Екатерина Михайлова – Правосудие в современной России. Том 2 (страница 90)
Так, ввиду истечения годичного срока отклонено кассационное представление заместителя Генерального прокурора РФ, принесенное с целью отмены оправдательного приговора, вступившего в законную силу 11.07.2023, в отношении Ф., обвиняемой в халатности при организации дорожных работ, следствием которой стало опрокидывание в реку автомобиля, что повлекло гибель двух лиц. Представление, принесенное 03.04.2024, передано для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ 21.05.2024. Ввиду неявки Ф., представившей справки о нетрудоспособности из медучреждения, судебные разбирательства по ходатайствам стороны защиты трижды откладывались. Дело рассмотрено уже после истечения годичного срока — 24.07.2024. В результате — представление отклонено без оценки его доводов по существу[601].
В другом случае со ссылкой на ст. 401.6 УПК РФ 26.06.2024 отклонено кассационное представление заместителя Генерального прокурора РФ по делу в отношении пяти лиц, осужденных за дачу взяток руководству ФКУ Упрдор «Южный Урал» за сокрытие сведений о нарушениях, допущенных при ремонте дорог в Челябинской области, и превышении полномочий, повлекшем причинение ущерба федеральному бюджету свыше 59 млн руб. Кассационное представление, принесенное 20.03.2024, передано для рассмотрения в судебном заседании 26.04.2024, судебное заседание назначено только 05.06.2024, а затем неоднократно откладывалось вследствие неявки осужденных. При этом, несмотря на то, что годичный срок истекал 19.06.2024, суд отложил судебное разбирательство с 13.06.2024 на 26.06.2024, когда рассмотрение представления по существу уже являлось невозможным[602].
Не исключены случаи, когда отложение разбирательств, повлекшее истечение годичного срока, обусловлено нарушением судом процедуры судопроизводства, в частности невыполнением требований ч. 2 ст. 401.12 УПК РФ об извещении лиц, участвующих в деле, о дате и времени кассационного разбирательства не позднее 14 дней до дня судебного заседания.
Так, Судебной коллегией по уголовным делам Верховного Суда РФ не рассмотрено по существу кассационное представление по делу сотрудников ГИБДД, осужденных Орехово-Зуевским городским судом Московской области за взяточничество к чрезмерно мягкому наказанию в виде штрафа и без конфискации имущества (эквивалента взяток). Решение о передаче представления, принесенного 07.04.2025, судьей Верховного Суда РФ принято 20.05.2025. Судебное заседание назначено на 26.06.2025, а затем отложено на 03.07.2025 ввиду ненадлежащего извещения одного из осужденных о дате и времени кассационного разбирательства, а в дальнейшем — на 08.07.2025 для предоставления осужденному времени для подготовки к заседанию. Учитывая истечение 04.07.2025 годичного срока для поворота к худшему, отложение разбирательства дела носило исключительно формальный характер[603].
Представляется, что положения, содержащиеся в ч. 4 ст. 401.10 и ч. 1 ст. 401.13 УПК РФ, не являются автономными и должны толковаться во взаимосвязи с принципом разумного срока уголовного судопроизводства (ст. 6.1 УПК РФ), а также с учетом установленного ст. 401.6 УПК РФ срока для поворота к худшему. Складывающаяся на сегодняшний день практика ставит под сомнение саму цель осуществления правосудия, поскольку суды в приведенных выше примерах фактически устранились от рассмотрения доводов представлений по существу.
Ограниченность кассационного пересмотра на современном этапе в свете правовой позиции Конституционного Суда РФ[604]
Приведенные выше примеры наглядно иллюстрируют нарушение права участников процесса со стороны обвинения, включая потерпевших, на доступ к правосудию, поскольку истечение годичного срока было связано с обстоятельствами, не зависящими от их действий.
Сложившуюся ситуацию нельзя признать справедливой. Хотя формально законодательный запрет на пересмотр оправдательных приговоров и иных судебных актов по ухудшающим основаниям в законе не установлен, существующая процедура кассационного пересмотра не гарантирует потерпевшему и прокурору, что их право и полномочие по обжалованию судебного акта по ухудшающим для осужденного или оправданного основаниям будут реализованы вплоть до заместителя Председателя или Президиума Верховного Суда РФ даже в случае принятия указанными участниками процесса со стороны обвинения всех необходимых мер для этого.
В этой связи не теряет актуальности правовая позиция Конституционного Суда РФ, изложенная в постановлении от 11.05.2005 № 5-П, которым признана не соответствующей Конституции РФ ст. 405 УПК РФ, существовавшая на момент его принятия в 2001 г.
Ранее ст. 405 УПК РФ устанавливала абсолютный запрет на пересмотр в порядке надзора судебных актов по основаниям, влекущим ухудшение положения осужденного, оправданного или лица, уголовное дело в отношении которого прекращено судом.
Поводом к рассмотрению дела Конституционным Судом РФ явились запрос Курганского областного суда, жалобы Уполномоченного по правам человека в РФ, а также 37 граждан и двух организаций, признанных потерпевшими от преступлений, которым со ссылкой на ст. 405 УПК РФ отказано в удовлетворении надзорных жалоб, поданных с целью пересмотра оправдательных приговоров, постановлений судов о прекращении уголовных дел по различным основаниям, приговоров, которыми осужденные освобождены от наказания либо назначено чрезмерно мягкое наказание, а также судебных решений о необоснованной переквалификации содеянного на менее тяжкие составы преступлений.
Конституционный Суд РФ признал ст. 405 УПК РФ не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой она в системе действующего уголовно-процессуального регулирования пересмотра вступивших в законную силу судебных актов, не допуская поворот к худшему, не позволяет устранить допущенные в предшествующем разбирательстве фундаментальные нарушения, повлиявшие на исход дела. Впредь до внесения соответствующих изменений предусмотрел возможность их пересмотра по ухудшающим основаниям в течение года после вступления в законную силу.
Принимая указанное решение, Конституционный Суд РФ исходил из необходимости соблюдения прав участников процесса на обеспечение доступа к правосудию и судебную защиту. В постановлении отмечено, что необходимой гарантией судебной защиты и справедливого разбирательства дела является равно предоставляемая сторонам реальная возможность довести до сведения суда свою позицию относительно всех аспектов дела, поскольку только при этом условии в судебном заседании реализуется право на судебную защиту, которая должна быть справедливой, полной и эффективной. Это в полной мере относится к обеспечению права на судебную защиту потерпевшим от преступлений, права которых, согласно Конституции РФ, охраняются законом и которым государство обеспечивает доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба.
Как подчеркнул Конституционный Суд РФ, «интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве в значительной степени связаны с разрешением вопросов, которые ставит перед судом прокурор, поддерживающий от имени государства обвинение, — о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания». Обеспечивая потерпевшему возможность отстаивать свои права, а прокурору — реализовывать предоставленные ему полномочия, законодатель наделил их правом наравне со стороной защиты оспаривать вступившие в законную силу судебные акты, инициируя тем самым их пересмотр на основе состязательности и равноправия сторон. Существовавший же механизм сводил право стороны обвинения «лишь к формальной возможности обратиться в суд надзорной инстанции с соответствующим ходатайством и заведомо не предполагал его удовлетворения … даже в тех случаях, когда в судебном разбирательстве допущено существенное нарушение, ведущее к неправильному разрешению дела». Напротив, ходатайство осужденного (оправданного), не ограниченного в возможности обжаловать судебное решение по улучшающим его положение основаниям, является обязательным для рассмотрения и разрешения судом надзорной инстанции. Тем самым высшим судебным органом конституционного контроля сделан вывод о том, что «сторона защиты ставится в преимущественное положение по отношению к стороне обвинения …, что не согласуется с конституционными предписаниями об осуществлении правосудия на основе состязательности и равноправия сторон»[605].
Кроме того, Конституционный Суд РФ в данном постановлении констатировал, что абсолютный запрет на пересмотр по ухудшающим основаниям ограничивает и полномочия вышестоящих судов. Так, «Конституция РФ, закрепляя право на судебную защиту, не исключает, а, напротив, предполагает возможность исправления судебных ошибок и после рассмотрения дела в той судебной инстанции, решение которой отраслевым законодательством признается окончательным». В силу запрета на пересмотр судебного решения по основаниям, ухудшающим положение осужденного (оправданного), суд надзорной инстанции лишен возможности рассмотреть жалобу потерпевшего и представление прокурора по существу. В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 13.06.1996 № 14-П, «формальное наделение суда полномочием на рассмотрение дела без права разрешения вопроса искажает суть правосудия и не согласуется с принципами самостоятельности и независимости суда».