Екатерина Кариди – Попаданка под прикрытием, или Невеста для генерала (страница 24)
Женя не хотела отсиживаться в этом тайнике. Когда генерал привел ее туда, готова была бежать обратно. И первое время, оставшись за закрытой дверью с этим бледным и заикающимся поручиком Малошем, никак не могла успокоиться.
Она же знала, что генерал полезет в гущу боя, а у него полно врагов!
Прятаться здесь, пока он будет там один⁈
Смириться с этим было безумно трудно.
Она ходила взад-вперед по комнате, приглядываясь к отделке стен и гадая: может, тут есть еще один выход? Нет, ну правда, должен же быть еще один выход?
— Л-леди Эжени, — подал голос заикающийся Малош. — П-присядьте.
— Спасибо, — буркнула она. — Я пешком постою.
И продолжила ходить по комнате.
Привставший было поручик Малош снова уселся на кушетку с таким видом, будто ждал чего-то. А она перестала его замечать. Есть же такие люди, о существовании которых забываешь почти сразу. Тем более что ее мысли были заняты совсем другим.
Все произошло так стремительно, она еще не отошла от ситуации в лекарской части и была уверена, что там должны быть еще улики. А высокоталантливые люди генерала (при всем ее уважении к штабным работникам) их просто не заметят. Потому что у них нет земного опыта. Кстати, она вдруг подумала, что у того шпиона, что орудует здесь, опыт земных спецслужб точно имеется.
Эта мысль пронеслась мельком, она отложила ее на потом, следовало еще придумать, под каким соусом озвучить это генералу. Ох, а стоило подумать про генерала, она опять готова была затопать с досады и совершенно по-девичьи разрыдаться.
Ушел. А ее тут одну бросил. И вообще, как он там⁈
И вдруг ЕГО голос:
— Эжени!
Дверь открылась, и вошел он, генерал Хантер. И только он вошел, Женя кинулась ему на шею. Это произошло спонтанно, потом она, конечно, опомнилась, но Хантер ее не выпустил. Прижал к себе крепко-крепко.
— Эжени, — прошептал у самых ее губ, жадно и быстро поцеловал.
Потом отстранился, поставил ее на пол, секунду вглядывался в ее лицо, после проговорил, обращаясь к Малошу:
— Поручик, отвечаете за леди головой.
— Есть! Так точно! — вытянулся тот.
Хангтер не смотрел на него, он смотрел Жене в глаза, а у нее мозгах разливался самый настоящий розовый сироп. Наконец он сказал:
— Мне пора. Наступление начато.
Ох, у нее оборвалось сердце. Но в его глазах было столько уверенности и огня, что она смогла только выдохнуть:
— Будь осторожен!
— Буду, моя леди, — широкая мужская улыбка, самоуверенная, чуть кривоватая.
Один горячий миг, короткий, словно удар сердца, потом он обронил:
— Все. Теперь ушел.
Дверь за ним закрылась, а Женя еще некоторое время так и пребывала в сиропном размягчении мозгов. И так и стояла, прикрыв губы кончиками пальцев и чувствуя, как на лицо неконтролируемо наползает улыбка. Ну глупо же, но так романтично… «Моя леди».
Она так и стояла, глядя на закрытую дверь, потом обернулась и прошла в комнату.
Поручик Малош то сидел на кушетке, а тут встал. Женя мельком отметила про себя, что у него изменился взгляд, сделался острее. И в его позе теперь читалось напряжение, словно он к чему-то прислушивался. Но ей было не до того.
Она пыталась вычислить, сколько времени будет продолжаться это бесцельное сидение здесь. И в следующий раз она точно не собиралась соглашаться сидеть здесь и сходить с ума от безделья. Пусть Хантер берет ее с собой!
Неожиданно раздался легкий скрип и стала приоткрываться дверь…
Штаб сейчас гудел, словно гнездо шершней. Во все стороны летели приказы. Формировались и перебрасывались подразделения.
Обстановка была накаленная, и усугублялось все тем, что в штабе присутствовал Мердинор. Мимо главы имперского управления контрразведки не проходило ничто. Каждый приказ, каждое движение должно было иметь четкое объяснение.
Поскольку в отсутствие генерала Хантера, командовавшего сейчас прорывом на юго-западном направлении, руководил всем этим Морли, именно ему достались все прелести общения со столичным проверяющим.
Морли был опытный вояка, продуманный и амбициозный. В силу определенных обстоятельств его карьера складывалась не так, как ему хотелось, поэтому генерал Морли считал себя недооцененным.
Это положение, когда он вынужден был служить в экспедиционном корпусе начальником штаба и подчиняться Хантеру, мальчишке, родившемуся с золотой ложкой во рту, его раздражало. А Мердинор только подливал масла в огонь своими едкими замечаниями. Надо ли удивляться, что после нескольких минут общения Морли уже был зол как сто чертей.
Но было и другое.
Когда он хотя бы немного разбросал дела и смог перенаправить неуемную энергию разнообразных порученцев, прибывших вместе со столичным проверяющим, на то, зачем их сюда отправили, — в смысле на поиски шпиона вражеского государства, — Морли собирался уделить внимание девице.
Отсутствие Хантера сейчас было весьма кстати. Морли давно планировал лично заняться этой леди Эжени, возникшей ниоткуда. Однако ему мешал Мердинор, его нужно было устранить. Это оказалось не так уж сложно, достаточно было подать ему идею порыться в личном архиве Хантера, пока его нет. Главу контрразведки долго уговаривать не пришлось.
А Морли наконец получил свободу действий.
В тайник он вошел со всеми предосторожностями. Действовать надо было быстро, в его распоряжении было не больше минуты. Морли бесшумно двинулся по коридору.
Дверное полотно плавно, как в замедленной съемке, двинулось, открывая проем. А Женя застыла, глядя на это расширенными глазами.
Вернулся Хантер? Но ведь он только что ушел. И его стремительные шаги она узнала бы сразу. А тут тишина, нарушаемая только тихим скрипом, и молчание. Стало жутковато, словно за дверью опасность.
Разных триллеров за свою жизнь Женя перевидела много, и ситуация сейчас напоминала триллер один в один. А учитывая то, что в лагере совсем недавно произошло два убийства, единственная мысль, что пришла Жене в голову, — если это не генерал, значит…
А дверь открылась чуточку шире.
Кажется, сейчас она узнает, кто же на самом деле этот шпион!
К сожалению, узнать это так и не удалось. В тот момент ее накрыло темнотой.
Глава 15
Разумеется, Мердинор был направлен в этот экспедиционный корпус не просто так. Глава имперской контрразведки терпеть не мог покидать пределы своего любимого управления. И если только выходил куда-то, то разве только в подвалы управления дознания. Но так как они тоже были в его ведомстве, то фактически он не покидал здания.
Мердинор имел огромный опыт работы и был прекрасным аналитиком. В «поле» выезжал крайне редко. Чтобы составить картину, ему достаточно было информации, которую он получал от своих агентов.
Сейчас случай был особый.
Начать бы следовало с того, что Хантер не просто армейский генерал, каких много. Ладно, допустим, столь талантливых, да еще в таком молодом возрасте, единицы за всю историю. Но он близкий родственник императора, сын его двоюродной сестры, герцогини Хантер, урожденной Дрэйгон-Блэйк. А при дворе сейчас нестабильно, набирает силу подпольная оппозиция. У императора хватает внутренних проблем, а тут еще эта угроза власти.
В свете этого постоянные мелкие неудачи на фронте уже преподносятся как предательство. Мишенью является сам Хантер, которому вменяют в вину неспособность определить, откуда происходит утечка информации. Все это пока еще неявно, одиночные шутки в гостиных. Но генерал Хантер — ставленник императора, и все, что бросает тень на него, бросает тень и на императора.
Если не пресечь в корне, об этом станут кричать на каждом углу.
Миссия у главы контрразведки была такая скользкая, что просто не позавидуешь. К тому же, когда он сам оказался здесь, не только ничего не добился в первые часы, как рассчитывал, но завяз в этом всем еще больше. Честное слово! Он никогда не думал, что скажет такое, но лучше бы он сейчас был на передовой! Там, во всяком случае, все честно.
Вместо этого Мердинор сидел в штабе и уже успел дважды просканировать секретную личную переписку Хантера. Ничего не нашел криминального, кроме того, что тот заказал для девицы новый гардероб.
А эта девица. Эта леди Эжени.
Генерал-полковник Мердинор кашлянул и оттянул ворот.
Хороша, чертовка, эти рыжие волосы, молочно-белая кожа и веснушки. А как умна, наблюдательна и находчива! Подумать только — искать кошку! Трудно было упрекнуть Хантера в том, что увлекся этой девицей. Ибо не увлечься ею невозможно.
Такую бы девицу к нему в управление контрразведки агентом, у него бы…
В конце концов его высокопревосходительство Мердинор устало покосился на закрытые двери секретной комнаты и подумал, что, похоже, застрял здесь надолго. От этого ему ужасно захотелось выпить. А нужно было еще проконтролировать агентов, работавших по следу в лекарской части.
Кроме того, найти генерала Морли и узнать наконец, как продвигаются дела на передовой. Он запер кабинет и двинулся в секретную комнату. Начальник штаба попался ему у входа. Мердинор оглядел его с головы до ног и желчно осведомился:
— Генерал Морли, где вас, черт побери, носит?
Отвратительное настроение было у обоих. Только Мердинор, как проверяющий, мог демонстрировать это открыто, а начальнику штаба приходилось терпеть и изображать служебное рвение. Но Морли вовсе не расположен был работать мальчиком для битья. Ему давно уже чертовски надоело ходить на вторых ролях.