Екатерина Кариди – Попаданка под прикрытием, или Невеста для генерала (страница 26)
Женя невольно вздохнула, чувствуя, что сердце начинает саднить.
— Леди, — раздался осторожный шепот, — а вы не в курсе?..
Она повернулась к Малошу.
— Чего?
— Ну… Сейчас
Вот это был вопрос! Женя аж рот приоткрыла.
Но постаралась сделать лицо понаивнее и сложила руки на коленях.
— Что вы, нет. Я просто гостья генерала.
— Вот и хорошо, леди, так всем и говорите, — поручик снова покосился на дверь и добавил: — Я никогда вас не выдам. Но
Все это как-то странно звучало, провокационно и неоднозначно. Но это не точно. Пока Женя осмысливала, Малош спросил снова:
— Как вы думаете, каковы сейчас дела на фронте? Нас скоро вытащат?
На это Женя совершенно честно ответила:
— Не знаю.
Потому что понятия не имела.
После этого разговор на некоторое время иссяк. Но Женю не оставляла мысль — кто же все-таки был за дверью? В конце концов она спросила шепотом:
— Поручик, а вы не видели, кто нас похитил? А то я так испугалась, что у меня просто потемнело в глазах.
— Увы, нет, леди. Все произошло так быстро, я тоже не успел ничего разглядеть.
Жаль.
Поскольку говорить было больше не о чем, она погрузилась в размышления, которые были прерваны появлением Малоша.
Какая-то мысль мелькнула на грани сознания, что-то связанное с ее попаданием, но не успела оформиться. Потому что дверь открылась и вошел мужчина в военной форме болотного цвета.
Вот сейчас Женя в первый раз воочию увидела врага. Она невольно застыла, разглядывая его. Как бы ни было страшно, все равно в первый миг победило любопытство.
Это был рослый мужчина. Широкоплечий и крепкий, даже излишне широкоплечий. И что называется, грудь колесом. Уж неизвестно, так он был сложен от природы или это были особенности военной формы, которая отличалась от уже привычной для Жени формы «наших» покроем и цветом.
В любом случае, он показался надутым и слишком тяжеловесным. Это ощущалось в том, как он держался, и в походке. Женя не знала их чинов, но предположила, что он занимает какую-то важную должность. Вид у него был желчный, как у Мердинора.
Дознаватель? — пискнул мозг. Или разведчик. А еще он носил странный головной убор и густую черную бороду. Это сразу наводило на мысли о бородатых боевиках, диверсиях. И почему-то о гаремах.
Все это пронеслось в голове мгновенно.
А мужчина бросил на нее колючий взгляд и прошел в центр комнаты, которая сразу стала казаться маленькой, как будто даже стены сузились вокруг. И перевел взгляд на поручика Малоша. С минуту смотрел на него, а тот выпрямился под его взглядом и застыл.
Наконец вошедший офицер выкрикнул какую-то команду на непонятном гортанном языке. Почти сразу вслед за этим открылась дверь, вбежали двое в черной форме и замерли, преданно глядя на него. А он проговорил, глядя на поручика Малоша:
— Это взять на допрос.
Он говорил с акцентом, но на языке понятном. И резко перевел на Женю взгляд, пока те двое рывком подняли Малоша со стула и выволокли его из комнаты.
Получается, он говорил специально для нее? И да, словно в подтверждение, мужчина гадко усмехнулся, а потом добавил:
— Вам, леди Эжени, лучше вспомнить все, что вы знаете о генерале Хантере. В противном случае мои люди заставят вас вспомнить. А они умеют это делать хорошо. И поверьте, вам не понравится.
Сказал это, развернулся и вышел.
В первый момент, конечно, Женя чувствовала себя так, будто ее швырнули в колодец с ледяной водой. Ее трясло, накатывала паника, а мысли метались в поисках выхода. Хотелось кричать и плакать от жалости к себе.
Потом она немного успокоилась. Ее пугают. Собирались бы убить или пытать, вероятно, сделали бы это сразу. А раз она зачем-то находится в этой довольно комфортной комнате, и ее не трогают, значит, ее держат тут для каких-то других целей.
Но, возможно, когда они закончат с Малошем, все-таки примутся за нее. Исключать такую неприятную возможность нельзя. Ей следовало как-то подготовиться, придумать, что говорить в случае, если это произойдет.
«Что вы знаете о генерале Хантере»
Что она могла знать о генерале такого, что еще не известно о нем вражеской разведке? Да ничего! Она понятия не имела, что этим типам нужно от нее.
Стало так тоскливо. Она съежилась на стуле и позвала мысленно:
«Хантер, миленький, где же ты?»
А генерал Хантер в это время был на поле боя. На передовой. Впервые за долгие месяцы — успех!
Его расчет объявить направление главного удара в последний момент оказался верным.
Хантер предполагал, что шпион находится прямо в штабе, возможно, рядом с ним. Неспособность выловить вражеского агента нервировала до бешенства, а тот, в свою очередь, уверившись в безнаказанности, обнаглел до того, что буквально на глазах устраивал диверсии.
Но в этот раз ему удалось переиграть агента. Потому что, даже получив точные сведения, агент не сумел вовремя их передать. И это дало им преимущество внезапности.
Сосредоточенный сильный удар там, где их не ждали. Неудивительно, позиции на этом участке считались достаточно хорошо защищенными естественными природными укреплениями. Генерал Хантер не зря лично проводил там разведку. Он изучил все возможности, а также скорость переброски войск.
В итоге противник не успел за такое короткое время выстроить оборону, им смогли противопоставить только два ослабленных подразделения. Они врезались в их позиции, словно нож в масло. И не останавливаясь нигде, продвинулись еще на несколько миль вглубь.
Отбили первый приграничный городок Варсар, захваченный противником еще год назад. Генерал Хантер был на подъеме и дрался сам в первых рядах.
Ночь еще не наступила, как вражеский гарнизон, стоявший в Варсаре, сдался на милость победителя. Над ратушей Варсара теперь развевались родные знамена экспедиционного корпуса и большое императорское. В столицу полетел вестник с докладом, что первый форпост взят.
Конечно, этим все не закончилось. Потому что нужно было выставить оборону завоеванных позиций и подготовиться к возможным ночным попыткам нападения. К тому же были пленные, которых следовало допросить. И предстояло еще расквартировать свои части, занявшие город и оставшиеся за пределами.
И конечно, Хантер осознавал, что ему бы не удалось добиться успеха так быстро и провести эту операцию с таким блеском без помощи одной хорошенькой и невероятно находчивой рыжеволосой леди.
Эжени. Ее маленькие, совершенно невинные догадки, подсказки там, где он не замечал очевидного. И наконец, ее удивительная способность мгновенно очаровывать любого, кто окажется рядом.
Ведь это была ее идея тайно сообщить всем офицерам штаба ложную информацию. Причем каждый получил свою версию. Это был идеальный способ все запутать. В итоге невозможно было бы предположить, какой план в этом разнообразии вариантов наступления окажется истинным.
Хантер не мог сдержать улыбки, когда думал о ней.
А думал он о ней постоянно, ему необходимо было ее видеть.
И потому, как только стабилизировалась обстановка в Варсаре, Хантер отправился порталом в собственную ставку.
Глава 17
Обстановка в штабе была довольно суматошная. С одной стороны — всеобщий подъем, радость, первая победа за долгое время. Отбили оккупированный врагом приграничный город. По этому поводу донесения летели во все концы, все носились как наскипидаренные, в офицерском собрании готовились к праздничному банкету в честь первой победы.
Но это же создавало невероятную суету.
С точки зрения его высокопревосходительства Мердинора, ситуация вообще была адская. Ему мешали работать, у него голова шла кругом. Моментами он даже начинал испытывать к Хантеру нечто вроде сочувствия. Потому что в таких условиях ловить шпиона было просто невозможно.
Поэтому он орал на своих порученцев и был еще более желчен, чем обычно. Что касается генерала Морли, то с ним у Мердинора взаимодействие совершенно не сложилось. Ибо Морли был заносчив, претенциозен и не менее язвителен, чем он сам.
Достаточно было вспомнить, какую отповедь Морли выдал, когда он просто поинтересовался:
— Кстати, а как там наша прелестная леди Эжени?
Ну еще бы, ведь перед этим он лестно отозвался о Хантере. Морли прямо перекосило от зависти и ревности, он вызывающе на него уставился и язвительно процедил:
— Милорд, чем объясняется этот ваш настойчивый интерес?