Екатерина Миргород – День банкира (страница 3)

К счастью для банка и к несчастью для себя, Марк относился к другому поколению – тот самый десятилетний водораздел отбросил его на сторону тех, кто помнил. Поэтому он согласовал кредит Энску без залога, чтобы не привлекать внимание к сомнительной ситуации, а потом вызвал к себе Валю.

– Вот тебе первое серьезное задание, – сказал он, вертя в руках цветную скрепку и не отрывая взгляда от полированной поверхности стола. Валя уже знала эту его манеру – он смотрел в глаза собеседнику, когда слушал, а разговаривать о важном предпочитал вот так, изучая структуру дерева, из которого изготовили крышку стола. – Нашим доблестным кураторам некогда заниматься рутинным мониторингом. Если бы они уделяли ему хотя бы треть того времени, что они уделяют личной жизни, у нас бы вообще не было просрочек. В общем, берешь материалы по всем клиентам Энска – и вперед, ищи все странное: резкий спад в деятельности – странно. Резкий рост – тоже странно. Крупные контрагенты – странно, особенно внезапно возникшие. Смотри, где еще они кредитуются, что дают в залог другим банкам, как объясняют убытки, ежели таковые имеются, как комментируют крупные прибыли и так далее. По каждому клиенту готовь короткую справку: динамика деятельности за последний год и все свои выводы по «странностям». Понятно?

– Д-да, – только и смогла произнести Валя.

Она не знала, к кому броситься за помощью, и потому ушла курить на лестницу. Не то чтобы она много курила – одна сигарета раз в неделю не считается. Но она где-то читала, что курение помогает снять стресс. А ей очень надо было с себя этот стресс снять. Она еще не знала, что многие рабочие проблемы благополучно решаются именно в курилке, поэтому не стоит подозревать ее в коварстве, лукавстве и тому подобных неблаговидных качествах, даже если она и пожаловалась первому попавшемуся собеседнику на свои трудности. Первым попавшимся оказался Ося.

– Надо же, не ожидал, что его так заденет мое несогласие с залогом, – произнес Ося задумчиво. – Я же не имел в виду, что все поголовно клиенты Энска плохие. Просто…

– Да, да, ты просто не хотел брать в залог жижу. Саша пожаловался. – Валя неумело затянулась и закашлялась так, что кто-то свесился с верхней площадки лестницы, дабы посмотреть, что происходит.

– Ну, теперь меня будет мучить совесть, – тяжело вздохнул Ося, глядя на Валю из-под невозможно длинных и пушистых своих ресниц.

– Она будет тебя мучить гораздо меньше, если ты мне поможешь, – буркнула Валя.

– Упаси боже, какой же из меня кредитный аналитик?! – в притворном ужасе воскликнул Ося. – Мы, специалисты по работе с залогом, даже вообразить себе не можем, насколько надо стать умнее и опытнее, чтобы заниматься вашей, высококвалифицированной, работой! Мы же вам только мешать умеем! Вы приходите к нам, предлагаете в залог жижу, ну или унитазы, или бревна, плывущие по реке… А, вот, вспомнил – хит сезона! – нефть в трубе! Вы нам все это предлагаете, а у вас же миллионные сделки!.. Да что там – миллиардные! А вредные залоги бац! – и не согласовывают бревна в трубе…

– У тебя сейчас интонация была, как у Задорнова, когда он про американцев рассказывает, – сказала Валя.

– А ты говоришь – помоги, – завершил свою мысль Ося уже обычным тоном и потушил сигарету. – Ладно, тащи к нам свои материалы. Будем смотреть.

И Валя в который раз возблагодарила судьбу за счастливое знакомство с Осей.

ГЛАВА 2

Вика Казанцева в который раз поехала не домой, на съемную квартиру в Медведково, а за МКАД. Расплатившись с таксистом и снова ругая себя за сентиментальность, она долго скользила в неудобных сапогах по обледенелому, открытому всем ветрам полю, чтобы в итоге оказаться перед громадой двадцатиэтажного здания, мрачно взиравшего на унылый зимний пейзаж темными провалами окон. Дом был достроен, но не заселен. Воровато оглядываясь по сторонам, Вика прошмыгнула мимо поста охраны и через несколько метров нырнула в дырку, зиявшую в проволочном заборе, мысленно ругая себя за выбор неподходящей одежды и обуви. Дальше оставалось только пешком подняться на пятнадцатый этаж – плевое дело! – и пилкой для ногтей сковырнуть простенький замок на картонной двери, ведущей в квартиру номер пятьдесят восемь.

Трюку с пилкой для ногтей Вику обучил Игорь, будущий сосед. Они познакомились два месяца тому назад, когда Вика бродила вокруг новостройки, пытаясь попасть внутрь, чтобы хоть краешком глаза увидеть квартиру, которую планировала приобрести. Охранник сначала поднял ее на смех, а потом как будто даже разозлился – мол, вот у людей денег куры не клюют – покупают квартиры, в прямом смысле не глядя! Выскажи он эти мысли вслух, Вика, наверное, доступным языком объяснила бы ему, сколько у нее денег и почему при всем своем неописуемом богатстве она вынуждена покупать однокомнатную квартиру за МКАД, в доме, построенном без разрешительной документации, да еще и воспользовавшись ипотечным кредитом на пятнадцать лет. Вообще-то, у Вики было даже два кредита. Первый, в треть стоимости подмосковной «однушки», ей дал один сибирский банк под залог ее двухкомнатной квартиры в Энске. Продавать ту квартиру Вика не хотела – кто мог гарантировать, что в Москве ей удастся продержаться хотя бы год?.. Поэтому она ее сдавала, а вырученные деньги отдавала сибирскому банку. А из зарплаты она гасила ипотеку, прекрасно понимая, что банк в основном требует с нее проценты, а сам кредит уменьшается истинно черепашьими темпами, и платила за съемное жилье в Медведково. Но игра стоила свеч: Вика чувствовала, что Энска ей мало, что только в Москве она сможет по-настоящему почувствовать жизнь, доказать кое-кому кое-что…

В общем, она вполне созрела не только для покупки собственной квартиры, но и для того, чтобы дать достойный отпор вредному охраннику, бубнившему себе под нос что-то про технику безопасности и квартиры в соседнем корпусе, открытые для просмотра с десяти до двенадцати каждый день. Сжав кулаки, она уже открыла рот, чтобы излить на стража порядка ядовитый поток своих наполненных сарказмом мыслей, когда кто-то гигантский осторожно взял ее за локоть. Высоченный мужчина в дутой куртке угрожающе черного цвета и грязных до невозможности ботиках приблизительно пятидесятого размера отвел ее в сторону и шепотом произнес:

– Там в заборе дырка. Пойдем, покажу квартиру.

Почему-то Вику не смутило ни обращение на «ты», ни жутковатый облик незнакомца – помимо куртки и ботинок, на нем была круглая черная шапка, низко надвинутая на глаза, а щеки и подбородок наглухо заросли темной щетиной. Но сами глаза сверкали так задорно, что Вика, недолго думая, отправилась вслед за мужчиной вдоль забора. Сразу стало понятно, почему у него настолько грязная обувь: единственным оазисом цивилизации на территории стройки была асфальтовая площадка перед будкой охраны, а все остальное пространство состояло из глинистой земли, безнадежно расползшейся под дождями и мокрым снегом. Не иначе как чудом удалось нашим героям не увязнуть в жиже, смачно чавкающей у них под ногами, а потом еще и отыскать пресловутую дырку, прямо перед которой кто-то умудрился свалить в кучу много железной арматуры. Вика готова была уже отказаться от шальной затеи, поскольку перелезание на каблуках через гору железных прутьев представлялось ей более чем сомнительным занятием, но тут Игорь, даже не спросив ее разрешения, подхватил ее на руки и просто перешагнул через препятствие. Конечно, с двухметровыми-то ногами!..

И когда они, наконец, поднялись по темной лестнице на пятнадцатый этаж и той самой пилкой для ногтей вскрыли замок на двери Викиной квартиры, наступило счастье. Полное, безоговорочное, искрящееся подобно шампанскому счастье. Вика стояла посреди огромной прихожей, смотрела на серые бетонные стены и плакала от радости. Игорь тактично удалился на будущую кухню и что-то там рассматривал, насвистывая приятную мелодию. Когда Вика перестала всхлипывать, они долго стояли перед окном в гостиной – там было не просто окно, а эркер! – и смотрели на ночной пейзаж «замкадья». Пейзаж был, честно говоря, так себе: вдалеке сверкало огнями шоссе, справа светились фонари возле большого торгового центра, а слева… Не было ничего. Только глина, грязь, ухабы огромного поля и где-то очень вдалеке начинался лес. Но это не имело абсолютно никакого значения. В мечтах Вика уже сделала ремонт и въехала в свою замечательно-новую, восхитительно-собственную квартиру.

На самом деле квартира до сих пор не была восхитительной собственностью Вики. За все свои кредиты она приобрела у застройщика – Управления Панельного Строительства – всего лишь вексель, фактически просто ссудив этому УПСу деньги в размере стоимости квартиры. К дорогостоящему векселю прилагалось несколько запутанных договоров, суть которых сводилась к одному: когда дом достроят, вексель будет обменян на квартиру. Естественно, даже не будучи юристом, можно было легко догадаться, что никаких обязательств по продаже квартиры вся эта кипа бумаг на УПСа не накладывала. Знаменитый закон о долевом строительстве в его современной редакции на тот момент еще не был принят, и застройщики сочиняли самые невозможные схемы продажи квартир, позволявшие им сыграть в Колобка – я, мол, и от налоговой инспекции ушел, я и от тебя, покупатель ты мой доверчивый, при желании уйду.