Екатерина Колпинец – Формула грез. Как соцсети создают наши мечты (страница 28)

– перестанет делать то, что вам не нравится (на 80–90 %)

– начнете устранять из жизни все, что вас беспокоит и что забирает вашу энергию

– разрешите конфликты с родственниками

– смените окружение (токсичные люди просто не смогут находиться рядом, потому что вы перейдете на другой уровень сознания)

– научитесь беречь себя и свои ресурсы

– переключать негативные мысли на позитивные

– уберете блоки из тела

Вы не представляете СКОЛЬКО за каждым из этих пунктов заблокированной энергии! Сколько в этом всем зарыто вашего потенциала. Если сейчас вы в пол силы «светите» туда, где плохо и сложно и оно усиливается, представьте, что будет, когда вы начнете светить в полную силу и на то, чего хотите? Вы станете СЧАСТЛИВЫМИ![149]

Книга Малинской «Perfect you»[150], названная ею «энциклопедией по покорению мира», начинается с вопроса: «Ты готова стать королевой?» Уже во введении читатель знакомится с описанием истории приезда в Москву Олеси, простой девушки из провинции, сумевшей превратиться в настоящую светскую львицу благодаря осознанию «истинного» предназначения женщины. В финале книги Малинская оставляет фото своей ладони в натуральную величину и предлагает своим подписчицам установить с ней прямую энергетическую связь, приложив руку к ее руке. До появления книги Малинская постоянно проводила марафоны по созданию карт желаний и чтению аффирмаций, позволяющих визуализировать и с легкостью осуществлять свои мечты.

Как и в случае финансовых пирамид или сетевого маркетинга, для блогеров «вдохновляющие» посты с тегами «успех», «миссия», «ресурсы», «энергии» – самый быстрый способ заработать денег. Как и секс-блогеры с OnlyFans или трэш-стримеры, большинство из них в реальной жизни никогда не имели постоянной работы, а если имели, не добились в ней профессионального признания. Почему миллионы людей продолжают на это смотреть и покупать очередной марафон желаний у блогера, поверившего в свою особую миссию по управлению потоками и энергиями?

Возможно, причина в том, что в России старый экономический и идеологический уклад был резко разрушен, а накопление по-настоящему больших капиталов шло через криминал или коррупцию. Основная же масса людей остается в неведении о том, как накапливаются богатства, а мир «обеспеченных» людей бесконечно далек и слишком не похож на привычную действительность. Инстаграм же дает иллюзию близости к этому миру, провоцирует желание пойти по пути наименьшего сопротивления, поскольку доступа к реальному богатству и инструментам его достижения нет и не будет. В США, Корее или Европе тема инфоцыганства «не взлетает», потому что не получается продавать вульгарные образы успеха и богатства, а визуальный разрыв между слоями населения не столь заметен, особенно в Европе.

Вспомним хотя бы плакаты желаний, невероятно популярные в 1990-х и начале 2000-х: вырезая картинки красивой жизни из глянцевых журналов и склеивая их в коллаж, люди пытались визуализировать свои желания. Чтобы приблизить мечту, достаточно было смотреть на такой плакат каждый день и мечтать «правильно». Инфоцыганство и его приемы наследуют пассивному созерцанию лучшей жизни, предлагая анимированные версии плакатов желаний в обрамлении аффирмаций, прогревов и личного брендинга.

Сбывшаяся мечта с плаката желаний – это мир, где нет подъема по будильнику, ежедневной работы и дресс-кода. Зато есть свобода действий и самовыражение, даже если все это выглядит как обман других людей или унижение в прямом эфире. В глазах подписчика блогер – это человек, который сам вершит свою судьбу, не зависит от прихотей начальников, при этом его жизнь интересна тысячам, а иногда миллионам других людей. Она или он – такой же простой человек как ты, при этом живет в фантастическом мире, где просмотры сторис приносят жизнь на Бали, лучших партнеров и поток подарков от брендов. Где можно стать миллионером в 15 лет, продавая другим свои советы о том, как разбогатеть. Эта жизнь – сбывшаяся мечта всех тех, для кого работа мечты – никогда не работать.

Я хотела счастливую жизнь, а не быть на каторге, где все через «надо» и «как у людей». Я ушла с нелюбимой, но стабильной работы за миражом. За смутным зовом. Просто понимая, что жизнь проходит. Нечто подобное я переживала два года назад, когда поняла, что больше не буду работать по найму копирайтером. Ни на одном месте работы я не задерживалась больше чем на год. Просто потому, что через полгода начинала чувствовать, что живу не свою жизнь. Быть свободным художником это привилегия.

Такое описание можно встретить у блогера как с 1,5 тысячами, так и с 1,5 миллионами подписчиков. Аффективные мантры «Следуй за своей страстью» и «Делай что любишь» смещают внимание с настоящего на будущее, предстают обещанием лучшей жизни, где ты сам контролируешь свою карьеру. Индустрия блогинга выглядит финальной, логической точкой капиталистического индивидуализма, подталкивающего людей бороться за чужое внимание, стремиться заработать на самовыражении, но в конечном счете никогда не достигать своих целей.

Как выглядит «рабочий день» популярного блогера по версии подписчика? Это предельно эфемерный, при этом наглядный труд: у блогера по умолчанию всегда есть деньги вести максимально легкомысленную, далекую от рутины жизнь:

«Выпила латте», «сходила на классный мейк», «с классным мейком пошла на фотосет», «купила любимые печенья», «встретилась с подругами», «сходила на тренировку», «поплавала в бассейне», «выпила два литра воды», «почитала книжку», «собрала чемодан, улетела в Нью-Йорк/Париж/Питер».

В 2015 году американская ютуб-блогер Габи Данн выступила с откровениями о реальной жизни популярных блогеров. Она начала свой рассказ с истории блогера Бриттани Эшли на вечеринке BuzzFeed в Западном Голливуде. Совокупная аудитория нескольких ютуб-каналов Эшли на тот момент составляла 17 миллионов подписчиков, при этом на вечеринке она присутствовала в качестве официантки, а не гостя. «Ее жизнь была совсем не такой гламурной и беззаботной, как многие думали. Клиенты и раньше подходили к ней на работе, пораженные и сбитые с толку. Зачем кому-то с 90 тысячами подписчиков в инстаграме подавать поздний завтрак?» Статья выявила легионы ютуб-блогеров, застрявших между статусами суперзвезды и никому не известного автора. Данн описала, как ютуберы с десятками тысяч подписчиков работают в сфере обслуживания, чтобы оплачивать счета, и «едва сводят концы с концами», добавив: «В моем инстаграм-аккаунте 340 тысяч подписчиков, но я никогда в своей жизни не зарабатывала 340 тысяч долларов»[151].

Гендерная и медиаисследовательница Брук Эрин Даффи провела масштабный анализ блогинга как главной работы в списке новых креативных профессий: 55 глубоких интервью с блогерами легли в основу ее книги[152]. Даффи удалось выяснить следующее: в то время как блогинг и влогинг в массовом воображении предстают индивидуальным самовыражением, сами блогеры постоянно балансируют на тонкой грани между трудом и отдыхом, аналоговым «я» и цифровой персоной, подлинностью и саморекламой, творчеством и коммерцией. Именно эти противоречия и формируют систему той самой вдохновляющей работы, каковой блогинг выглядит со стороны.

В числе самых живучих мифов оказалось представление о популярном блоге как кратчайшем пути к успеху и финансовой независимости. Как заметила одна из респонденток: «Люди видят успех самых известных модных блогеров и думают: „Все, что мне нужно, это завести блог, показывать симпатичные наряды или просто написать что-нибудь, и я достигну того же“». В числе неприглядных особенностей блогерской жизни упоминались: лихорадочный темп работы в условиях неопределенности; необходимость всегда быть доступным как для аудитории, так и для рекламодателей; постоянное чувство беспокойства из-за того, что частная жизнь превращается в тщательно подобранную цифровую личность, а любое событие необходимо подавать как удобоваримый контент. Большая часть рабочего дня блогера – это разбор писем и сообщений в директе и почте, тщательное планирование будущих публикаций, продумывание фотосетов (так, модный блогер не может дважды появиться на фотографиях в одной и той же одежде), постоянные переговоры о размещении рекламы и гонорарах.

И главное, многие производители контента, занятые полный рабочий день, 7 дней в неделю, на самом деле были фулл-тайм фрилансерами либо совмещали работу над блогом с непрестижной работой для заработка.

Даффи пишет, что в этом блогинг наследует традиционным креативным индустриям, в частности индустрии моды, где многое держится на неоплачиваемом труде, работе «на репутацию», жесткой иерархии, часто невидимой для зрителя. Традиционное неравенство в престижных творческих профессиях сохраняется, а барьеры для входа остаются ошеломляюще высокими. Один из выводов исследования: люди, имеющие наибольшие шансы прорваться сквозь шквал белого шума в социальных сетях к большой аудитории и гонорарам, – это те же социальные типы, которые долгое время доминировали в технологичной и креативной экономике. То есть те, у кого есть достаточные резервы экономического и социального капитала.

В книге «No Filter: История Instagram»[153], посвященной истории одного из самых популярных приложений в мире, журналистка Bloomberg Сара Фрайер пишет, что первые годы существования Instagram в списке главных целей его создателей было «вдохновлять на творчество». Сообщество инстаграма первоначально формировалось вокруг творчества и повседневного опыта, а не вокруг демонстрации красивой жизни и саморекламы. Первые годы небольшая команда приложения лично определяла не только что станет популярным в приложении, но и кто. Фрайер пишет, что в определенный момент создатели контента попытались обратить внимание на тот факт, что приложение стало местом соревнования за славу. Они изменили название алгоритмической страницы с интересным контентом с «Popular» на «Explorer». Но стимулы для пользователей были яснее, чем когда-либо. Наличие аудитории всегда будет означать наличие возможностей для бизнеса. Интересный контент, призванный вдохновить, посты о творчестве и расслабленные рассказы о собственной повседневности сменились заполонившими приложение одинаковыми фотографиями с хэштегами #inspiration и #nofilter.