Екатерина Миргород – День банкира (страница 5)

– Я знаю, я же играю в футбол, – с трудом ответил Алекс. – Мы с Марком тоже холим в клуб… два раза в неделю…

Стоп, стоп! Не надо нам этих примитивно-сексуальных описаний животной реакции мужчины на женщину, скажете вы. Разве поведение продвинутых в интеллектуальном плане приматов мужского полу бывает столь откровенно простецким, стоит симпатичной даме всего лишь продемонстрировать им кружевную полоску чулок?..

Спустя пятнадцать лет, возлежа на плюшевом диване в гостиной собственного загородного дома (вы же не сомневались, что со временем у Алекса обязательно появится собственный загородный дом?) и потягивая многолетний виски, сам Алекс будет вспоминать то происшествие в кабинете у Вики и посмеиваться:

– Зеленый был, неопытный. А она меня!.. Как щенка, честное слово!

Но в тот день «зеленый и неопытный» испытывал при мысли о свидании с Леночкой полное смятение чувств. Пожалуй, больше всего он хотел бы променять вечер в клубе ночном на тренировку в клубе спортивном: ведь Вика сказала, что тренируется, так что именно тем вечером могла бы увидеть его не заикающимся от волнения и внезапно накатившей страсти, а ловким, сильным, мускулистым, в меру потным и источающим тот неповторимый, истинно мужской аромат, который состоит из…

Когда Алекс источал неповторимый мужской аромат дома, мама обычно отправляла его в душ. Но то ж мама! А это… Вика!!

На лестнице Алекс столкнулся с Валей. Он был настолько погружен в собственные запутанные размышления, что искренне не услышал, когда она его окликнула:

– Саш!.. А что, сегодня день банкира?

Несколько минут назад мимо нее по лестнице пролетела субтильная брюнетка в кашемировом пальто и на невозможно высоких каблуках. Звонко цокая сапожками по ступенькам, она разговаривала по расцвеченному стразами ярко-розовому мобильному телефону. Неизвестно, что больше поразило Валю – идеальная ли укладка блестящих коротко остриженных волос цвета летней ночи, пальто ли ценой под сто тысяч рублей или невиданный мобильный телефон – со стразами! Когда не у всех есть хоть какой-нибудь мобильный телефон, хоть самый простенький! Но что-то явно привлекло внимание несчастной стажерки, потому что она с повышенным интересом прислушалась к брюнеткиной речи.

– А как же! – вздернув изогнутые бровки, воскликнула брюнетка. – Сегодня же день банкира! Это надо отметить!

Решив про себя, что надо обязательно поздравить с днем банкира Марка, Валя проводила взглядом спину Алекса, потушила сигарету и отправилась в свой кабинет.

Марк наводил чистоту на своем рабочем месте. Раз в неделю, по пятницам, он обязательно разбирал все бумаги, проверял содержимое ящиков и стирал ненужные сообщения в почте. Не доверяя уборщицам, он лично протирал стол влажными салфетками, потому манжеты на его белых рубашках всегда оставались белыми, чего нельзя было сказать о манжетах рубашек Алекса, например. Когда Валя вошла в кабинет, Марк стирал пыль со стеклянной статуэтки, подарка в честь пятилетия его работы в ОКБ. Статуэтка своей формой больше всего напоминала надгробный памятник.

– Поздравляю с профессиональным праздником, – сказала Валя, глядя на памятник.

– С каким? – удивился Марк.

– Так… с днем банкира, – смущенно ответила Валя.

– Надо же – задумчиво проговорил Марк, – оказывается, новые сотрудники куда лучше осведомлены о профессиональных праздниках, чем ископаемые мамонты вроде меня.

– Мамонты?.. – растерянно пробормотала Валя.

– Я просто не знал, что сегодня народ отмечает наш день.

– Я… Ну, я тоже не знала… – Валя почувствовала себя настолько глупо, что еще чуть-чуть – и земля разверзлась бы под ее ногами исключительно от веса неловкости, всеми своими складками навалившейся на плечи стажерки. – Услышала случайно…

– Когда услышала-то? – откашлявшись для приличия, спросил Алекс, которому показалось, что на его месте истинно благородный джентльмен бросился бы спасать подругу, попавшую в неудобное положение.

– Да вот… только что, – мучительно краснея, сказала Валя.

– Понятно, – снисходительно улыбнулся Алекс. – Это просто выражение такое: как пятница – так день банкира. Потому что в пятницу вечером можно забыть про банк и по-настоящему расслабиться.

– Расслабиться?.. – Валя практически провалилась в пропасть, образовавшуюся в земле под весом Неловкости, но именно в этот момент дверь их кабинета распахнулась и комната мгновенно наполнилась ароматом дорогих духов. Валя готова была откусить свой нос: духами пахло именно от той брюнетки в кашемировом пальто, что встретилась ей на лестнице.

– Мила. Привет. – Марк привстал со своего места, отдавая дань красоте и изяществу ворвавшейся в их уютный мирок девушки.

– Здравствуй, Марк! Привет, Алекс! – Мила впорхнула в кабинет и элегантно примостилась на краешке «гостевого» кресла перед столом Марка. – Душа моя, я хотела тебя спросить по поводу лошадок!.. Как ты считаешь, двести – не многовато для меня?!

Валя вдруг осознала, что привстала в кресле и застыла в позе оловянного солдатика, боясь шелохнуться, и даже почти не дышит, пытаясь уследить за молниеносно-сногшибательными движениями брюнетки. Встряхнувшись и мысленно обругав себя за сходство с мокрой собакой, которая бесконечно пытается избавиться от въевшейся в шкуру уличной грязи, Валя снова погрузилась в кресло и в свой компьютер. На экране плыли строчки очередного регламента, а в ушах звенели слова Милы:

– … потому что мне потом по Дмитровке ехать в Волен, а в субботу сам знаешь, какие пробки! Я же в аэропорт никак не успеваю!

– А ты с каких пор на лыжи встала? – тоном ленивой, довольной жизнью кошки спросил Марк.

– Ну как же! – возмутилась Мила. – Я же с Максом в прошлые выходные каталась… Ой, жарко у вас тут! – С этими словами она скинула с плеч то самое кашемировое пальто и пристроила его на спинке кресла, в котором сидел Марк. Это простое действие потребовало от нее недюжинных гимнастических умений, ибо ей пришлось перегнуться через стол Марка, а также через самого Марка, чтобы в итоге дотянуться до спинки его кресла. В процессе вешания пальто, таким образом, практически на грудь Марка была уложена грудь самой Милы.

Валя никогда не видела краснеющего от смущения мужчину. Ее отец как-то не краснел при дочери – видимо, не было повода. Влад Козельских, первый и единственный молодой человек Вали, тоже не краснел, даже при виде кружевного бюстгальтера, приобретенного Валей на Выхинском рынке за сто пятьдесят рублей (польский, девушка! Мужчинам нравится такая форма!). И вот теперь «мамонт» Марк откровенно побагровел при виде полуобнаженного бюста Милы, уткнувшегося ему – Марку – прямо в подбородок. Сама Мила то ли не заметила произведенного беспорядка в мыслях всех присутствующих мужчин (Алекс, кажется, тоже слегка порозовел!), то ли это было сделано настолько… Валя даже потерялась в поисках нужного слова… банальное «нарочно» не подходило Миле. В общем, брюнетка была довольна достигнутым эффектом.

– Ладно, душа моя, я пойду! – воскликнула она, грациозно покидая гостевое кресло. – Я пока тут оставлю вещи, ладно? Мне еще надо в залоги забежать.

– А что тебе нужно в залогах? – слегка скрипучим голосом осведомился Марк. – Может, Валя заберет пока твои документы?

– Валя?.. – Тут брюнетка скользнула по стажерке таким взглядом, что та съежилась в комок и возжелала скорейшей собственной смерти, лишь бы не подвергаться подобному унижению еще раз. – Ну… Пусть заберет, конечно. Только я все равно еще отлучусь, мне к юристам надо. Чао-чао!

Мила покинула кабинет, и в нем сразу стало как-то свободнее. Алекс уподобился героям «Тройки…» Стругацких, потому что несколько раз произнес что-то в духе «Гррм!..» – по крайней мере, настолько же невнятное и настолько же малоосмысленное. Марк сначала углубился в свой монитор, но потом вспомнил про залоги и, соответственно, про Валю.

– Знаешь… – начал он философски, – ты… сходи-ка…

– В залоги, – подсказала Валя, привстав в кресле.

– Да, в залоги… За штопором, – неожиданно договорил Марк.

– Прости?.. – Валя плюхнулась обратно в кресло.

– За штопором. У них точно есть. А мы должны отметить день банкира. Да, Саш?

Алекс сначала поперхнулся, потом чихнул, и только после этого высказался в том ключе, что день банкира – это святое.

– Спроси Женю, – сказал Марк, вылезая из-за стола. – Он даст штопор.

На пути «в залоги» Валя преодолела несколько заковыристых коридоров, сплошь состоящих из серых стен и синего ковролина, и, наконец, вырулила к очередному безбрежному кабинету без окон. Она уже успела понять, что наличие окна в непосредственной близости к рабочему месту считалось истинной роскошью и свидетельствовало либо о высокой должности у-окна-сидящего, либо о высокой степени его, сидящего, блата.

«В залогах» окон не было вообще. То есть они светились где-то вдалеке, но самая активная деятельность разворачивалась в максимальном удалении от источника тусклого сентябрьского солнца.

– Мне бы Женю найти… – робко пробормотала Валя, столкнувшись нос к носу с высоким и крайне презентабельным мужчиной. Она вдруг почувствовала, что на нее направлен внимательный, изучающий и очень мужской взгляд. Презентабельный неторопливо извлек изо рта незажженную сигарету.

– Женя пошел пописать, – спокойно сообщил он. – Меня зовут Ермолай. Тебе по какому вопросу? Может, помогу?