Екатерина Гераскина – Развод с драконом. Попаданка в жену генерала (страница 61)

Иногда я ловила себя на том, что просто смотрю. Смотрю на них. И не могу насытиться этим зрелищем.

Но вечно эта идиллия не могла продолжаться. Мы не могли прятаться от всех, хоть и хотелось. Дни шли — и готовился прорыв.

Аделия уже спала. Тихонько посапывала, уткнувшись в мягкую подушку, и прижав к себе игрушку, которую я смастерила для неё из тряпичных лоскутков. Её дыхание было ровным, спокойным.

Я только прикрыла дверь в её комнату, как он уже ждал меня внизу. Стоял у кухонного окна, опершись ладонями о подоконник, задумчиво глядя в тёмный сад.

— Пойдём, — тихо сказал он и поймал меня в объятия.

Я молча кивнула, почувствовав, как внутри сжимается что-то тревожное.

Он отвёл меня к камину, где ещё теплились угли. Усадил на плед у очага, сел рядом. И только тогда заговорил:

— Завтра... я должен выехать на границу.

Я повернулась к нему:

— Как же быстро идёт время…

— Прорыв... он будет через несколько дней.

Он провёл ладонью по лицу.

— Завтра сюда прилетят мои бойцы. Они будут охранять тебя и Аделию ценой собственной жизни. Ты проверишь их. Я прикажу уничтожать любого, кто приблизится к особняку.

— Я тоже много думала. И я не отпущу тебя одного. Я вижу Хаос. И я могу с ним бороться. Я буду твоими глазами.

— Это опасно, — нахмурился он.

— Всё в этом мире опасно. Но я не брошу тебя. Мы найдём няню для Аделии. Ты выставишь охрану с тем же приказом — уничтожать любого, кто появится здесь. Одержимые не пройдут.

Он прижал меня к себе. Молча. Долго.

— Я не хочу, чтобы ты снова рисковала, — прошептал он.

— А я не хочу снова терять тебя, — ответила я, уткнувшись в его грудь. — Тем более если прорыв не удастся закрыть, от мира и так ничего не останется. А я хочу, чтобы наша дочь жила в мире.

Он обнял крепче. Его пальцы зарылись в мои волосы. Ласково. Осторожно.

— У тебя есть дар. Я это знаю. Но в тот раз, когда ты исчезла, я умер. Мне невыносимо снова потерять...

— Все будет хорошо.

Я отстранилась, посмотрела ему в глаза.

— Это наша война. Война за наш мир. Я сильная, Аданат. И если я должна встать рядом с тобой — я встану.

Он кивнул.

— Но если вдруг со мной что-то случится, ты немедленно вернёшься к Аделии и скроешься. Обещай. Наследный принц поможет вам.

— Хорошо, — проговорила я.

А потом он склонился ко мне осторожно, будто боялся спугнуть. Его ладонь коснулась моей щеки. Пальцы прошлись по скуле, а потом мягко скользнули к шее.

Я затаила дыхание, сердце сбилось с ритма. Он смотрел в глаза, долго, пристально — как будто хотел запомнить каждую черту моего лица, каждую тень эмоции. И только потом, неспешно, коснулся губами моих губ.

Поцелуй был тихим. Теплым. Полным того, что невозможно было сказать вслух. Это не был жадный, страстный порыв — в нём было обещание. Остаться. Вернуться. Жить.

Я положила ладонь на его грудь, чувствуя, как ровно и мощно бьётся его сердце. Он не торопил, не требовал. Просто был рядом. Дышал со мной в унисон.

И когда он отстранился, наши лбы остались прижаты друг к другу.

Глава 55

Мы стояли на холме.

По округе раздавался низкий, нарастающий гул. Он будто просачивался сквозь землю, пробирался под кожу и отзывался в груди тяжестью. Внизу, в овраге, чернела рассечённая ткань реальности. Прорыв. Рана в мире. Из неё сочилась живая тьма — черная материя колыхалась, словно море, дрожа и вспениваясь на гребнях невидимых волн.

Там собиралась армия чужого мира.

Наша же армия уже выстроилась вдоль периметра этой бездны. Как кольцо, как последний заслон. Наши воины ощетинилась клинками и копьями, зачарованными щитами и магией. Все были  готовы к смертельной битве.

Все легионы Империи были собраны здесь. Все, кто ещё мог держать оружие. Последний бастион.

Земля дрожала. Пульсировала. Черное море тьмы шевелилось, будто внутри него било сердце — больное, неестественное, чёрное. Оно дышало. Оно ждало.

И мы ждали тоже.

Ветер развевал белоснежные волосы генерала Имперской армии Аданата Верестрийского, тот был затянут в черную кожу, его клинки были за спиной, сверкая ледяным блеском под тусклым светом неба. Я стояла рядом — плечом к плечу. Мы оба были напряжены, молчаливы, как натянутая тетива перед выстрелом. С другой стороны Его высочество Каэлар Арвениус уже приготовил меч.

Магический фон мира надрывался.

Хаоситы думали застать нас врасплох. Только это у них не вышло. Мы ждали их через два дня, но они решили напасть раньше.

Только они не учли, что я оказалась более чувствительной к магии. Ночью я разбудила Аданата, а он поднял по тревоге своё войско — хотя ни один из драконов даже не почувствовал изменения в магическом фоне. Но армия доверяла своему генералу. А он — мне. Той, кто хранила их жизни, пересылая вести о нападениях и прорывах.

И вот мы были готовы.

Я зажгла чёрный огонь на ладонях. Мой генерал медленно вытащил два своих клинка.

Разлом в земле раскрылся, как гнойная рана, из которой вылился хаос. И рванули обезображенные твари и Одержимые люди. Они бежали во все стороны, но натыкались на ряды нашей армии, откатывались назад, снова падали в бездну, а на их место вырывались новые.

А ведь среди них должен быть он. Аргалион. тОт кто возомнил себя самими богом.

Мой генерал шагнул вперёд, его клинки вспыхнули огнём. Он вступил в бой наравне со своими воинами. За это его уважали. Он всегда сражался плечом к плечу со всеми.

Я тоже подняла руки.

Из моих ладоней вырвался чёрный огонь — живой, яростный, послушный. Он взвился, закручиваясь вокруг первой волны тварей, сжигая их дотла.

Воины неслись мимо нас, окружали врагов, строили живые стены из заклинаний и стали. Над головами вспыхивали защитные купола, выстраивались барьеры, гремели щиты.

И тут… воздух рядом пошёл рябью, и рядом материализовалась… Тьма.

Аданат развернулся, приставил клинок к её шее. Девушка с длинными чёрными волосами и в чёрном платье, босая, растянула алые губы в улыбке. Глаза её были пустыми и черными, как провалы.

— Я пришла, — прошептала она.

А потом раскинула руки в стороны и начала читать заклинание. Аданат отпустил её.

Тьма шла вперёд, босая, с растрёпанными волосами, и её голос звучал глухо, тревожно, на незнакомом языке. Твари внизу замерли, завизжали, кинулись ещё яростнее. Но Тьма всё читала и читала заклинание — и тут грянул гром. Ударил прямо в разлом, в чёрное море бездны.

Твари завизжали на нечеловеческих частотах. Они стали пятиться, кто-то падал спиной в «море», и новые тела проваливались следом.

Из-под ног Тьмы росло чёрное облако. Я чувствовала ее магию. Но подойдя к самому краю, она пошатнулась — но устояла.

Я видела, как по её губам текла кровь. Она едва держалась. Я чувствовала всем своим существом, как её силы тают, пока она продолжала читать древние, непонятные слова.

И тут — из самой бездны в сторону Тьмы полетел клинок. Он пронзил её прямо в живот.

Она упала и расплылась в улыбке.

— Аргалион… ты пришёл, — прошептала она.

Я поняла, что нужно делать. Наша магия с Тьмой была связана. Я не раздумывая собрала весь свой огонь и ударила им в центр моря — туда, откуда вышел Одержимый, ничем не выделяющийся… кроме глаз. Они были слишком пустыми.

Аданат всё понял по нашей связи. Он выстроил защиту вокруг меня, протянул мне свой клинок, я пустила свой черный огонь по его лезвию и генерал выбросил свой клинок вперед.