Екатерина Мордвинцева – Право на любовь детектива (страница 51)

Они вернулись в гостиницу, и Оливия принялась за работу.

Стивен принёс бумагу — целую стопку, перья, чернила, карандаши. Организовал свет — магические светильники и обычные свечи, чтобы можно было работать даже ночью. Придвинул стол к окну, чтобы использовать дневной свет.

— Что-нибудь ещё? — спросил он.

— Тишина. И ты рядом.

— Буду.

Он сел в углу, стараясь не шуметь, готовый в любой момент прийти на помощь. А Оливия начала рисовать.

Сначала медленно, неуверенно, будто нащупывая путь в темноте. Рука дрожала, линии выходили кривыми. Она закрывала глаза, вспоминая, как мастер Вейн водил пером по бумаге, как поправлял ошибки, как бормотал себе под нос формулы.

Потом процесс пошёл быстрее.

Линии ложились на бумагу увереннее, складываясь в сложные узоры. Формулы выстраивались в столбцы — один за другим, стройные, точные. Пометки на полях появлялись одна за другой — те самые, что мастер оставлял для себя.

Стивен смотрел на неё и поражался. Эта девушка, которую он считал просто помощницей, оказалась настоящим сокровищем. Её память, её преданность, её ум — всё это сейчас выплёскивалось на бумагу, спасая их общее дело.

— Отдохни, — сказал он через пару часов. — Выпей воды.

— Нет, нельзя. — Она мотнула головой, не отрываясь от бумаги. — Если прервусь — потеряю нить.

— Тогда хотя бы глотни.

Он поднёс кружку к её губам. Она послушно отпила, не прекращая рисовать.

— Расскажи, — попросил он, чтобы поддержать разговор. — Как ты это запоминала?

— Я смотрела. — Её голос звучал отрешённо, будто она была где-то далеко. — Часами. Годами. Мастер не прогонял меня, когда работал. Наоборот, говорил: "Смотри, Лив. Учись. Когда-нибудь это пригодится".

— Он знал?

— Думаю, да. Знал, что я не маг, но что могу быть полезной. И учил. Всему, чему мог.

— Ты любила его?

— Как отца. — В голосе дрогнула слеза. — Он заменил мне семью.

Стивен подошёл, положил руку ей на плечо.

— Он гордился бы тобой.

Она подняла на него глаза — мокрые, блестящие.

— Думаешь?

— Уверен.

Она улыбнулась сквозь слёзы и снова уткнулась в бумагу.

К вечеру первые листы были готовы.

Оливия откинулась на спинку стула, чувствуя страшную усталость. Рука болела, глаза слипались, голова гудела от напряжения. Но чувство выполненного долга переполняло её.

— Готово, — выдохнула она. — Пока только общая схема и основные расчёты. Детали завтра.

Стивен взял листы, всмотрелся в линии. Для него это была китайская грамота, но выглядело внушительно — сложные переплетения линий, столбцы цифр, пометки на полях.

— Я ничего не понимаю, — признался он. — Но выглядит... профессионально.

— Это оно. Артефакт "Свет Элинор". Теперь мы можем использовать его как приманку.

— Приманку?

— Да. Если пустить слух, что чертежи у нас и мы готовы передать их любому магу, который поможет свергнуть главу, — они сами придут к нам.

— Или пришлют убийц.

— Или пришлют убийц. — Она улыбнулась устало. — Но на этот раз мы будем готовы.

— Ты чудо, — сказал Стивен, глядя на неё с восхищением.

— Я просто делаю свою работу.

— Твоя работа — спасать мир?

— Нет. Моя работа — быть с тобой.

Он наклонился и поцеловал её — нежно, благодарно.

— Я люблю тебя, — прошептал он.

— И я тебя.

Вечером они отправились к Весту.

Старое убежище в трущобах выглядело так же убого, как и в прошлый раз — покосившиеся стены, грязные окна, запах сырости и гнили. Но теперь внутри было не пусто.

Когда они вошли, их встретили настороженные взгляды.

Внутри, при свете магических светильников, сидело человек десять. Разные — старые и молодые, мужчины и женщины, в дорогих одеждах и в лохмотьях. Но всех их объединяло одно — в глазах горел огонь. Огонь борьбы, надежды, отчаяния.

Вест поднялся им навстречу.

— Вы пришли, — сказал он. В его голосе звучало облегчение. — Я надеялся, что вы умнее тех, кто послал убийц.

— Мы пришли, — подтвердил Стивен, не опуская оружия. — Но если это ловушка...

— Не ловушка. — Вест покачал головой. — Хватит с меня игр. Идёмте, познакомлю вас с друзьями.

Он провёл их к собравшимся.

— Это маги, — представил Вест. — Те, кто не согласен с политикой Гильдии. Те, кто хочет перемен. Каждый из них потерял что-то из-за режима — близких, здоровье, веру в справедливость.

Один из них, высокий седой старик с посохом, украшенным рунами, поднялся и поклонился.

— Мы слышали о вас, детектив Дарвидс, — сказал он голосом, скрипучим, как старый дуб. — О человеке, который не боится правды, даже когда она ведёт к смерти. И о вас, мисс Тейперс, — он повернулся к Оливии, — о девушке, которая помнит чертежи Вейна.

— Вы знаете о чертежах? — насторожился Стивен.

— Знаем. И хотим помочь.

— Зачем? — вопрос прозвучал резче, чем следовало. — Что вам с этого?

Старик усмехнулся — не обиженно, а понимающе.

— Затем, что артефакт Вейна — это надежда. Для всех нас. Для магов, которые страдают от лихорадки, для их семей, для будущего. Вы думаете, мы боремся за власть? Нет. Мы боремся за жизнь.

Оливия смотрела на этих людей и чувствовала, как в груди разгорается пламя. Они были разными — по возрасту, по статусу, по силе. Но их объединяло одно: они верили.

— Мы не подведём, — сказала она твёрдо. — У нас есть чертежи. Есть план. Есть решимость.

— Чертежи? — переспросила молодая женщина в потрёпанной шали. — Но мы слышали, их украли.

— Украли, — подтвердила Оливия. — Но я восстановила их по памяти.

По комнате прокатился удивлённый шёпот.