бы Таньке позвонил.

Он кивнул.

Хотя всё равно обиделся. И не столько на меня, потому что понимал, что я прав, сколько на обстоятельства. И на то, что он самый слабый.

И вообще на всех и сразу.

Бывает. Но обида — это ничего. Главное, чтобы следом не полез.

На той стороне ничего-то с моего прошлого сюда визита и не изменилось.

— Прошу, — Шувалов вытащил изящного вида очки, которые протянул Николя, а потом и Карпу Евстратовичу. — Экспериментальная разработка. На пару часов хватит. Но, Карп Евстратович, когда я поставлю круг, вам придётся их отдать. И все артефакты тоже. Они мешают устанавливать связь.

А в пещерах запах дыма то ли развеялся, то ли впитался в камень.

В остальном всё было по-прежнему. Коридоры. Лабиринты.

Зал. Каменное крошево плотным слоем на полу. И на нём уже виднеются пятна то ли мха, то ли лишайника. Они чёрные, с красноватым отливом, и Николя задерживается, склоняясь над особо крупным.

— Ничего не трогать! — Тимоха успевает перехватить руку. — Здесь любое растение может оказаться ядовитым.

— Да. извините.

Николя смущается. И косится на меня.

— Если вам что-то нужно, скажите, — Тимоха смягчается. — Мне или Савелию. Он будет рад помочь…

— Образцы. Я вот захватил с собой…

Кофр находит место на полу, и из него появляются колбочки с плотно притёртыми крышками.

— И что собирать?

— Всё, что видите. Камни. И это вот создание… и другие, какие будут. Кость! — уж не знаю, как Николя разглядел эту черепушку, которая с белыми камнями практически сливалась, но сейчас он опередил Тимоху, мигом забыв о том, что было сказано. — Череп! Это череп!

Тимоха вздохнул, но отбирать не стал. Явно не счёл опасным.

— Надо же…

— Там много костей, — произнёс Мишка. — На той стороне. В лаборатории. В ящике. И черепа тоже есть. Разные.

— Да⁈ надо будет забрать. Обязательно. Это… это…

Я ощутил шевеление внутри. Как будто газировки перебрал. И теперь газы, скопившись внутри, грозили вырваться.

Тени.

Тьма скользнула на камни, распластавшись поверх них чёрным ковром, а уж на него и плюхнулся Призрак.

— Стоять! — я успел повиснуть на руке Тимохи. Не знаю, что он там собирался делать, но явно не для рукопожатия ладонь протягивал. — Это свои. То есть, мои. Призрак и Тьма. Призрака ты должен помнить.

— Помню. Он был… поменьше.

Ну да.

Конкретно так.

И пусть я выпил той пакости немного, но и этого хватило. Призрак не просто вырос, он словно плотнее сделался. И форма стала чётче. Пёрышки на шее, крылья эти, которые он подобрал и свернул хитро. Клюв поблескивает, и щёлкает, норовя захватить пальцы. И уже когда я запускаю руку, чтобы погладить, то чувствую натуральную шелковистость перьев.

И Призрак присвистывает, щёлкает, ухает, точно спеша рассказать сразу и обо всём.

— А Тьму… ну, она появилась уже позже, когда ты приболел. Но она славная.

Чёрное покрывало собралось в более компактное чёрное облако. Она не спешила ластится, скорее я ощущал некоторую настороженность. Правда, не по отношению ко мне. Связь была прочной и нападать тени явно не собирались.

— Славная… — произнёс Тимоха презадумчиво. — Очень… у тебя их две?

— Ага.

Вроде же говорил. Или нет?

Выходит, что запамятовал. Нет, оно можно понять, потому что и без этого хватало новостей.

— И каково это? — уточнил Тимоха, присаживаясь на корточки. Трогать их он не пытался, но разглядывал с немалым интересом.

— Отлично. Больше теней. Больше возможностей…

— И больше нагрузки, — Тимоха покачал головой. — Даже одна взрослая тень… даже та, которая тебя приняла и признала, она всё одно невольно тянет силы и давит на разум. Они не люди…

— Это я уже понял. Но без неё мы бы не выжили. Без них.

И не только мы.

— Это невероятно! — голос Николя заставил Тимоху замолчать. Вряд ли он бы поверил, скажи я, что справлюсь. — Вы только взгляните! Это не просто череп, это… этот череп принадлежит человеку! То есть, он невероятно близок, хотя есть некоторые различия, но главное — другое. Главное, что оно… оно из этого мира, вы понимаете?

— Нет, — честно ответил Тимоха, которого вид черепа совершенно не впечатлил.

— Это свидетельство наличия здесь разумной жизни! Или околоразумной! Это всё меняет! Радикальным образом…

Далеко не для всех, но не мне разбивать чужие иллюзии. Я коснулся пальцами Тьмы. Облако было одновременно и мягким, и колючим.