Екатерина Насута – Эльфийский бык 3 (страница 75)

— Павел, — донеслось сверху. — А мы тут надолго застряли?

— Боюсь, что да…

Далеко в кустах сверкали огоньки, намекая, что в желаниях следует быть аккуратней. Хотел чрезвычайную ситуацию? Получи. Чрезвычайнее некуда.

— То есть, всё плохо? — уточнила Василиса.

— Ну… я могу соврать.

— А спасти? Ты ж спасатель. Вот… спасай. Я вся твоя! Даже с автоматом.

— Автомат — это аргумент… — Павел пытался рассмотреть, что там, в темноте. Сканирующее заклятье в лесу плохо работало, но даже с учётом этого стоило признать, что зомби-коров здесь немало. — Только, боюсь…

Его сил точно не хватит.

Да и…

Если попробовать…

— Сиди, — велел Павел, спускаясь.

— Ты… ненормальный!

— Матушка говорила, что во многом поведение зомби зависит от заложенной некромантом программы. И исходного качества материала… — он решительно спрыгнул перед самой мордой твари. Корова подняла голову и, глянув на Павла, вздохнула. А потом голову опустила и вернулась к траве. — Если программы нет, то…

— Чтоб тебя… я не готова! — Василиса спустилась веткой ниже. — Нет, это… это какой-то неправильный зомби-апокалипсис!

— Пожалуйся мирозданию.

— Да ладно, — она всё же свалилась и прямо на руки.

— Идём, — сказал Павел, поставив Василису на землю. — Медленно и аккуратно. Если вдруг начнут проявлять интерес, я выставляю щит, ты лезешь на ближайшее дерево…

Корова протяжно замычала и тряхнула головой.

Зомби-апокалипсис и вправду был каким-то… с сельским колоритом, что ли? В этом Павел убедился, когда из ближайших кустов выскочила крупная собака, которая радостно завиляла хвостом. Вернее ошмётком хвоста. Глаза собаки тоже светились красным.

— Место, — сказал Павел.

— Погоди, — Василиса хлопнула по ноге и мёртвая собака радостно подскочила. — Это же… это Бузина. У нас работал один… пастухом… раньше. У него собака была пастушья.

— Логично.

Собака попыталась облизать руку Василисы и главное, женщина не сделала попытки упасть в обморок, но лишь скомандовала:

— Сидеть!

Пёс плюхнулся на зад, уставившись на Василису преданными горящими глазами. Причём даже в адском пламени читался искренний восторг.

— Так… он потом к Свириденко ушёл. А дальше уехал вроде бы… хозяин уехал?

Пёс взвыл, и на голос его отозвались коровы.

— Бузина… давай, собирай стадо!

Твою же ж…

— Работай, — Василиса хлопнула в ладоши. — Вперед! Домой, Бузина, гони их домой!

Радостно подпрыгнув, Бузина разразилась хриплым лаем, заставив коров отвлечься от травы и кустов. А потом вовсе исчезла, чтобы мелькнуть справа. И слева. Засуетились тени. Что-то затрещало.

— Сейчас она соберет их и погонит домой, — сказала Василиса предовольным тоном. — Будет… сюрприз Свириденко.

Ну да. Будет.

— А ты… — Кошкин вспомнил, что говорила об умертвиях матушка. — А ты уверена, что ему? Что твоя Бузина знает, где у неё сейчас дом?

Судя по тому, как изменилось лицо Василисы, о таком повороте она не думала.

— Может… пронесёт? — сказала она, впрочем, без особой уверенности.

Но Кошкин точно знал, что не с его везением.

— Зато я знаю, где мы находимся… тут недалеко! Дорога из Конюхов, там ещё такая яма… идём, — она взяла Кошкина за руку и тотчас смутилась этакой вольности. — Сейчас выйдем к дороге, а там уже прямо. За пару часов дойдём!

Подозрения Кошкина подтвердились, когда из кустов выскочила Бузина и, радостно тявкнув — у человека менее подготовленного от голоса её могло бы и сердце встать — поднялась на задние лапы. За Бузиной высунулась одна коровья морда, потом вторая… третью и четвертую Кошкин ещё посчитал, а дальше уже и бросил.

— Это… домой! — Василиса махнула рукой в гущу леса.

Надо будет позвонить, сказать, что зомбикоровоапокалипсис не то, чтобы совсем отменяется, но всяко переносится территориально.

— Гав! — сказала Бузина, вильнув ошмётком хвоста.

— Му, — коровье стадо откликнулось на приказ с военным единодушием.

— Кажется, тебя признали за старшую, — сказал Кошкин.

— Я не некромант!

— Боюсь… это уже не важно.

— Я не хочу…

— Боюсь, это тоже уже не важно.

Коров прибывало. И лес наполнялся призрачным сиянием скопившейся в костях силы.

— И что делать?

— Домой идти, — предложил Кошкин. — Отведём куда-нибудь в тихое место, а там уже пусть подождут… мама приедет и со всем разберется.

— Знаешь, вот никогда я ещё так не ждала встречи с чьею-то мамой. Ладно… есть у нас дальнее поле. Там обычно пусто. Пусть… пасутся… и не такие они и страшные, если подумать.

Спорить Кошкин не стал.

Кто в здравом уме спорит с женщиной, у которой помимо автомата есть небольшое стадо зомби-коров?

— Так… нам туда… — Василиса махнула в темноту. — Только там… говорят, пост поставили и никого не пускают…

— Думаешь, рискнут задержать?

Василиса обернулась.

Коровы вытянулись косяком и первым место занял самый старый скелет, судя по ширине черепа и размаху рогов — бычий. Этот был чист и даже прилипшие комья земли с травою не портили впечатления искрящейся, отливающей зловещим зеленым светом белизны.

— Ну да… наверное. Так, идём бодро, ровно и не останавливаясь…

На этих словах она снова споткнулась.

— Твою…

Кошкин вовремя успел подхватить. И лишь коровье стадо встревоженно замычало, качая облезлыми головами.

— Так, — сюрреалистичность происходящего изрядно давила на мозг, наверное, поэтому в него и пришла удивительная идея: — Давай лучше верхом…

И Кошкин, подхватив Василису, подошёл к быку.

— Стоять! — рявкнул он, глянув в пылающие огнём глазницы. И бык встал. — Вот… погоди, куртку подложу… сейчас. Ты вот садись и веди.