Екатерина Миргород – День банкира (страница 2)

– Сашечка, ну что ты. Стажером – это ведь за бесплатно.

– Ну вот Валька к нам пришла…

– Анютина?! – В Леночкиных глазах полыхнули молнии.

– А что?.. – растерялся Алекс. Но Леночка уже взяла себя в руки.

– Да все нормально, я просто удивилась. Не многовато ли бывших одноклассников в одном офисе?

– Да уж, – помрачнел Алекс. Сама того не зная, Леночка наступила на его воспаленную, кровоточащую мозоль.

Боря Игнатьев. Директор дирекции по кредитованию корпоративных клиентов. Директор дирекции!.. Это ж надо выдумать?!

Боря был старше Алекса на четыре года. Очкарик Саша Барс прозябал в шестом классе, когда красавец-блондин Борис Игнатьев уже учился в десятом. Он играл на гитаре – весьма посредственно, с точки зрения Алекса, но поистине божественно с точки зрения половины девочек в школе. Шел на золотую медаль (не дошел). Поступил в самый престижный экономический вуз, хотя и на платное отделение. А потом удачно женился.

Поначалу, услышав, что новым директором будет Борис Игнатьев, Алекс решил, что это какой-то однофамилец. Потом в электронном справочнике разместили его фотографию. Это был тот самый Игнатьев: надменный взгляд синих глаз, золотистые кудри, римский профиль… Пока Алекс безмолвно заглатывал воздух, аки рыба на песке, Ося негромко пояснил Марку:

– Женился на Алине.

Алиной звали дочь владельца банка. Алекс никогда ее не видел, зато он видел самого владельца. Этого было достаточно, чтобы буйное юношеское воображение дорисовало все остальное.

– Она же страшная, – констатировал он.

Марк и Ося слегка приподняли брови, как бы удивляясь, что кто-то влез в их приватный разговор, а потом снова «самоуглубились». Алекс самооскорбился и ушел курить.

– Я скажу Боре, что ты работаешь в кредитном, – вдруг обрадовалась Леночка. – Он и не знает, наверное!

«Боре»?!

– Так ты у… Бори секретарствуешь? – догадался, наконец, Алекс.

– Конечно! Он меня сюда и устроил.

– Конечно, – согласился Алекс. Он начал было кое о чем догадываться, но догадка требовала проверки, и в качестве первого теста он предложил Леночке «прошвырнуться» вечерком. Леночка на «прошвырнуться» пожала плечами: почему бы и нет? У нее в шкафу давно висит пиджак из потертой замши брусничного цвета. Пора бы обновить.

Следующие полдня Алекс провел попеременно в буфете и в курилке. В душе его царило смятение. Хорошо, он больше не носит глупые очки в противной девчачьей оправе фиолетового цвета. Он упорно занимался баскетболом и футболом, окреп и возмужал. Марк научил его выбирать костюмы и галстуки, а заодно водить девушек в джаз-клубы и угощать мохито. Однако по сравнению с блестящей карьерой Бори Игнатьева все это как-то меркло. В двадцать шесть лет быть директором дирекции! Да еще в ОКБ!..

В какой-то момент, раз уж Алекса не было на рабочем месте, его телефон автоматически переключился на номер Марка, который имел обыкновение на рабочем месте присутствовать. То, что ему сказали по телефону, Марка совершенно не вдохновило. Глаза его сузились, цвет их из дымчато-серого стал обжигающе-стальным, пальцы забарабанили по столу.

– Я разберусь, – коротко произнес он и повесил трубку. Алекса угораздило появиться на пороге кабинета именно в эту секунду.

– Ты не поверишь! – весело воскликнул он, выдыхая сигаретные пары. – Ну и мороз вдруг ударил! А я, прикинь, до сих пор не переобулся. Придется завтра на метро ехать!

– Если бы ты еще завтра застрял в пробке, я бы тебе вообще шею свернул, – холодно ответил Марк. Алекс моментально придал своему лицу озабоченно-ответственное выражение.

– Что не так?

– В Энске сегодня будет просрочка, если мы им не согласуем очередной кредит, вот что не так, – сообщил Марк.

– Ну так мы согласуем, и никакой просрочки не будет, – пожал плечами Алекс.

– Да что ты говоришь? А кто отправил залоговое заключение на согласование Жене и его ребятам?

– Это тот самый кредит, что ли? – поморщился Алекс.

– Тот самый. И Женя почему-то залоговое заключение не подписывает. Ты не хочешь разобраться, почему?

– Ну… Я уже разбираюсь, чего ты нервничаешь?

– Я нервничаю?.. – Марк так произнес это слово, что Алекс сразу понял: перестарался.

– Марк. Я уже иду, – примирительно сказал он и действительно встал из-за стола, даже не включив компьютер.

– А ты не хочешь сначала почту проверить? – еще более ледяным голосом осведомился Марк.

– Да что ж такое-то, – пробормотал Алекс, снова усаживаясь в кресло. Когда он, наконец, ввел пароль от почтового ящика, то сразу понял, почему Марк злится: выходило, что Энск несколько часов пытался достучаться до своего куратора, а куратор мужественно их попытки игнорировал. У него были дела поважнее: обдумать неожиданное возникновение в его жизни Леночки Донниковой.

– У тебя полчаса, чтобы решить вопрос, – бесстрастно сообщил Марк. – Надеюсь, ты помнишь, что в Энске уже пять вечера. Если до половины шестого по местному времени они не получат наше согласование, то их казначейство не успеет отправить деньги клиенту, а клиент не успеет погасить предыдущий кредит.

– Все, все, бегу в залоги… – Алекс проворно выскочил из кабинета.

День решительно не задался. Когда Алекс все же добрался до залогов, его беседа с Осей лишь продолжила череду неудачных диалогов того утра.

– Я послал Энск, – констатировал Ося.

– Понимаешь, ты можешь их послать, конечно, но, так сказать, только на уровне согласования залога. А отказывать в сделке приходится нам, – сказал Алекс. В его животе зародилось нехорошее предчувствие.

– Вот, так сказать, на уровне согласования залога я их и послал, – подтвердил Ося.

– Но им больше нечего нам предложить, кроме удобрений, – вздохнул Алекс.

– А в чем проблема? Кредитуйте их вообще без залога.

– Нет, для этого у них слишком слабое финансовое состояние…

– Значит, весь риск должен взять на себя залоговик, что ли? Интересно рассуждаете, ребята. А знаете, какая самая большая опасность в том, чтобы что-то брать в залог? Так вот: самая большая опасность – что этот залог в итоге у вас и останется. И тогда вам придется его продавать. Сегодня я еще отказал клиенту, который предлагал в залог унитазы.

Алекс хихикнул. Ося смерил его тяжелым взглядом.

– Не смешно, молодой человек. Мне предлагали унитазов на десять миллионов долларов. Отечественного производства. С названиями вроде «Малютка», «Снегурочка» и «Снежинка». И каждого наименования было по три-четыре штуки. То есть я бы остался с тремя «Малютками», пятью «Малышами-крепышами», двумя «Чебурашками» и не знаю, чем там еще. И пошел бы, очевидно, на рынок ими торговать. Объясняю филиалу: дайте мне хотя бы оптовую партию этих «Малюток» – и я вам все согласую. Оптовую партию потом можно продать какому-нибудь магазину. А по три штуки – только на рынок. Или всем сотрудникам банка полгода выдавать зарплату унитазами. Ну или переоснастить все туалеты в центральном офисе. Причем каждая кабинка будет иметь сугубо индивидуальный характер.

Алекс не выдержал и расхохотался. Ося только вздохнул.

– Ладно, не обижайся, коллега, но я пас. Курить пойдешь?

Алекс, конечно, пошел курить, а потом пошел пить кофе в буфет, надеясь уломать Осю и избавиться от проблемы под названием «потенциальная просрочка». Он как-то не задумывался над тем, что нормальный клиент, по идее, не должен ждать, пока ему выдадут новый кредит, чтобы погасить предыдущий. Нормальный клиент должен кредит взять, использовать, получить прибыль и кредит вернуть. Ну, так задумывалось изначально. Это логично, в конце концов. Но в реальности – Марк любил слово «реальность», ему все казалось, что его подчиненные витают в облаках и отрываются от этой самой «реальности», – так вот, в реальности клиенты брали деньги, а возвращать не собирались, зная, что всегда смогут перекредитоваться. Не в этом банке, так в другом. Фактически деньги уходили в оборот и навсегда там зависали. Президент России обещал двукратный рост ВВП, цены на нефть взмывали все выше, народ привык к позитиву и никто даже не вспоминал времена дефолта или, упаси боже, начала девяностых. На красивых графиках, которые рисовались в кредитных меморандумах, выручка клиентов всегда росла – быстрее ли, медленнее, но – росла! Конечно, надо было давать им все больше денег – во-первых, растут же! А во-вторых, есть план по увеличению кредитного портфеля банка в целом, и если план не выполнить, то тебя лишат бонусов, а без бонусов, как известно, работать в банке бессмысленно.

Как же далеки были эти люди от реалий истинной российской экономики – той, что не касается нефти и налоги платит не в Москве, а в каком-нибудь Энске. Те, кто еще помнил, каково это – периодически возить с собой пистолет, когда едешь на «деловые переговоры», относились уже к другому поколению. И ведь прошло-то всего десять лет! А как изменилось мировоззрение, насколько толстая пелена романтического флера покрыла бизнес-реалии девяностых, что даже скептически настроенные зрители не узрели ничего криминального в действиях героев «Бригады»! Нет, криминальное-то там было, но с точки зрения ровесников Алекса, Саша Белый – герой. И все тут!

Поэтому Леночка Донникова с полной самоотдачей заботилась о красоте своих локонов и о том, правильно ли она подобрала тон лака для ногтей, чтобы он соответствовал тону ее шелковой блузки, купленной по случаю на распродаже в ЦУМе. Внимательно изучить документы, приходящие на подпись ее шефу, ей и в голову не приходило. Поэтому Алекс гораздо больше волновался из-за предстоящего свидания с Леночкой, чем из-за возможной просрочки в Энске. Задуматься о том, насколько криво устроен бизнес, если судьба целого предприятия зависла в руках у Оси, ему и в голову не приходило.