Екатерина Ильинская – Верлийская академия магии. Звезда погибели (страница 9)
– А вот и надо! – Нейна схватила свой поднос и бросилась вдогонку, решив не оставлять за ним последнее слово. – Я даже сферу смерти могу создать.
– Ты бесконечно крута, кто бы спорил, – подносы звякнули о стол приёма грязной посуды. – Страх и ужас Верлийской академии магии.
– Я не стра… – Нейна начала было спорить, но засмеялась, когда поняла, что её просто подкалывают.
– Улыбка тебе идёт, – подмигнул Эддерли. – Давай отдам сейчас реферат, а то потом могу не успеть, – и пошёл вперёд.
– Как тебя сестра терпит? – Нейна поравнялась с ним и пошла рядом. Это оказалось… приятно. Совсем не так, как во время поисков её комнаты, когда приходилось тащиться следом, проклиная всё на свете и ненавидя всех вокруг. Сейчас, наоборот, возникло чувство безопасности. Первый раз со дня смерти матери.
– Да примерно так же, как ты: то смеётся, то обижается. Сейчас вот не разговариваем, потому что Шелли считает, что я лезу в её личную жизнь.
– А ты лезешь? – вообще легко представлялось, как Эддерли раздаёт советы и раздражает уверенностью в своей правоте.
– А я лезу. Потому что знаю лучше. – Они поднялись по лестнице на третий этаж и начали плутать по лабиринту коридоров.
– Откуда ты знаешь, что для неё лучше?! – Возмутительное заявление заставило вступиться за незнакомую девушку. Сейчас Нейна ей сочувствовала, а не завидовала.
Тейлор тяжело вздохнул и не стал отвечать. Кажется, именно таким образом проходили все братско-сестринские разговоры, и Нейна прикусила язык. Всё-таки это было не её дело. К счастью, они как раз дошли до нужной комнаты, и щелчок двери нарушил неловкую тишину.
– Зайдёшь? – Тейлор выглядел мрачным, но пытался оказывать гостеприимство. Заглянуть к нему было любопытно, но чувствовалось, что неловкость только возрастёт, когда они окажутся в одном помещении, поэтому Нейна помотала головой, пробормотав, что подождёт снаружи.
Эддерли скрылся в комнате, а она стала разглядывать коридор, который ничем не отличался от других таких же. Из-за приоткрытой двери доносилась тихая ругань, шелест страниц, грохот от падения книг. Нейна повернулась на звук и заметила табличку.
«Тейлор Эддерли, адепт четвёртого курса, факультет огня. Кубок за первое место в 70-х соревнованиях факультетов (второй курс). Кубок за первое место в 71-х соревнованиях факультетов (третий курс). Благодарность за вклад в разработку заклинания огненной плети. Медаль за боевые заслуги (Красная пустыня, Мёртвая долина, 3454 г.). Императорская милость (Верлия, 3454 г.)».
– Нашёл, – Тейлор помахал перед носом свитком с рефератом, отвлекая Нейну от бесконечного перечитывания данных на табличке.
– А-а-а, это?.. – Слов не нашлось, поэтому она ткнула пальцем в надписи. Как можно было говорить о своей неспособности защищать после всего перечисленного на двери?
– Случайно повезло, – буркнул Тейлор, впихнул Нейне в руки свиток и специально встал так, чтобы закрыть табличку.
– Но там же… – Она вытянула шею, чтобы ещё раз увидеть надпись.
– Не важно, – Тейлор сдвинулся в сторону, снова закрывая обзор. – На бумаге это выглядит красивее, чем в действительности.
– Теперь понятно, за что тебя девушки любят, – вспомнила она слова Джеймса об адептках, павших к ногам огневика. Брови Эддерли взлетели вверх, и Нейна вдруг сообразила, что и кому говорит. Кровь прилила к щекам. Захотелось закрыть лицо руками и закричать. Или провалиться сквозь пол, желательно прямо к себе в комнату, и там орать в подушку. Демоны, Всегосподь, кто-нибудь, вырвите у неё язык!
Тейлор рассмеялся. Но не обидно, а мягко, по-дружески.
– Не думал, что до первокурсниц так быстро доходят сплетни. Многое изменилось, Нейна. Пойдём, провожу до твоего этажа, мне нужно в главный корпус, – она кивнула, но так и не решилась поднять на него глаза.
Всегосподь, Тейлор же не подумал, что она в него влюбилась? Только не это! Сердце продолжало лихорадочно стучать в груди, словно хотело выйти вон и покинуть нерадивую хозяйку. Была бы возможность, Нейна тоже рванула от этого стыда и позора, но побег виделся ещё более унизительным, чем идти рядом с Эддерли и мечтать, чтобы коридоры, наконец, закончились.
– Я ничего не подумал, – первым прервал затянувшееся молчание Тейлор.
– Я ничего не говорила, – невнятно ответила Нейна.
– Ты так громко думаешь, что аж буквы на лбу проступили.
– Ничего не… – рука рефлекторно взметнулась ко лбу, чтобы стереть иллюзию, но на полпути остановилась. И хоть Нейна опять попалась, она была благодарна за эту фразу, разрядившую атмосферу.– Ах, ты, – она дружески пихнула его в плечо, надеясь, что и он улыбнётся. Но Тейлор болезненно поморщился. – Прости, я не…
– Всё нормально, – поспешно оборвал её Эддерли, явно не желая продолжать тему.
К счастью (или наоборот) показалась лестница. Идти в комнату не хотелось, но и оставаться в обществе огневика было невыносимо – вполне реальным представлялось умереть от смущения. Да и повода продолжить разговор не нашлось. Так ничего и не придумав, Нейна просто махнула ему рукой и отправилась к себе делать домашнюю работу и готовиться к факультативу.
Свиток с рефератом Тейлора оказался весьма интересным, а главное, там использовалась вся необходимая дополнительная литература. Списывать, конечно, было плохо, но и терять время на то, чтобы угодить историку, не хотелось. Она тут максимум до зимней сессии, так что об оценках можно было не беспокоиться.
Сев за стол, Нейна заскрипела пером по бумаге. Самостоятельно дописать пришлось только фрагмент с бесконтрольным выплеском тёмного дара, который истончил защиту мира. Тогда полчища нечисти хлынули на людские земли из портала в Бездну, открывшегося в Красной пустыне, которая тогда была вполне благополучным сельскохозяйственным районом империи.
«Именно масштабы произошедшей трагедии и многочисленные жертвы послужили причиной принятия решения об учреждении процедуры контроля дара, в рамках которого сравнивается объём доступных магических сил и ёмкость нервной системы носителя, то есть способности человека этим даром управлять.
В процедуру также входит посвящение мага тому или иному направлению, то есть привязка к выбранной стихии, которая помогает в освоении специализированных заклинаний и, таким образом, снижает затраты психики на взаимодействие с силой».
В этом-то и была проблема, психика Нейны не справлялась с сокрытой внутри разрушительной энергией. Она могла вызвать мощную сферу смерти, но не призвать щелчком перо. Могла поджечь всё вокруг, но свечу зажигала только кресалом-артефактом. А при спонтанном выбросе три месяца назад чудом не выгорел целый лес. Сила ощущалась топором, слишком тяжёлым для слабых рук – того и гляди на ногу уронишь или себе же по лбу заедешь. Единственной реальной защитой для Нейны был только Март.
Вот и сейчас, почувствовав настроение хозяйки, он положил голову ей на колени, позволив тонким пальцам зарыться в едва ощутимую призрачную шерсть и перебирать, пока печаль и тревоги не уйдут. Это действие всегда успокаивало Нейну, и даже давление дара становилось посильным, переносимым, внушало надежду, что она найдёт ответы на вопросы, научится управлять своим демоническим огнём и просто… найдёт отца.
Вздохнув последний раз, она благодарно чмокнула волка в нос и вернулась к реферату.
Глава 5
Ко времени начала факультатива домашняя работа была доделана, а половина учебника по истории магии прочитана – это оказалось неожиданно интересно и совсем не так сухо и скупо, как рассказывала мама. Книгу с сожалением пришлось отложить, взять сумку и идти на занятия. Маловероятно, но вдруг уже сегодня удастся что-нибудь узнать про вызов демона.
По пути Нейна репетировала вступительную речь о том, что не будет называть отца-экзорциста отцом, и пыталась предугадать реакцию. Сразу выгонит? Отнесётся с пониманием? Отправит к куратору? Как бы то ни было, отступать от своего намерения она не собиралась. Всю жизнь росла без отца и даже в словесной форме обретать его не желала. Кто её родитель, мать сказала перед смертью, и поверить в это было трудно, но иначе не получалось объяснить все её странности. Проговорив про себя ещё раз, что она не будет называть преподавателя по сану, девушка дёрнула ручку двери.
В аудитории ждал сюрприз: ни одного мужчины там не было. Зато была маленькая улыбчивая женщина. Серое монашеское одеяние и головной убор скрывали фигуру и цвет волос, не позволяя точно судить о возрасте, но в уголках глаз залегли морщинки.
– Добр… Э-э-э… Добрый вечер, – запнулась от неожиданности Нейна, потом вышла за дверь и посмотрела на табличку с именем. «Матушка Софи». Ну, нет! Матушка – это ещё хуже, чем отец. У неё только одна мать. Была. И никто никогда её не заменит!
– Можешь обращаться ко мне госпожа Софи, дитя, – женщина подошла тихо и с интересом взглянула на табличку, пытаясь понять, что задержало адептку, – если тебе не хочется называть меня матушкой.
– Д-да, госпожа Софи. – Нейна отмерла и обернулась к преподавательнице. – Я на факультатив.
– Я рада твоему интересу. Пойдём в класс.
В помещении горели свечи, а не привычные в академии магические шары. И это делало занятие уютным, словно не лекция вовсе, а семейные посиделки. В своем доме они с матерью часто коротали так вечера. Сердце кольнуло болью, на глаза вдруг набежали слезы, и девушка зло сморгнула их и помотала головой, отгоняя воспоминания.