Екатерина Гичко – Защитник (страница 124)
– Сперва я не поняла, что чувствую именно магию. Я была встревожена, и мне казалось, что это от плохого настроения. К тому же Викан меня немного разозлил. Но когда воздействие магии усилилось, я всё-таки смогла понять, что мной владеет не пустое волнение. Эта была странная магия, очень похожая на магию тёмных, и я решила, что во дворце находится тёмный хаги.
– И сразу же самоотверженно бросились на помощь?
– Не сразу, – Майяри невольно, сама не осознавая этого, холодно взглянула на наследника. – Когда вспомнила, что харен и господин Шидай отправились во дворец. Скажу откровенно, хайрен, если бы не это, я бы никогда не вмешалась. Так что в моём поступке очень мало героического. Я никого не знаю во дворце и не могла надеяться, что кто-то послушает меня и позволит пройти внутрь достаточно быстро. А время бежало очень стремительно. Надеюсь, никто не пострадал от моих действий?
Майяри пристально уставилась на господина Узээриша, но ответ она знала и так. Она видела каждое пятно жизни на своём пути и достаточно крепко сплавила между собой обломки, чтобы какой-то шальной камень не проломил кому-нибудь голову.
– Вы были очень аккуратны, – улыбнулся хайрен.
В дверь опять постучали, и на пороге возник Святой помощник.
– Господин Викан.
Улыбка тут же стекла с лица господина Узээриша, и её сменили злость и досада.
– Дарен! – Викан выглядел так бодро, словно и не в тюрьме ночевал. – Как я рад видеть вас в добром здравии. А тут мне птичка нащебетала, что моя обожаемая невеста повеселилась ночью. О, Майяри!
Увидев девушку, оборотень бросился к ней, и «невеста» внутренне напряглась, ожидая, что её больное тело будут мять и раскачивать, но Викан бухнулся перед ней на колени и, взяв её ладони, прижался к ним губами.
– Как чувствует себя моя прелесть? – ласково проворковал мужчина.
Майяри даже не пыталась задавить тепло, волной растёкшееся в груди. Господин Шидай успел поведать ей о глупости и самоотверженности «жениха», и она, хоть и не одобряла его действий, была благодарна.
– Господин Узээриш, я готова понести наказание за всё, что произошло. Надеюсь, вы не затаите обиду на моего жениха?
– Госпожа, я не собираюсь наказывать вас за спасение моих брата и сестры: хоть спаситель из вас бедовый, но лучше на треть разрушенный дворец, чем похороны детей. И ваш жених, – хайрен взглянул на сияющего Викана мрачно и обречённо, – тоже прощён. В очередной раз!
– Дарен, вы так милосердны!
– Не хочу даже слышать благодарность от тебя! – вспылил господин Узээриш, и Майяри удивлённо посмотрела на него.
До неё с запозданием дошло, что Викан называет наследника дареном, а тот злится на него так, словно отпрыск рода Вотых уже давно и крепко сидит у него в печёнках.
– Я рассказывал тебе? – Викан опять посмотрел на Майяри. – Я целых десять лет отслужил под командованием дарена Узээриша.
– И я очень надеялся, что мне больше никогда не придётся руководить таким… – наследник осёкся, взглянул на Майяри и продолжил вполне прилично, – охламоном.
– Дарен, я буду вечно вашим подданным!
Глаза Майяри потрясённо распахнулись. Викан знаком с хайреном! Он наверняка мог быстро провести её во дворец. Если бы… если бы знал. Сглотнув, девушка склонила голову к своим коленям и искренне извинилась:
– Мне очень жаль. Я повела себя глупо.
Узээриш, несколько увлёкшийся перепалкой с Виканом, непонимающе вскинул брови, зато «жених» широко улыбнулся.
– Да ладно тебе! Дедушке Шереху всё равно не нравилась галерея в том крыле. Он раз десять предлагал хайнесу её перестроить.
– Род Вотый, конечно же, окажет любую помощь в восстановлении дворца, – вставил Ранхаш.
– Мы справимся сами, – поспешил отказаться хайрен.
– Вот как? А я уже написал господину Шереху.
Взгляды мужчин устремились на Шидая, и тот мягко, но не слишком виновато улыбнулся.
Глава 67. Знакомство с хайнесом
Перед уходом Майяри ещё надлежало встретиться с хайнесом, чтобы лично принять его благодарность, хотя девушка с большей охотой приняла бы благодарность от хайрена или вообще бы её не приняла: снедала вина за разрушенный дворец. Это всё из-за привычки решать всё самой! Дура! И отказаться от встречи с хайнесом как-то уж совсем невежливо, особенно ввиду того, что она порушила его дом. Нужно хотя бы удостовериться, что он действительно не злится.
Из-за своего нервного расстройства – Майяри и не думала, что у повелителя Салеи такая нежная психика – хайнес не мог прийти к ней сам, поэтому девушка в сопровождении мужчин направилась в уже знакомую детскую. Викан рвался лично сопроводить её под руку, но был отважен одним ласковым взглядом дяди Шидая.
Гостиная за дверью была в том же виде, что и запомнилась Майяри по прошлой ночи. Видимо, слуги, зная о плохом самочувствии господина, старались не появляться перед ним. В глаза девушки сразу же бросился примечательный зелёный дракон, теперь лежащий на диване, и только потом высокий мужчина с длинными, до пояса, белыми волосами, неподвижно замерший в одной позе.
– Отец, пришла госпожа Амайярида. Ты хотел её видеть, – голос господина Узээриша прозвучал очень вкрадчиво, и Майяри невольно напряглась.
Хайнес был высок, крепок телом и довольно привлекателен. Особенно в длиннополом белоснежном халате на голое тело. Несмотря на головокружение, Майяри даже заинтересованно посмотрела в распахнувшийся ворот, но, опомнившись, поспешила перевести взгляд на лицо повелителя. В отличие от сына, он был чуть смуглее и глаза его сияли холодным голубым огнём, как сапфиры. Выражение лица было несколько странным, напряжённым, отчуждённым и в то же время самую малость угрожающим. До Майяри с запозданием дошло, что сейчас сознанием хайнеса владеет и его зверь, точнее птица.
Услышав шаги, мужчина медленно повернул голову. По спине девушки прошёл озноб, на какое-то мгновение ей показалось, что сейчас его голова повернётся, как у той же совы, но всё же подбородок его замер над плечом, и оборотень, не мигая, уставился на гостей. Длинные широкие его рукава шевельнулись, и Майяри едва не шарахнулась из-за почти мистического ужаса, когда увидела ещё две пары голубых глаз. Расшалившееся воображение уже нарисовало эти самые глаза на руках хайнеса, но потом девушка рассмотрела и беленькие детские личики, почти сливающиеся с белоснежным одеянием. И уже не смогла отвести от них глаз.
Впервые в жизни она видела таких хорошеньких детей. Майяри вообще никогда не встречала ребятишек, с которыми бы ей захотелось пообщаться поближе. Но тут она испытала странное стремление подойти к ним, опуститься на колени и погладить этих крох по кудрявым головам. Маленькие совятки с голубыми, любопытными и в то же время испуганными глазищами, мягкими кудрявыми волосиками и очаровательными нежными личиками. Майяри сразу поняла, кто из них мальчик, а кто девочка. Лицо юного хайрена было покруглее и пошире, а у маленькой хайрени – поуже и подбородочек казался острее.
– Доброго дня, повелитель, – господин Ранхаш слегка склонил голову. – Это моя воспитанница.
Хайнес медленно моргнул.
– Да, – несколько заторможенно ответил он, – я хотел увидеть её. Это она? – взгляд его почему-то сперва упёрся в Викана, несколько оживился, даже блеснул возмущением, и на Майяри мужчина посмотрел уже куда осознаннее.
Ей бы следовало поприветствовать его, поклониться и представиться, но девушке почему-то казалось, что лучше рта не раскрывать. Если дети хайнеса притягивали, то сам повелитель отпугивал. Очень уж явно ощущалось присутствие большой, хищной и сейчас слишком уж нервной птицы.
– Решительный взгляд, – пробормотал хайнес, смотря на Майяри почти не моргая. – Я тебя видел раньше?
Растерявшаяся девушка отрицательно мотнула головой.
– Не думаю.
– Кого-то ты мне напоминаешь… – голубые глаза слегка прищурились. – Хорошие эмоции вызываешь… значит, кто-то хороший… Откуда ты, Яри?
Это короткое, почти ласковое обращение словно выбило почву у Майяри из-под ног, и она с изумлением уставилась на хайнеса. Мысли вспорхнули бабочками, цветными, яркими и бестолковыми. Её Яри назвали. Как… как ребёнка? Это имя как-то не по-взрослому звучит.
– Я из Розыш, – едва слышно ответила девушка.
– Розыши? – хайнес по-птичьи склонил голову набок. – Это те, что сгорели? Я бывал там… я много где был. Не похожа ты на местных.
– Я… приблудыш, – нашлась Майяри. – Сама рода своего не знаю.
– А, – с пониманием коротко протянул повелитель. И Майяри показалось, что он действительно
Опять взглянув на детей, девушка рискнула поприветствовать их:
– Доброе утро, господин Зиш и госпожа Иия.
Интересно, а каковы их полные имена?
– А это мой старший ребёнок, – теперь хайнес смотрел на хайрена Узээриша, – мой Риш.
«Ребёнок» старательно улыбнулся отцу.
– Ришик, – ехидно пропел тонкий женский голос.
Из детской высунулась рыженькая головка очень хорошенькой женщины. Задорно сверкнув зелёными глазами, она, совершенно не стесняясь посторонних, показала язык хайрену. Тот тут же вскинулся и прошипел сквозь зубы:
– Не смей коверкать моё имя, пигалица!
Несмотря на возмущение, чувствовалось, что настоящей вражды между этими двумя нет, скорее уже просто противостояние, которое нередко складывается между ровесниками.