Екатерина Михайлова – Письмо психологу. Способы понять себя (страница 5)
Credo quia absurdum[5]
Я по образованию медик, уже давно на пенсии, последние годы работала в поликлинике, а до этого несколько лет в абортарии. Я скрывала это от дочери, и совсем недавно дочь взяла мою трудовую книжку и увидела мое место работы. С тех пор она со мной не разговаривает. Мы живем вместе, я чувствую себя виноватой и жалкой, она отдаляется, как я совсем скоро потеряю ее любовь и привязанность ко мне, как уже потеряла уважение… Помогите, я в отчаянии.
Римма, 58 лет
Как выбираются письма для ответа? Разные темы и разный возраст авторов – забота редакции. Сам отбор сначала двадцатки, а потом уже рабочей четверки писем в разные годы происходил по-разному. Часто мне помогали справиться с горой писем, иногда нет[6]. При прочих равных условиях важно разнообразие интонаций, поскольку работать придется на уровне этих невнятных вибраций. Отзвуки, вариации на тему, эхо, попытка вычитать ненаписанное – вот на что придется опираться. Это и улавливание, и усиление, и достраивание контекста. Но не авторская колонка как повод высказаться: ведь если сказанное совсем не имеет отношения к миру пишущего, ты перестаешь быть «связным».
Письмо же порой очень условно и напоминает то ли лубок, то ли плакат, притворяется простеньким, оперирует штампами. Наш анализ должен этот лубок деконструировать. Как бы ему не поверить или поверить не совсем. И вытащить оттуда что-то живое, интересное и совсем не плакатно-лубочное. Прежде чем заниматься ответом, приходится перевести вопрос, притом на несколько языков сразу.
Миф тяготеет к тому, чтобы выделять простые причины, которые объясняли бы сложные вещи. Моя работа – делать прямо противоположное.
Уважаемая психолог! Что мне делать, если ненасытен в сексе? Может быть, правда обливать ее и себя холодной водой? Может, не захочу ее хотя бы мокрую?
Никита, 27 лет
Скажите, может ли в стихах отразиться потенциальная личная жизнь моего потенциального возлюбленного?
Лана, 22 года
Моя жизнь пуста и одинока, хотя есть семья, работа, круг общения. Какие ошибки повели к тому, что на шестом десятке я не нахожу вокруг ничего, что стоило бы любить?
Надежда, 51 год
Почему они пишут так? Думаю, часто авторами движет необходимость облечь нечто в устойчивую и понятную форму, выбрать жанр. На консультации им поможет этого
Помогите, я не знаю, еще куда обратиться мне, читаю журнал, вы говорите вроде понятные и правильные вещи, но вот скажите – как мне теперь жить?.. Мы прожили с мужем 4 года в любви и согласии, а потом ниоткуда явилась его первая любовь, и его ветром сдуло… Что это было, скажите? А как же любовь? А как же я без него, я же без него ходить не умею, дышать не хочу, думать ни о чем другом не могу – что я сделала не так, что он ушел по первому зову какой-то телки…
Евгения, 37 лет
Можно, конечно, просто внедрить другой миф: вам, женщина, плохо не потому, что ушел муж, а потому что вы эмоционально не завершили эти отношения (или это задевает ваше нарциссическое всемогущество, или актуализирует страх социального неуспеха, или что-нибудь еще). Осознай, заверши, прими ответственность, повысь самооценку… и станет хорошо. Это альтернативный миф, популярно-психологический. А вот и его плоды:
Здравствуйте Екатерина. Как вы считаете можно ли отнести психологические тесты к самообучению, самопознанию, саморазвитию, самосовершенствованию, самоопределению, психоанализу или, по вашему мнению, психологические тесты относятся к совершенно другой области. Обязательно ли психологические тесты нужно интерпретировать? Только психологи могут использовать правильно тесты при своей работе или обычный человек тоже может их интерпретировать самостоятельно.
Антон, 28 лет
Женщина, которая пишет «муж ушел, поэтому мне плохо», может быть гораздо сложнее и умнее этого утверждения. Ее больше, она бывает разной даже сейчас, когда плохо. Просто она никогда не связывала свою домашнюю катастрофу с другими чувствами и событиями своей жизни. С тем, что она на самом деле испытывала к мужу, например – она привыкла считать это само собой разумеющимся и для себя даже словами не называла. Это было не очень нужно, пока было частью жизни. Это только в американских фильмах и в психотерапии все «проговаривается», в семье – редко и по жизненным показаниям.
«Катастрофа» в переводе с древнегреческого означает «переворот, полное изменение». Случившееся затронуло сотни нитей и струн, сломался уклад, рассыпались привычки. И то, что казалось ясным и само собой разумеющимся, оказывается, значило совсем другое! Говоря о случившемся с любым, кто готов выслушать, человек пытается хоть как-то сориентироваться в ситуации и в себе. Повторяется, мучительно и нескладно старается описать («слов не нахожу»). Что-то умирает в муках, что-то рождается; мысли и чувства перепутаны («сама себя не узнаю»). Есть такая любопытная старая частушка: «Мене милый изменил, я измененная хожу» – корявое просторечие по-своему прекрасно уловило как раз то, с чем приходится справляться человеку, переживающему крушение отношений, уклада, перспектив.
И вся эта «бытовуха» нашей почты – неблагодарные дети, уходящие мужья, нелюбимая работа, давящая мама – в общем-то, правдива. Но, к счастью, это еще не вся правда. Если душевная жизнь объясняется только этим, то перед нами народно-психологический, житейский миф, вскормленный сериалами. Официальная психологическая версия говорит свое – про самооценку, эмоциональную незрелость или какое-нибудь манипулятивное поведение. Объяснения в обоих случаях кажутся исчерпывающими, и ведь не поспоришь.
Но если бы у человека была такая плоская голова, что причина и следствие связывались бы линейно, например: «работа не устраивает – я несчастна» или «муж ушел – я умираю от обиды» – нам было бы вообще не о чем говорить. В этих схемах никакой душевной жизни нет вообще. И конструкция «работа не устраивает – а все из-за моей низкой самооценки» немногим лучше, такая же плоская.
В последнее время стала чаще задумываться – где я настоящая. Кто-то считает, что человек за всю свою жизнь так и не в силах себя понять до конца. Что мы сами для себя? – и есть главный ребус. Другие – что это «чужая душа» вообще-то потемки, а уж себя-то знать мы должны и можем. Многие говорят – мол, просто слушай внутренний голос, прислушивайся к сердцу – оно всегда подскажет. Оно и есть – ты. Только вот что делать, когда в голове противоречивые мысли и чувства? Почти всегда. Как понять, какие из них – твои?
Кира, 23 года
Письма порой выглядят как стилизация или даже подделка. Люди, которым показываешь эти тексты (коллеги, студенты), часто говорят: «Да ладно, так не бывает» – имея в виду не факты, а способ описания. Я-то знаю, что письма подлинные. В сложившихся границах жанра «письма психологу» люди именно так и изъясняются – но разговаривать с ними на этом языке нельзя.
Со стороны я кажусь уверенной и позитивной, но испытываю беспокойство из-за своих возможных ошибок в одежде, речи и поведении. Например, всегда ношу с собой запасные колготки…
Ульяна, 24 года
Иногда что-то похожее мелькает в личных вопросах, которые слушатели задают в коридоре после лекции или семинара. Времени мало, настоящей консультации человек не хочет, но спросить ему важно.
Поэтому он проделывает то же, что многие наши авторы: придает вопросу «понятность» и законченность: я воспитываю сына так-то, я прав? Меня мама раздражает, это от дефицита безусловной любви? Не могу простить, значит, личностно не расту? При этом, если ему или ей – не дай Бог! – ответить так же определенно, человек чувствует себя скверно, как будто его отвергли, унизили. Чем? Тем, что на нарисованную картинку (вроде дорожного знака или вырезанного из бумаги силуэта) на полном серьезе отвечают с такой же степенью упрощения. Тем самым человеку говорят: «Ты такой же, как твое сообщение». А он попал в рамки условного жанра «вопрос психологу» и честно пытается в них уложиться. Иногда я даже думаю, что эти вопросы после лекции – своего рода бессознательные провокации, «проверка на вшивость». Когда спрашивают в такой форме,
Когда вопрос – «дорожный знак» (телеграмма, открытка, плакат), он по определению уплощен и интересным быть не может. Интересно то, что за ним, где-то там, далеко и глубоко. Но ситуация такова, что этого почти не видно, можно только верить, что это там есть. Я верю. И так же, как и с нашими письмами, у меня очень мало времени и нет возможности помочь человеку самому перейти на другой язык. Мне-то показали вот этот «дорожный знак», да еще в маленькое окошечко, на ходу, между делом.