Екатерина Мишаненкова – Средневековье в юбке. Женщины эпохи Средневековья: стереотипы и факты (страница 28)

Наутро муж попытался поднять скандал, но обнаружил, что на жене ни синяка, а под подушкой — хвост вместо косы. В итоге ему пришлось просить прощения, а потом отправляться в паломничество, чтобы ему больше не являлись такие жуткие видения. Ну а жена с любовником сполна воспользовались его отсутствием.

Мораль в финале своеобразная — если вам изменила жена, разбирайтесь с ней дома, а не выставляйте ее и свой позор на всеобщее обозрение.

К чему я вспомнила эту историю? К тому, что надо все время помнить — несмотря на то, что женщина была юридически подчинена мужу, физическое воздействие часто было единственным способом действительно добиться подчинения. Я не говорю, что в этом есть что-то хорошее, я вообще очень критически смотрю на телесные наказания кого бы то ни было, просто констатирую факт. Таковы были средневековые реалии — муж нес за жену полную ответственность, ее внешний вид и поведение создавали ему репутацию, развестись с ней было невозможно, а козырь или рычаг воздействия на жену у него был только один — преимущество в физической силе. Все остальные способы приструнить супругу осуждались обществом, а рукоприкладство считалось нормой.

Роман о Фиалке, Бургундия, 1460-е

А когда оно не считалось нормой? Хозяева били слуг, родители — детей, мужья — жен. Сидит где-то в человеческой природе это «право сильного», подзуживающее палкой вколотить во всех, до кого можно дотянуться, «правильные» взгляды, ум-разум, науку и добродетельное поведение. И прежде чем безоговорочно осуждать средневековых людей, стоит положить руку на сердце и проверить чистоту собственных помыслов.

Конечно, были те, кто злоупотреблял, и побои превращались в истязания. Но это каралось, мужчин наказывали, женщинам даже давали право разъехаться с мужем-садистом. Разумеется, добиться справедливости было непросто, но бытовые преступления и сейчас большая проблема, и правоохранительные органы по-прежнему стараются в них не вмешиваться. В конечно счете, все всегда зависело от конкретных людей. В Средние века тоже были женщины, которые и сдачи могли дать.

Брак как сделка

Что бы там ни пропагандировала церковь и о чем бы ни мечтали молодые люди, тем не менее все равно в первую очередь брак оставался сделкой. В случае с королями и аристократией — политической, у финансовой верхушки — деловой, но у всех и всегда, от королей до крестьян — еще и имущественной.

Интересно, что в позднеантичный и раннесредневековый период в большинстве стран жених платил выкуп за невесту, а в развитое Средневековье уже невеста стала приносить мужу приданое. Основной причиной этого стала смена полигамии на моногамию. Когда можно брать себе много жен, их надо покупать, а когда только одну — уже невеста должна иметь приданое, чтобы найти себе мужа.

Ничего личного, чисто деловой подход, ведь содержать жену обязан был муж, поэтому в обществах с выкупом за невесту жениться могли в основном богатые люди, а многоженство способствовало тому, что достаточно много девушек все же оказывались замужем. При моногамии большинство женщин рисковали вообще не выйти замуж, если не смогут принести в семью хоть какие-то средства на свое содержание. Поэтому приданое превратилось в необходимость.

Конечно, это очень утрировано. Было немало переходных обществ и периодов, когда выкуп и приданое существовали одновременно и применялись в зависимости от ситуации. В некоторых культурах, например, отец давал приданое, а жених преподносил невесте свадебный дар. И то и другое было собственностью женщины на случай развода или вдовства.

Приданое

В Высокое и Позднее Средневековье самой распространенной практикой все же было приданое, передаваемое родственниками новобрачной ей и ее супругу после свадьбы. Хотя бывали и другие варианты — например, иногда оно передавалось только самой невесте.

А в случае, если в качестве приданого выступала земля, бывало и такое, что женщина по договору между семьями получала ее только после рождения сына. Или они с мужем получали ее после рождения сына. Или они вообще не получали, а земля доставалась их наследникам — был и такой вариант, чтобы лишить мужа какой-либо возможности распоряжаться имуществом, которое давали за женой, но ее саму и ее детей обезопасить от нищеты. Вообще не стоит забывать, что каждая невеста была чьей-то дочерью, сестрой, племянницей. Семья или опекун выдавали ее замуж и обеспечивали ей приданое вовсе не для того, чтобы безвозвратно отдать эти деньги в руки какому-то постороннему мужчине.

Роман о Фиалке, Бургундия, 1460-е

И дело было даже не только в родственных чувствах, а и в таких практических соображениях, что приданое — это средства на содержание женщины. Если она выходила замуж, приданое доставалось мужу, если становилась монахиней — монастырю. И если церкви можно было доверять, то потенциальному мужу семья девушки обычно верила с оговоркой. Мало ли, может, он все растратит, а потом их постаревшая родственница вернется и сядет им на шею, да еще и детей приведет. И придется взять, чтобы не позориться перед соседями.

Поэтому такой важный обычай, как заключение брачного контракта, был широко распространен среди всех слоев населения. Подобные контракты существовали и в римские времена, и в Раннее Средневековье, но долго были устными или базировались на древних местных обычаях. Только где-то с XI века составление брачного договора стало нормой и при заключении христианского брака.

Кстати, в таких контрактах могли прописываться не только имущественные отношения, но и обязательство хранить верность жене, и запрет бить ее, и обязанность выкупить попавшую в плен супругу, что тоже бывало очень актуально для некоторых приграничных земель, особенно тех, где попадание в плен продолжало благодаря остаткам варварского права считаться поводом для развода.

Петруччо Синьор Баптиста, медлить не могу я И каждый день со сватовством являться. Отец мой был известен вам, а я — Наследник всех родительских богатств И приумножил их — не промотал. Итак, коль я добьюсь согласья дочки, Приданое какое вы дадите? Баптиста По смерти — половину всех владений, А к свадьбе дам я двадцать тысяч крон. Петруччо А я намерен закрепить за ней, На случай, если бы вдовой осталась, Имения мои и все аренды. Напишем обязательства сейчас же, И пусть они послужат нам контрактом.

В случае смерти женщины приданое переходило по наследству к ее детям, а если она умирала бездетной или при расторжении брака, в большинстве случаев предполагалось, что приданое возвращается ее родителям. Разумеется, мужчинам это совсем не нравилось, и они часто искали способы обойти закон — заставляли жену продать полученное в качестве приданого имущество, потом вложить во что-то эти деньги, чтобы было трудно найти концы и доказать его реальную стоимость. Но почти все мужья рано или поздно становились отцами и, выдавая замуж уже собственных дочерей, искали способы не допустить подобного же жульничества от зятя. Поэтому с течением времени брачные договоры становились все сложнее, и уже к концу XIII века приданое старались давать в виде денег, чтобы избежать имущественных афер. А если семья все же выделяла дочери не наличность, а недвижимость, то она оформлялась как «земля, находящаяся в совместном владении в течение того времени, пока они будут оставаться мужем и женой».

Приданое жениха

Интересно, кстати, что и мужчины тоже нередко получали что-то вроде приданого. Когда женился глава семьи, тогда все было просто и понятно — все имущество принадлежало ему, он был полноправным хозяином в доме, и его жена получала положенные права, в том числе и на наследство. Но если женился сын или внук хозяина, молодой и зависящий от отца, родители невесты тоже начинали требовать гарантий, что их дочь получит достойное содержание, а в случае вдовства — какое-то наследство. В богатых семьях чаще всего так и было — это простолюдинам приходилось откладывать брак, пока жених не начинал зарабатывать достаточно, чтобы содержать семью, а богатые люди могли себе позволить женить сына, едва он достиг брачного возраста. В таких случаях ему тоже выделялось «приданое» — возможно, земли на таких же условиях, как и невесте, дом, какая-то доля в торговом деле и тому подобное. И оговаривалось, сколько его отец выплатит его жене в случае его смерти.

Муж уводит жену от галантерейной лавки, Факты и вещи мира, манускрипт 1480-х, Франция

Этот обычай сохранялся и в последующие столетия. Можно вспомнить, как у Шекспира в «Укрощении строптивой» Люченцио сватается к Бьянке, расписывает богатства отца, у которого он единственный сын, и отец девушки соглашается отдать ему ее в жены, но требует тех самых гарантий, потому что Люченцио сам не владелец этих богатств, а только наследник:

Баптиста Признаюсь, ваше предложенье лучше, И если бы отец ваш поручился, — Берите Бьянку. Если ж нет — простите! Умри вы до него — что с Бьянкой будет?

Женские завещания

Могли ли женщины оставлять завещания? Могли, хотя на этот счет было немало ограничений. Поскольку замужние женщины формально не могли владеть собственностью, они вроде бы не могли заключать контракты от своего имени и не могли ничего завещать. Но мнение юристов в этом вопросе расходилось с мнением церкви, которая настаивала, что несмотря на то, что в браке муж опекает и жену, и ее собственность, после смерти она может этой собственностью распоряжаться по своему желанию.