Екатерина Исавнина – Шепот Прошлого: Пропавшая наследница. Часть 1 (страница 8)

С наступлением темноты все жители деревни собрались у дома знахарки и подожгли её избу. Марфе чудом удалось спастись, отделавшись испугом и шрамом на обгоревшей щеке. После принесения жертвы ребенок не ожил, и родители похоронили его. Но Марфа, повинуясь чутью, которое веками жгло вены их предков, решила раскопать могилу ребенка, что и сделала буквально сразу после похорон. Она сбежала в глубь леса с чужим ребенком на руках и, отстроив землянку, стала ждать. Через какое-то время ребенок действительно проснулся. Знахарка воспитывала его как собственного сына, передавая ему опыт всего своего рода и обучая жизни с его болезнью. Спустя десятки лет знахарки не стало. Умерев, она оставила юношу одного. Он не перестал сторониться жителей деревни, помня страшную историю своего детства и её гонения. Единение юноши с природой и его любовь к животным послужили выбору Богов. Ему была дарована сила, использовать которую он мог только во благо…

Дослушать историю до конца Илария так и не смогла. Словно зная, что её внимание рассеяно, Эвен отчаянно тряс её за плечи, заставляя вернуться в реальность, под ритмичное журчание воды и мягкий шёпот листвы.

– Нас заметили! Идём же! – произнёс он с тревогой, его голос прерывался от волнения.

Убедившись, что Илария наконец обратила на него внимание, Эвен хотел было бежать, но оказалось, что уже слишком поздно. Рядом с Скаем и Габриэлем стоял мужчина в строгой форме охранника, и его напряжённые жесты говорили о том, что он что-то им объяснял. Глядя на это, Эвен тяжело вздохнул и медленно пошёл в их сторону, его сердце колотилось.

– … никакой ответственности, а ведь уже такие взрослые… – слышал он слова охранника, чьи серьёзные черты лица были обрамлены густыми тенями от листвы.

– Привет, Пап, – настороженно произнёс Эвен, стараясь не смотреть на друзей, его голос дрожал от напряжения.

Возможно, другой отец в такой ситуации накричал бы на своего сына, но не Филип Бойд. Несмотря на серьёзное выражение лица, при виде сына морщинки в уголках глаз отца стали заметнее.

– Привет, сынок. Как дела дома? Как мама? – его голос звучал мягко, но с ноткой строгости, словно он испытывал желание оградить сына от бед.

– Хорошо, пап. Мама дома, тетради проверяла… – ответил Эвен, и его голос дрожал, как ветвь под лёгким ветерком.

– Понятно… Эвен, ответь мне на один вопрос. Что вы тут делаете? – голос отца стал более настойчивым, он прищурил глаза, стараясь вникнуть в ситуацию.

Эвен нерешительно признался:

– Мы хотели погулять где-нибудь и решили зайти сюда.

– Это хорошо, что ты честно ответил мне, Эвен, поэтому я не буду тебя наказывать. Но впредь, если вы с друзьями захотите сюда прийти, спроси сначала у меня. Ты понял? – Филип Бойд смотрел на сына с ожиданием.

Мальчишка виновато отвёл глаза в сторону, не желая встречаться взглядом с отцом, его сердце сжалось.

– Да, пап…

– А насчёт твоих друзей, – Филип Бойд перевёл взгляд на остальных ребят, – мне придётся связаться с их родителями.

Услышав это, Габриэль занервничал. Подбежав к охраннику, он, не отводя взгляда от Эвена, несмело произнёс:

– Сэр, вы не могли бы не говорить моему отцу? Думаю, ему не понравится, когда он узнает, что охранник не справляется с своей работой. Если вы согласны, то и мы будем молчать о том, что были здесь. Ведь так?

Ничего не понимающие ребята закивали.

Никто из них не хотел лишних разговоров с родителями.

По лицу Филипа Бойда пробежало удивление и смятение. Мало кто готов услышать такие слова от мальчишки. Подумав пару секунд, он всё же согласился.

– Хорошо. Я не буду звонить родителям. Пусть всё остаётся между нами, но при условии, что этого никогда больше не произойдёт.

Ребята разом согласились, как если бы свершили важный ритуал. Им хотелось поскорее убраться из этого места. Отец Эвена не на шутку напугал их, застал врасплох. И если бы мать Габриэля узнала, где он находится, мальчишке пришлось бы несладко.

Они вышли с территории санатория через главный вход. Яркие лучи солнца ослепили их, и свежий воздух, пропитанный запахом хвои и влажной земли, ворвался в лёгкие. Отец Эвена, обеспокоенный тем, чтобы никто из посторонних не заметил детей, самолично проводил ребят к выходу.

В этом большом селе такая скрытность – нередкое явление. Пока дети не достигнут совершеннолетия, никому из них не разрешалось показываться на глаза приезжим. Это было самое главное правило устава села. И хотя никаких карательных мер при нарушении канона не было, родители своё чадо наказывали по всей строгости.

– Нууу, – раздражённо протянул Скай, его брови сдвинулись в недовольной гримасе. – И куда мы теперь пойдём? Домой не хочется, в санаторий вход закрыт, а вне «Скалистого водопада» гулять нельзя.

Илария, с её бесшабашным характером, старалась не отставать от ребят с самого первого дня знакомства. Вдохновлённая услышанной историей, она произнесла:

– Моя бабушка рассказывала, что в нашем лесу до сих пор стоит домик, где жил дитя природы!

Скай и Габриэль оживились. Их взгляды, ранее потухшие, теперь горели любопытством. Для них тема сил и способностей всегда была на первом месте, поэтому Илария даже не сомневалась, что её слова вызовут бурю положительных эмоций. Но Эвен, казалось, был не в восторге. Он вздохнул с усталостью, как будто у него уже не осталось сил на споры, и уставился на свои кроссовки.

– Ты серьёзно? – недоверчиво спросил Скай, приподняв бровь.

Девочка энергично закивала головой. Вижу восхищение в глазах ребят, она не смогла удержаться от соблазна предложить затею, которая давно крутится у неё в голове.

– Она говорила, что это недалеко. Можно попробовать найти!

– Плохая идея, – Эвен отрицательно покачал головой. – Нам и так сегодня чуть не досталось.

– Да нормально же всё! Пошли! – настаивал Скай, его голос звенел от энтузиазма.

– Нет, вы как хотите, но я не пойду, – категорично ответил Эвен, скрестив руки на груди. В его взгляде читалась решимость. Ребята пытались уговорить его, но он оставался непреклонным, пока Скай, в своей обычной манере, не начал стыдить друга.

– Да он просто трусит, – обратился Скай к Габриэлю, хмуря брови. – Наверное, его действительно не стоит брать. Будет ныть всю дорогу, как девчонка.

При этом он даже не изменился в лице, а шутливый тон был пронизан желанием задеть.

– Да у него уже поджилки трясутся! – подхватил Габриэль, бросив на Эвена насмешливый взгляд.

Сказанное не задело Эвена, но что-то в его спокойном и грустном лице изменилось. Он молчал, обдумывая.

Наконец, украдкой взглянув на Иларию, он произнёс:

– Хорошо, я иду. Но к вечеру нужно вернуться.

Скай и Габриэль ликовали, будто выиграли важную битву. Их радость разлилась по лицам, они не смогли сдержать улыбки.

Через лес их повела Илария. Часто она задумчиво чесала затылок и, видно убедившись в своих же догадках, сообщала в какую сторону идти дальше. Маленьким пальчиком она показывала направление и с видом первопроходца упрямо шла вперёд. Наткнувшись на большое старое дерево, окружённое множеством деревьев меньшего размера, девочка остановилась.

Оглядевшись по сторонам, она шёпотом произнесла:

– Это где-то здесь.

– Мы пришли? – спросил Скай, присаживаясь у ствола одного из деревьев.

– Надеюсь, это так, – промямлил Эвен, его голос звучал устало. – Мы уже далеко от дома.

Ребята изрядно вымотались. В начале пути Скай и Габриэль, переполненные предвкушением грандиозного открытия, бодро шли за Иларией. Мальчики шутливо погоняли девочку, словно натравливая её на желанную добычу. Эвен, однако, испытывал беспокойство из-за решения друзей никак не мог расслабиться и плёлся последним, замыкая цепочку.

Сначала они шли по тропинке, которая привела к ручью. Затем поднялись по склону, огибая повалившиеся на бок крыши заброшенных изб – остатки одного из старых поселений. Дальше путь стал однообразным, заполнённым камнями, которые встречались всё чаще. Сейчас, полон беспокойства, Эвен поглядывал по сторонам, стараясь запомнить дорогу, которой они пришли.

– Боишься? – ехидно рассмеялся Скай, глядя на Эвена.

– Не то чтобы страшно, просто мы зашли слишком далеко. Мы можем заблудиться.

– Да не переживай, – ободряюще похлопал Габриэль друга по плечу. – Нас привела Илария. Да и к тому же, у каждого из нас есть дух. Как-нибудь выберемся!

Скай продолжал улыбаться, энергично кивая головой, мол, «что может произойти?».

– А «дикие»? – коротко спросил Эвен.

Его слова словно разрезали воздух. Ребята замерли, обменявшись немыми взглядами, полными нарастающего страха. Наступившая тишина давила на уши, пока Скай не разразился громким смехом.

– Да вы что, серьёзно? Они-то? Тут? – произнёс он. – Да они и близко не подойдут!

Отец Ская был главным в патрульной службе. Он занимался не только раскрытием преступлений, но и отбором и обучением одарённых ребят, которые очищали ближайшие территории от «диких». Каждый раз, когда глава семейства возвращался домой, он делился с женой и детьми историями о столкновениях, которые имели место в тот день. Мальчик просто пылал уверенностью в своей правоте.

– Ну так мы пришли или нет? – резко перевёл разговор Скай.

– Да… Да, – неуверенно ответила Илария, указав пальцем на высокое дерево с мощным стволом, плотно обступлённое кустарниками.