Екатерина Лесина – По волчьему следу (страница 38)
- В последний год войны… при продвижении вглубь территории… наши войска столкнулись с ожесточенным сопротивлением. А в Берлине и вовсе… вдруг оказалось, что там какое-то аномальное количество одаренных. Да, им было лет четырнадцать-пятнадцать, а иным и того меньше…
Эхо войны.
Еще одно.
Столько лет прошло, а звучит, висит в воздухе. И когда затихнет?
- Они нашли способ раскрывать дар. Даже у тех, у кого его изначально не было…
- Как это? – Зима вцепилась в загривок Девочки.
- В том и дело, что не известно… лаборатории, да и вся документация уничтожены. Официально. Но есть мнение, что кое-какие наработки могли оказаться в руках союзников. А вы должны понимать, что в долгосрочной перспективе ни один союз не может считаться достаточно надежным, чтобы полагаться лишь на добрую волю союзников.
Новинский сложил кирпичи.
- И были начаты работы?
- Были… кое-какие… ресурсы получены… в частности… некоторые измененные… - Новинский говорил медленно, явно взвешивая каждое произнесенное слово. – Исследования…
- Почему здесь? На границе?
- Лагерь, - Новинский подвинул другие пакеты. – Здесь располагался транзитный лагерь с последующей сортировкой. Сюда стекались военнопленные со всей границы. Приграничья. Окрестных территорий… и даже тех, которые по ту сторону.
И ныне официально Империи не принадлежат.
- Я курировал работы.
- Бахтин?
- Не в курсе. Он отличный исполнитель, но… кое в чем ограничен.
- В том, что не одобряет эксперименты на людях?
- Иногда приходится делать то, что… может идти вразрез с общественной моралью, но в конечном итоге принесет несомненную пользу обществу.
- Думаю, они тоже так полагали.
- Хватит, - жестко оборвал Новинский. – Философские споры оставим философам. И гуманистам. У нас с вами другие задачи.
И с этим нельзя было не согласиться.
- В настоящее время деятельность этой лаборатории сведена к минимуму. Здесь занимаются производством… первичного концентрата. Вернее, обогащением исходного продукта посредством… ряда операций. Суть их мне не известна.
Ложь.
- Да и вам не интересна.
А вот это скорее прямое указание не лезть.
- Как это дерьмо оказалось тут?
- Этот вопрос интересует не только вас… - Новинский погладил пакеты.
- Это… из вашей… лаборатории?
- Возможно. Хотя… я склоняюсь к тому, что кто-то организовал альтернативное производство. Все же у нас довольно строгий учет, да и сами по себе компоненты таковы, что взять незаметно даже пару грамм не выйдет.
А на брезенте лежала не пара грамм.
- Сугубо визуально этот порошок светлее. И мягче. Запах не такой выраженный… полагаю, концентрация действующего вещества здесь ниже, но насколько – это нужно смотреть. Я… поделюсь результатами. Исследований. Если получу разрешение.
- Буду весьма благодарен.
- И надеюсь на взаимную любезность.
- Несомненно…
Глава 17 Следы на воде
Глава 17 Следы на воде
- И ты вот так просто все оставишь? – я боролась с желанием обернуться. Пройтись по деревне предложил Тихоня, ибо когда машины придут еще неизвестно, а торчать рядом с домом, откуда воняло мертвечиной, радости мало.
И я уцепилась за эту мысль.
Не из-за дома и запаха, к нему я уже притерпелась, и не из-за покойников. Из-за Новинского, который аккуратно завернул опасную находку в брезент, а после вовсе убрал куда-то.
- Вариантов немного, - Бекшеев шел медленно и прихрамывал отчетливо. – С Особым отделом спорить смысла нет. Я доложусь Одинцову, но…
- Но и он посоветует не лезть.
- Именно.
Тихоня с Девочкой ушли куда-то вперед. Изредка впереди мелькала черная тень, давая понять, что она за нами присматривает.
- Это как-то… неправильно. Категорически неправильно. Когда война, то еще ладно, понять можно. А теперь? Почему так?
- Тебе правду или как? – Бекшеев остановился.
Улочка.
Дорога почти заросла, угадывается этакой широкой полосой седой травы, что пролегла мимо разваливающихся хат да осевших заборов. У стен поднимается стена крапивы и сныти, то тут, то там виднеются цветы, одичавшие, но упрямо цепляющиеся за жизнь.
Похожие и у нас в палисаднике росли.
- Правду.
- Правда в том, что… там, на той стороне, действительно имелись технологии. И куда более успешные, чем те, что применялись нами. И что никуда они не исчезли. Записи, может, и сгорели, но вот всегда оставались люди. И… материалы. Да и с записями никогда нельзя быть полностью уверенным. Вполне возможно, что где-то что-то да сохранилось. И к кому-то попало…
- К союзникам?
- К ним. И такая информация не останется без внимания. Любые разработки будут… разрабатываться, как бы нелепо это ни звучало.
- И поэтому мы тоже?
- Да.
- Разрабатываем?
- Да.
- На людях ставим опыты. Делаем… он же сказал, Бахтин, что до сих пор есть этот… контингент. И зачем-то нужен. И запуски эти… что они запускают? Зачем?
- С запусками, я думаю, как раз все просто. Тут, вероятно, стоит машина, которая создает локальное поле высокой концентрации. И нужно это как раз для процесса насыщения… чего бы то ни было.
Ну да. Логично, если так.
Только все равно тошно. И не зря мне этот Новинский сразу не понравился.
- Он с нас клятву не взял. И бумаги подписывать не заставил.