Екатерина Мордвинцева – Волчья ягода (страница 50)

В комнате меня ждала Алина с чаем и печеньем.

— Ну как? — спросила она, увидев моё лицо. — Что-то случилось?

— Он поцеловал меня, — сказала я, падая на кровать.

— Что?! — Алина подскочила. — Как поцеловал? Где? Когда?

— В уголок губ. У общаги. А потом сказал, что это ошибка, и ушёл.

Алина села рядом.

— Ошибка? — она нахмурилась. — Какой же он... мужчина после такого не уходит, если это ошибка.

— А что делает?

— Остаётся. И целует по-настоящему.

Я закрыла лицо руками.

— Я не понимаю, что он чувствует. То он говорит, что я его слабость, то ревнует, то целует — и убегает.

— Может, он боится, — предположила Алина. — Мы же знаем его историю. Он уже любил, и это привело к трагедии.

— Я не Ирина.

— Он это знает. Но страх остался.

— Что мне делать?

Алина вздохнула.

— Ждать. Если он сам не разберётся в своих чувствах, ты ему не поможешь.

— А если он не вернётся?

— Вернётся. Ты ему нужна. Как воздух.

Я повернулась на бок, уставилась в стену.

Снег за окном всё падал и падал.

Ночью мне снился Вадим. Он стоял в поле, посреди снега, и смотрел на меня. Его глаза горели золотом, но в них не было угрозы — только тоска.

— Иди ко мне, — позвал я его во сне.

Он покачал головой.

— Не могу. Я боюсь.

— Чего?

— Что не смогу тебя защитить. Что мои чувства ослабят меня. Что я потеряю тебя, как потерял её.

— Ты не потеряешь.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я сильнее. И потому что я рядом. И никуда не уйду.

Он подошёл ближе. Протянул руку. Я взяла её.

И проснулась.

За окном светало. Снег перестал, небо было чистым, голубым. На стене — ни одной новой царапины.

Я села на кровати. Алина ещё спала.

Я взяла телефон. Написала Вадиму: «Ты в порядке?»

Ответ пришёл через минуту: «Да. Прости за вчерашнее».

«Не извиняйся. Просто скажи, что это было».

Долгое молчание. Я уже думала, что он не ответит. Но телефон завибрировал: «Это было то, чего я не должен был делать. Но не жалею».

У меня перехватило дыхание.

«Я тоже не жалею», — написала я.

«Увидимся на паре».

«Да».

Я отложила телефон. На душе было странно — счастье, страх, ожидание. Словно я стояла на краю пропасти и собиралась прыгнуть.

На паре Вадим вёл себя как обычно — холодно, отстранённо. Ни взгляда в мою сторону, ни намёка на вчерашнее. Я смотрела на него и не узнавала того человека, который целовал меня в снегу.

После занятия он задержал меня.

— Зайди вечером, — сказал тихо, чтобы никто не слышал.

— Зачем?

— Поговорить.

— О чём?

— О нас.

Я кивнула.

Вечером я была у него. Он открыл дверь, пропустил внутрь. Мы сели на диван — на расстоянии.

— Вчера... — начал он и замолчал.

— Вчера ты поцеловал меня, — закончила я за него. — И сказал, что это ошибка.

— Это было ошибкой.

— Вадим, перестань! — Я повысила голос. — Если ты боишься, так и скажи. Но не говори, что это ошибка. Потому что это была не ошибка. Это было... правильно.

Он посмотрел на меня. В его глазах — боль, надежда, страх.

— Я боюсь, Виктория. Боюсь, что не смогу тебя защитить. Боюсь, что мои враги используют мои чувства против меня. Боюсь, что я сам себе наврежу, если буду рядом.

— А я боюсь, что ты уйдёшь, — сказала я. — И я останусь одна. Снова.

— Ты не одна. У тебя есть Алина, есть университет, есть...

— Есть ты, — перебила я. — Или нет?

Он молчал.

— Я люблю тебя, Вадим, — сказала я. — Не как хранителя, не как оборотня. Как человека. Который готов рисковать. Который не боится быть слабым. Который...

Он закрыл мне рот поцелуем.

Настоящим. Не в уголок губ, не беглым. Глубоким, долгим, от которого у меня подкосились ноги.