Екатерина Лазарева – Ад для новенькой (страница 13)

Значит, несколько дней придётся по её сценарию действовать. Как там она говорила? Смотреть друг на друга и мило общаться?

Офигеть. Не думал, что я настолько к уступкам готов.

Причём это внезапно оправданным и даже гармоничным кажется, когда Роза тепло улыбается:

— Хорошо, спасибо, — и тут же щебечет, закрывая эту тему и открывая новую, ничего не значащую: — Знаешь, а я уже была в этой кофейне и…

Особо не слышу, что там дальше. Просто смотрю на Розу и залипаю. Пропитываюсь её эмоциями. Живыми, искренними такими, непосредственными. Давно не встречал таких людей. Даже и забыл, что можно так чувствовать и мыслить.

И как ни странно, это больше не раздражает. Скорее обволакивает какой-то особенной, тёплой силой, недоступной мне. Но чертовски щемящей…

Пожалуй, именно эти воспоминания я сохраню, когда буду идти на дело. Забавно, но из всей моей насыщенной жизни именно они стоят того, чтобы спокойно умереть в случае чего. Не чувствуя, что прожил зря.

Глава 10. Роза

Адам удивляет. Несмотря на свой грозный и отпугивающий образ в универе — а я уверена, что это именно образ — подыгрывает мне именно так, как я просила.

Мы действительно периодически кидаем друг на друга пристальные заинтересованные взгляды — причём его получаются такими горячими, что мне играть в смущение не приходится. Наверняка я даже краснею.

И когда сама на него смотрю, тоже неловко. Это чуть ли не интимным кажется почему-то, неприличным даже. Сбивает с толку… Ещё и как будто любуюсь. По игре так и должна делать, но всё чаще щёки горят, когда рассматриваю его лицо, ловлю какой-либо жест. И когда думаю о том, что Адам чертовски красивый парень, тоже.

А ещё я по-прежнему сижу за партой перед ним, потому что Лёня отсел обратно к Косте. Вот только теперь у меня такое ощущение, что Ад куда ближе ко мне, чем раньше был. Каждой клеточкой улавливаю его присутствие. Иногда мне даже разворачиваться не надо, чтобы знать, что он в данный момент делает.

Настораживает меня эта моя реакция на наш спектакль. Я как будто.... И вправду увлекаюсь?

Умом понимаю, что не стоит, что это крайне непрофессионально и вообще неуместно. Но мне с каждым днём всё приятнее не только смотреть на него, но и мило общаться с ним — да, это мы тоже делаем. Причём гармонично правильно как-то, плавно: в первые дни не так уж много, потом как будто втягиваемся сильнее, раскрываться начинаем. В конце недели Адам уже и шутит со мной, причём так, что не смеяться не могу. Правда, обрываюсь почти сразу: в такие моменты смотрит чуть ли не ласково.

А в пятницу дарит мне букет. Уж это ну совсем не в стиле того самого Ада, которым тут в универе друг друга пугают. И этим жест трогает ещё сильнее. Настолько, значит, этот парень навстречу мне идёт…

Хотя не сказать, что всё это как-то влияет на его репутацию. А вот престиж моей поднимается. Девушки хотят со мной подружиться, некоторые явно завидуют, а парни относятся с уважением, но общаются минимально.

Сегодня понедельник. Начинается вторая неделя нашего с Адамом спектакля. И сегодня мы выходим из универа вместе прямо при всех.

Ад и раньше провожал меня до дома — но никогда это не было демонстративно. Такое ощущение, что исключительно ради его спокойствия. И это, кстати, тоже отзывалось ко мне настолько мощным приливом тепла, что становилось не по себе.

А сейчас, идя с ним по уже привычному маршруту, вдруг ловлю себя на мысли, что за прошлую неделю ни разу не пыталась выяснить новое о его травмах. Как будто даже забыла о своей основной миссии…

— Я так долго ещё ни на кого не залипал, пора тебе сдаваться, — неожиданно заявляет Адам, и я вздрагиваю. Не сразу сознаю, что он ведь про спектакль наш говорит. — Завтра будем типа вместе уже.

— Да, хорошая идея, — подавляю дурацкое смущение и пытаюсь говорить как можно более непринуждённо. — Хотя мне кажется, что все уже заметили наш интерес друг к другу и поэтому ко мне никто не лезет даже без объявления нас парочкой, — добавляю, почему-то решив, что можно хотя бы попытаться замять.

Ведь это всё как будто уже идёт не туда. Не лучшая идея у меня была. Да, мы сближаемся, но… Не так, как должны.

— Не все.

— Кто нет? — хмурюсь: уж не думала, что Адам так за каждым бдел.

Я вот как-то не обращала внимания…

— Ты.

Аж останавливаюсь от неожиданности такого ответа. Я та, кто не заметил наш интерес друг к другу? То есть, Адам имеет в виду настоящий?..

Божечки, я вообще не должна об этом думать и уж тем более мысленно возражать, что вообще-то заметила. И чувствовать ничего по этому поводу не должна! И гадать, к чему ведёт Адам, уж тем более.

Сердце трепыхается в груди так, будто ему эти важные мысленные доводы хоть бы что. Адам тоже уже никуда не идёт: стоит рядом, причём развернувшись так, чтобы видеть моё лицо. Надеюсь, на мне не отображается то, насколько безнадёжно уплывают мои мысли. На всякий случай пренебрежительно фыркаю.

А он будто и не замечает, смотрит всё так же серьёзно и сосредоточенно…

— Адам, — тогда со вздохом на удивление твёрдо начинаю. — Вообще-то…

— Да расслабься, хотел увидеть реакцию, — тут же перебивает насмешливо. Ухмыляется, головой качает. — Ты так забавно реагируешь, когда я задвигаю эту тему.

Поджимаю губы. Почему-то задевает этот его выпад… Так и тянет сказать, что вообще-то говорил и смотрел он некоторое время назад очень даже серьёзно, напряжённо слегка, да и в целом заинтересованным кажется.

Что-то мне подсказывает, что этим заявлением я только ящик Пандоры открою. Не стоит сюда лезть… Не та тема.

Вздыхаю, пытаясь успокоить всё ещё бешено колотящееся сердце и подобрать максимально подходящий ответ. Не успеваю — Адам чуть наклоняется ко мне и заявляет:

— А парочкой всё равно станем. Не роняй мой авторитет.

Аргумент… Действительно сомневаюсь, что в универе кто-либо когда-либо видел романтичные жесты Адама к любой другой девчонке. А мне он их демонстрировал, причём уверенно на глазах у всех… И ведь не сказать, что неуклюже получалось: гармонично так, естественно, приятно.

Если мы свернём — получается, я как бы отшила Адама притом, что он мне серьёзность намерений обозначал. Нехорошо получится. Он старался ради меня, а я его опозорю?

Даже если мы представим всё как его потерю интереса ко мне, всё равно болтать наверняка будут.

С другой стороны…

— Мне почему-то кажется, что авторитет тебе не так уж важен, — осторожно проговариваю.

За дни своеобразного наблюдения за Адамом успела заметить, что ведёт себя скорее безразлично и лениво, чем бдит за своим влиянием на всех. Да, может, изначально сам создавал себе репутацию и работал на неё, но сейчас отстранённый какой-то, как бы особняком ото всех и явно совсем в других проблемах мысленно варится.

Знать бы ещё, в каких…

Хмыкает моему заявлению, отводит взгляд.

— Идём до конца, — только и настаивает, снова зашагав.

А я и не пыталась возразить. Не для этого про авторитет подметила. Да и не хочу, чтобы Адам думал, будто и вправду могла бы соскочить. Я ведь умею быть благодарной.

— Да, я не отказываюсь, — решительно заверяю, мягко улыбнувшись. — Завтра станем парочкой.

На последних словах моё вроде бы успокоившееся сердце тут же набирает новый безумный темп. И почему мне кажется, что эти слова чуть ли не пророческие?

*************

Мне снился Адам, причём это было довольно странный сон. Яркий и сумбурный одновременно. Сначала парень искал меня по всему городу, причём бродил по тем же улицам, что и я, но не видя меня. А потом отдал за меня жизнь, подставившись под пули каких-то ублюдков без лица. По факту лица у них были, но я не только не запомнила, а толком не видела даже. Во сне задыхалась от паники так сильно, что и утром в себя прийти не могла.

Кое-как собираюсь в универ, напомнив себе, что Адама увижу буквально через несколько минут, причём живого и здорового. Да и вообще… Говорил же папа, погружаться во всё это нельзя. А я не только плыву уже глубоко, а тонуть начинаю. И если разума хватает, чтобы это понимать, должно хватить и на то, чтобы остановить.

Наскоро перекусив, я уже выхожу из дома. Вернее, пока что из лифта — и именно в этот момент звонит папа. Неожиданно… Мы, конечно, общаемся почти каждый день, но больше в переписках.

Отвечаю на звонок, направляясь к двери. Совсем не опаздываю, так что можно и поболтать по пути.

— Привет, пап, — и почему я так старательно изображаю беспечность?

Как будто у меня есть необходимость играть перед ним…

— Привет, — бодро, но в то же время чуть напряжённо здоровается папа. — Хотел спросить, как там продвигается по Адаму?

Вздыхаю, приземляясь на скамейку возле подъезда. Как-то не была готова к такому вопросу — более того, от него немного не по себе. Наверное, потому что раньше мы с папой особо не обсуждали ход моих мыслей, вот я и думала, что за весь период не будем… Что ему только результат понадобится, остальное не особо волнует.

Не припомню, чтобы я когда-то в жизни настолько тщательно подбирала папе слова, как сейчас. И дыхание отчего-то спирает.

— Рано ещё обсуждать. Сентябрь только заканчивается, — стараюсь говорить с лёгкостью.

— Я понимаю, но… — теперь вздыхает папа. Причём тяжело. — Ректор говорит, что о вас с этим парнем весь универ разговаривает. Что вы сближаетесь в романтичном смысле. Все ребята считают, что ты уже с ним.