Екатерина Лазарева – Пари на сводную (страница 14)

Мама обычно будила меня ею в утро моего дня. Но мама ведь не здесь…

Аж подскакиваю, резко сев на кровати — на этот раз ко мне в комнату под эту песенку заходит Слава. С маленьким тортиком моей любимой марки «Красный бархат». А на тортике свечка из цифр. Восемнадцать. Мне столько исполняется.

Улыбка сама собой лезет на губы. Надо же… Слава может быть очень милым. Причём естественно так это делает, что не скажешь, будто такая роль ему непривычна.

С мамой посоветовался? Она подсказала про нашу традицию?..

Слава кивает на свечки, безмолвно предлагая их задуть. Загадать желание…

Что ж, я готова. Не переставая улыбаться, сажусь на постели, закрываю глаза. Думаю, чего же хочу. Почему-то в первую очередь в голову приходит желание, чтобы поскорее получилось всё с деньгами и квартирой для Славы…

Неожиданно, конечно. И вряд ли будет правильным загадать именно это, не что-нибудь для себя — но я почему-то уже открываю глаза и задуваю свечи. Пусть будет это. В конце концов, оно не столько для Славы, сколько для моего спокойствия. Ну и Максиму Леонидовичу с мамой будет проще, если вопрос окажется закрыт как можно скорее.

Вздрагиваю, вдруг уловив, каким пристальным и потемневшим взглядом Слава смотрит мне на губы, когда задуваю свечи. Ещё и вспоминаю сразу, что сижу тут в ночнушке одной… И одеяло мало что скрывает. Я его вообще почти полностью отбросила машинально, когда к тортику потянулась.

Накрывает смущением. Ещё и в голове настойчиво бьётся мысль, что, каким бы хорошим Слава ни был; вряд ли так мило вёл бы себя, не будь у него личного интереса… Интереса, так красноречиво читающегося в его глазах. Нескрываемого даже.

Сглатываю, отвожу взгляд. Не решаюсь взять тортик. Задумала свечи — и достаточно. Покушаем его потом… Вместе?

Мы что, будем вдвоём отмечать? Ребят я вчера так и не осмелилась в его загородный дом пригласить, да и Слава не напоминал, не подталкивал никак. Как будто забыл. Хотя я и не ждала, что он будет за этим следить — просто не решалась самостоятельно. Что ж, момент упущен.

И даже если сводный куда-то уйдёт и оставит меня одну, хотя бы пробуждение было приятным. Настроение уже почти праздничное. Почти — потому что волнение перед взглядом Славы никак не отступает.

Сводный, кстати, естественно воспринимает то, что я тортик не взяла. Ставит его мне на стол, смеряет недовольным взглядом по-прежнему стоящие там цветы и отодвигает торт подальше от них. Ухмыляюсь. Странный жест, демонстративный такой.

Может, сказать, что они от мамы?..

Неожиданная мысль, да ещё и заставляет сердце ускорить биение. Нет… По этой дорожке я не пойду.

А Слава вряд ли вообще подозревает, что за мысли у меня в голове. Разворачивается ко мне и почти ласково говорит:

— С днём рождения. Вставай давай, я тебе ванную набрал с лепестками роз.

Эм… Мне не послышалось? Он и вправду заморочился даже с таким?

— Серьёзно? — не сдерживаю удивления в голосе. Слишком уж слабо я себе представляю Славу, посыпающего ванную лепестками роз.

Он ухмыляется, явно уловив причину моей озадаченности. И важно заявляет:

— Да. Там уже праздничный завтрак готов. Покушаешь, и в загородный дом поедем. Ребята уже собрались.

Праздничный завтрак? Ребята?..

— Но я их…

— Я пригласил, — уверенно перебивает Слава.

Прикусываю губу. С одной стороны, даже хорошо, что проблема решена сама собой — я уже тысячу раз успела пожалеть, что не сделала это. Но с другой… Одно дело — типа договориться со Славой о том, чтобы отметить у него, а совсем другое — когда он ещё и организовывает мне всё это. Как тут обойтись без лишних разговоров или даже домыслов?

— Что они подумают? — срывается с губ настороженный вопрос.

Скорее, просто мысли вслух — я не жду ответа. Но Слава даёт, причём исчерпывающий и неожиданный:

— Я заморочился с поздравительными открытками от твоего имени. Они розовыми и с цветочками были, все поверили.

Не сдерживаю смешка. Вот уж действительно заморочился!

И довольно мило, что пытался подстроиться под что-то девчачье, хотя я не то чтобы увлекаюсь розовым и цветочками. Но это ничего, Слава пока явно далёк от меня. Слишком привык иметь дело с другими, да и его жизнь кардинально отличается от моей. Поэтому неудивительно, что в вопросах меня ему проще хоть на что-то опираться — пусть и на те же стереотипы. Подсказок я ему не давала, а Слава всё равно старался.

И это действительно трогает. Тем более что сводный улыбается в ответ на мой смех. Явно и сам сознаёт, насколько мне забавно представлять его, подкладывающего милые открыточки ребятам.

Я серьёзнею быстрее его. Какое-то особенное новое тепло в глазах Славы заставляет сердце пропустить удар.

— Спасибо тебе, — тихо говорю. И только потом вспоминаю: — Но нам же сегодня работу сдавать, всё равно придётся в универ. И ребятам тоже надо.

— Они сдали. Там чисто положить на стол и всё, — уверенно возражает Слава. — За нас тоже положили. Так что давай, расслабляйся в ванной, и едем отмечать.

Ого… То есть, Слава успел передать нашу работу ребятам, чтобы те сдали? Во сколько же он встал, что столько всего успел?..

Нет, мне, конечно, приятно, что сводный так стремился устроить мне хороший день рождения. И что уж говорить, это удалось. Никаких забот, сплошной кайф. Так хорошо, что даже неловко перед Славой. Только и могу, что уточнить:

— Едем?

Он коварно усмехается.

— Да, на байке, — заявляет уверенно, но всё же вкрадчиво добавляет: — Тебе восемнадцать, самое время попробовать.

Вздыхаю. В любое другое время я бы, конечно же, отказалась. Боюсь. Как испугалась в момент, когда Слава впервые предложил меня подвезти, так и сейчас мне не по себе. Страшно представить, как сяду на эту махину, как она разовьёт скорость…

Но Слава ведь так старается, так мило со мной говорит и столько хорошего уже сделал… И ему явно хочется, чтобы я попробовала. Чтобы доверилась ему и позволила себя прокатить.

Наше перемирие ещё довольно хрупкое. Совсем недавно началось. И я хочу его сохранить. Теперь, когда вижу, каким может быть Слава…

— Ладно, — на одном дыхании.

И он аж тоже выдыхает. В глазах такой довольный блеск, что приятно становится. А ещё Слава явно понимает, что для меня это непростой поступок. Смотрит чуть ли не с благодарностью.

Наши взгляды снова пересекаются. И меня неожиданно мурашит — этот зрительный контакт каким-то особенным воспринимается. Чуть ли не сокровенным. Вижу тепло в глазах, оно обволакивает. И я уверена, что Слава тоже испытывает подобное.

С одной стороны, это радует, но с другой… В голове начинает настойчиво пульсировать мысль, что мы не брат и сестра. По сути, чужие друг другу парень и девушка. Зачем тогда настолько сближаемся? Я не чувствую, что сводный хочет поиграть в дружную семью.

Совсем не это я чувствую, особенно, когда вспоминаю поцелуй… Кажется, самое время отвести глаза.

И, кстати, я до сих пор толком не одета.

Слава словно улавливает, что мне не по себе. Отводит взгляд, беззаботно спрашивает, мгновенно заражая лёгкостью:

— Подарок вручить сейчас, или там, со всеми?

Качаю головой, не в силах подавить улыбку:

— А ты разве уже не сделал мне сразу несколько подарков?

— Пфф, даже не начинал ещё, — пренебрежительно, но с довольным взглядом возражает Слава.

Он явно рад, что мне всё нравится. Выходит, ему настолько не всё равно?..

*****************

Уже после того, как я насладилась расслабляющей ванной с приятно пахнующей чем-то фруктовым бомбочкой и нежными лепестками роз; мы со Славой выходим из подъезда. Улыбаюсь — на улице солнечно, во рту ещё вкус приятного завтрака: сочная клубника со сливками, голубика, мой любимый «печеньковый» чай и кусочек того самого торта.

Как сводный вообще успел заметить, что я люблю? Тоже у мамы спрашивал? Или запомнил про чай…

Неважно. Я в любом случае как на крыльях. А потому даже когда подходим к мощному мотоциклу, не перестаю улыбаться. Хотя уже скорее не по себе.

Мы вот так сразу сядем? И поедем?..

Вспоминаются самые разные аварии, которые происходят на двух колёсах куда чаще, чем на четырёх. И вообще… Скорость, мы снаружи… А если какая-нибудь фура наедет? Эти грузовики ведь не видят, что там сбоку.

Старательно глушу все эти мысли, чтобы выглядеть как можно более уверенной перед Славой.

— Ну что, не передумала? — весело подначивает сводный, но смотрит скорее с внимательной серьёзностью.

— Нет, — решительно выдаю. Хотя всё же признаюсь: — Но не скажу, что мне нестрашно.

Слава понимающе кивает.

— Тут главное — доверие. Допускаю, что не так уж его вызываю, но, пожалуйста, поверь мне, что я не хочу тебе навредить. Ни за что и никогда. Наоборот, я хочу тебе показать много всякого крутого. Раскрыть тебе самые разные грани. Мне нравится тебя радовать.