Екатерина Каблукова – Три желания Джорджианы (страница 8)

– Милорд, – невысокий худой человек в черном костюме шагнул вперед. По его манере держаться Джорджи поняла, что это дворецкий. – От имени всех слуг позвольте поздравить вас и ее светлость с бракосочетанием и пожелать вам всего самого лучшего.

Стоявшая рядом с ним пухлощекая женщина в черном платье и кружевном чепце, из-под которого выбивались седые локоны, наверняка это была экономка, закивала:

– Поздравляем, ваше сиятельство. Процветания вам!

– Ведь процветание хозяев означает и процветание слуг, не так ли, миссис Гроув? – откликнулся граф.

Он тоже улыбался, правда, несколько устало.

– Именно так, милорд, – дворецкий еще раз поклонился. – Прикажете подать ужин?

Эстли повернулся и задумчиво посмотрел на Джорджиану. При упоминании о еде рот наполнился слюной, но это означало сидеть в столовой и поддерживать вежливую беседу. На это сил уже не оставалось, поэтому девушка покачала головой:

– Я не голодна.

На губах графа мелькнула понимающая улыбка.

– Миледи устала, дорога была тяжелой, думаю, мы поужинаем в спальне, – пояснил он слугам. – Проводите графиню в ее покои и принесите туда вещи.

– Да, милорд, – экономка полоснула взглядом по горничным. – Бетси!

Одна из горничных, миловидная темноволосая особа, выступила вперед.

– Следуйте за мной, миледи, – прощебетала она, торжествующе глядя на остальных, и начала чинно подниматься по лестнице.

Джорджиана послушно пошла за ней. Слишком уставшая, чтобы рассматривать дом, она все равно заметила, что Эстли-мэнор, несмотря на древнее происхождение, мало походит на родовые дома аристократов, коих она видела предостаточно. Удобные ступени деревянной лестницы, свежевыкрашенные стены и современная мебель в холле – все свидетельствовало о недавней реновации. Интересно, как к этому отнесся сам дом? Джорджи не сомневалась, что особняк живой. Правда, перила под ладонью не проявляли никаких признаков жизни. Ни тепла, ни заноз, ни пакостей. Эстли-мэнор просто проигнорировал новую хозяйку. От стен второго этажа веяло холодом, словно Джорджи находилась в склепе. По спине пробежал озноб. Девушка поежилась и обхватила себя руками.

– Скажи, этот дом… он ведь живой? – поинтересовалась она у горничной. Та повернулась и пожала плечами:

– Да кто ж его знает. Но при мне никаких хулиганств не было.

Как правило, после этих слов живой дом непременно бы возмутился: половицы бы скрипнули, какой-нибудь гвоздь выскочил, чтобы порвать платье, а дверь ударила бы по спине, но ничего не произошло. Особняк безмолвствовал, но все же Джорджиана чувствовала, что у него есть душа.

Бетси тем временем открыла дверь и отступила, давая хозяйке пройти вперед.

Девушка переступила порог и огляделась.

Хоть огонь и весело трещал в камине, облицованном розовым мрамором, а полы блестели от мастики, в комнатах все еще ощущалась промозглая сырость, свойственная помещениям, в которых долго никто не жил, а в воздухе витал запах воска для полировки дерева. К тому же спальня была абсолютно безликой: молочно-белые стены, алый ковер, края которого все еще сгибались, поскольку он слишком долго пролежал свернутым, полосатые бело-красные занавеси на окнах и такой же балдахин над огромной кроватью из красного дерева. Из этого же дерева была изготовлена и остальная мебель: прикроватная тумбочка, туалетный столик, шкаф. Все было куплено совсем недавно и не успело обрести царапины, свойственные тем предметам, которыми пользуются ежедневно.

– Сколько эти комнаты простояли закрытыми? – поинтересовалась Джорджиана, скидывая плащ и снимая перчатки.

Горничная смутилась:

– Миледи, вы не подумайте, мы как узнали…

Девушка подняла руку, обрывая дальнейшие словоизлияния:

– Я не упрекаю… так сколько?

– Ну… да как особняк восстановили…

– Восстановили? – Джорджиана нахмурилась.

– Дом же горел, – настал черед Бетси с недоумением смотреть на хозяйку. – Его сиятельство не рассказал вам?

Джорджиана прикусила губу, понимая, что ступает на зыбкую почву. Если сейчас она признается, что почти ничего не знает о муже, то среди слуг поползут слухи. Хотя скоро ее имя и так будут трепать на каждом углу.

– Граф не любит об этом вспоминать, – уклончиво отозвалась она.

К ее удивлению, горничная сочувственно закивала:

– Оно и понятно: кто захочет вспоминать смерть родителей.

– Они погибли при пожаре? – Джорджи понимала, что сплетничает со служанкой, но желание выяснить хоть что-то о человеке, который стал ее мужем возобладало над воспитанием.

– Да, старый граф кинулся спасать жену, и оба погибли, – горничная вздохнула. – Печальная история…

– Давно это было?

Бетси задумалась, пытаясь вспомнить:

– Почитай лет десять как… или двенадцать. Это вам лучше у миссис Гроув спросить. Миссис Гроув – это экономка, а раньше была личной горничной ее сиятельства.

Джорджиана кивнула. Слова Бетси напомнили ей, что у нее нет личной горничной. Дейзи вышла замуж за слугу Берти и уехала, а сама Джорджиана не успела подобрать себе новую.

– Миледи желает что-то еще? – осведомилась Бетси.

Девушка задумчиво посмотрела на служанку. Не слишком молодая, долговязая, в веснушках, не слишком красивая. Открытое лицо и честный взгляд свидетельствовали в ее пользу, скорее всего, такая не станет сплетничать почем зря.

– Бетси, кажется, тебя так зовут? – Джорджиана чуть наклонила голову.

– Да, миледи, – горничная насторожилась, гадая, что сейчас последует.

– Что ты умеешь, помимо уборки комнат?

– Ну… – Бетси заколебалась, а потом призналась: – Немного, миледи: стирать, гладить, шить…

– А прически?

– Только простые, – служанка потупилась, но сразу же вскинула голову, прекрасно понимая, куда дует ветер: – Поверьте, я быстро учусь!

– Ладно, – кивнула Джорджиана. – Я сделаю тебя личной горничной, но учти, не справишься или начнешь сплетничать обо мне…

Она многозначительно замолчала.

– Справлюсь! Создатель в помощь, я справлюсь! И сплетничать не стану! Да они ни словечка от меня не услышат! – оживилась служанка.

Она засуетилась, не зная, не то кинуться в ноги новой хозяйке, чтобы благодарить за доверие, не то остаться на своем месте, чтобы не злить ее.

– Ступай и проследи за моими вещами, пусть их поднимут сюда, – Джорджиана легко решила дилемму, возникшую в голове горничной. – И скажи, чтобы мне принесли ужин!

– Вы будете ужинать одна? – охнула Бетси.

Девушка строго взглянула на нее:

– Больше всего в слугах я ценю их такт. Так что будем считать, что я не слышала этого вопроса.

– Да, миледи, – покраснев, Бетси вышла, а Джорджиана присела в полосатое кресло у камина, размышляя, что делать дальше.

События развивались слишком стремительно, и голова шла кругом. Вдобавок она безумно устала, и если бы не мысли о скором ужине, то давно бы задремала у теплого очага. Глаза предательски слипались. Желая хоть немного взбодриться, Джорджи встала и прошлась по комнате. Половицы тихо скрипнули. Девушка нахмурилась.

– Ты все-таки живой? – она подошла и снова коснулась ладонью стены. Ледяной холод. Глубоко вздохнув, Джорджи прикрыла глаза. Толстый слой штукатурки, которым были покрыты древние стены расступился перед ее мысленным взором, серая твердь тесаного камня вздрогнула, по кладке пробежали искры, а потом все снова застыло, не давая проникнуть дальше.

– Ой! – это произошло так резко, что у Джорджи перехватило дыхание. Она открыла глаза.

– Вот как? – пробормотала девушка. – Значит, тебя обидели?

Дом молчал.

– Может, расскажешь мне, как все было?

Снова тишина, но Джорджи знала, что особняк не умер, просто затих, затаился, как дикое животное, зализывающее раны. Надо было обязательно разобраться с этим, но позже, сейчас она слишком устала и проголодалась.

Будто в ответ ее мыслям, Бетси вошла в комнату, держа в руках поднос с едой, от запаха которой рот наполнился слюной. Джорджи пришлось собрать всю силу воли, чтобы не накинуться на аппетитный кусок свинины, который красовался на тарелке. Она с трудом дождалась, пока горничная поставит поднос на невысокий столик у камина и медленно взяла вилку. Поглощенная процессом принятия пищи, девушка пропустила момент, когда принесли ее вещи, и Бетси начала раскладывать их.

– Странно, что у вас так мало нарядов, миледи, – вздохнула служанка.

Джорджи поморщилась, понимая, что не в состоянии придумать правдоподобный ответ.